После нас ничего не осталось (СИ), стр. 13

Вопрос определенно застает Артема врасплох, улыбка сходит с его лица, и он хмурится.

— Хотел повидаться с тобой.

— Артем, мы не виделись четыре года, — мягко напоминаю.

— Как видишь, я про тебя не забыл.

Вежливо улыбаюсь ему.

Артем хороший мужчина. Галантный, обходительный, не ветреный.

Даже предположить не могу, какие дела он может иметь с Ильей.

Артем касается моего локтя и нежно, едва касаясь, ведет пальцами к запястью, сжимает руку.

— Скажи, ты сейчас одна?

Качаю головой.

— Артем, что ты хочешь?

— Я буду в городе еще пару недель. Давай встретимся, сходим в тихий ресторанчик, пообщаемся.

Я не смотрю на Илью, но физически чувствую гнетущие волны, исходящие от него. Во рту пересыхает, а сердце как сумасшедшее бьется в груди, болью отдавая под ребра.

— Тома, я не прошу тебя ложиться со мной в постель, хотя и это между нами было. Я просто хочу пообщаться с тобой, — Артем нервно запускает руку в волосы. — Я часто вспоминал тебя эти годы и правда скучал по тебе. Если бы не твоя категоричная позиция насчет Москвы, я бы давно забрал тебя туда и помог устроиться на работу.

— Я… эмм… — моргаю, пытаясь избавиться от наваждения.

— Просто свидание, Тома, — настаивает.

— Артем, — моего собеседника похлопывают по плечу, причем делают это довольно грубо.

Он выпускает мою руку и оборачивается на Олега, который чеканит строго:

— Невежливо заставлять ждать моего босса. У него кончается терпение.

— Ох, черт! — Артем будто приходит в себя и отвечает Олегу: — Я подойду через минуту.

Он ждет, что Олег уйдет, но тот остается на месте, давит взглядом, добавляя твердо:

— Сейчас, Артем.

— Тома, я подойду к тебе чуть позже, хорошо? — спрашивает Артем.

Киваю ему вместо ответа. Олег дожидается, пока Артем отойдет, и оборачивается ко мне:

— Не советую, Тамара Валентиновна.

— Общаться с Артемом?

Олег медленно качает головой:

— Нервировать моего босса.

Хмыкаю и складываю руки на груди:

— Тогда твоему боссу лучше держаться от меня подальше, чтобы не портить себе настроение. Лазарев не моя проблема, Олег, а твоя.

Разворачиваюсь, не дожидаясь ответа, и возвращаюсь за столик.

Девочки тут же придвигаются ко мне с множеством вопросов.

— Кто этот мужчина?

— А тот, второй?

Вздохнув и поняв, что в этот раз уйти от ответа не получится, признаюсь:

— Это мой старый знакомый, Артем. А кто второй, не знаю. Видимо, у них деловая встреча.

И только Жанна молчит, рассматривая меня. Про Артема она знает — я упоминала его вскользь, не вдаваясь в подробности. Да и делиться там особо нечем — наш роман был коротким, потом Артем уехал, вот и все.

Не было никакой драмы, сейчас мы просто старые знакомые.

Девочки продолжают веселиться, алкоголь льется рекой, а у меня просто ком в горле. Сижу как на иголках, то и дело ощущая на себе чье-то пристальное внимание.

Приходится пересесть на другое место, чтобы спрятаться за колонну, потому что становится просто невыносимо.

— Идем танцевать! — тянет меня за руку Жанна.

— Прости, — виновато улыбаюсь ей.

Подруга наклоняется и пылко шепчет мне на ухо:

— Артем и Лазарев то и дело оборачиваются к тебе. Потанцуй, покажи этим мудакам, что они потеряли! — подливает масла в огонь.

— Это не мои методы, – смеясь, отвечаю подруге. — Да мне и не нужен ни Артем, ни Лазарев.

— А зря, — играет бровями. — Оба хороши, чертяки.

Вот именно.

Один из них точно черт во плоти.

Девочки вовсю отдыхают, а я даю себе еще час и решаю по истечении его уехать, чтобы мой уход не выглядел как побег.

Втайне надеюсь на то, что мужчины разойдутся раньше и я смогу спокойно ускользнуть, но этого не случается.

Когда в очередной раз девочки подходят к столику, чтобы выпить и закусить, я шепчу на ухо Жанне, что мне надо уехать. Подруга все понимает. Забираю сумочку, направляюсь в туалет, но в самый последний момент поворачиваю к выходу и покидаю заведение, надеюсь, незаметно.

На улице много посетителей ресторана, кто-то курит, кто-то вышел с бокалами.

Я же вызываю через приложение такси и ожидаю машину.

— Я видел тебя в зале. — Ко мне подходит заметно подвыпивший мужчина. — Давай вернемся, я тебя шампанским угощу.

— Нет, спасибо.

— Да не ломайся ты, повеселимся, — говорит заплетающимся языком и кладет руку мне на талию.

— Я же сказала: нет.

Выворачиваюсь из его лап и спиной натыкаюсь на массивный торс, который не спутаю ни с кем.

Уже другая рука ложится мне на талию, вызывая чертово дежавю, и отодвигает меня в сторону.

Илья подходит к мужику и выворачивает ему руку. Раздается хруст, мужик воет.

Лазарев поворачивается ко мне и с силой сжимает зубы, наверняка борясь с собой, чтобы уже привычно не сказать мне о том, что думает обо мне.

Глава 18.

* Илья *

— Я передам Мартынову, о чем мы с вами говорили, — кивает Артем.

Он просто пешка. Мне нужен сам Мартынов, но тот лежит в больнице после операции, поэтому вся связь через Артема, который меня раздражает.

— Полагаю, мы все обсудили, так? — разворачивается, чтобы посмотреть на Тамару, которой сейчас нет за столиком. — У меня еще есть дела, так что вынужден попрощаться с вами.

Знаю я, сученыш, какие у тебя дела.

А Тамара, я смотрю, не скучала тут, завела себе гарем мужиков. Главврач на нее слюни роняет, Артем глаз отвести не может.

Машинально поворачиваю голову туда, где сидела Тамара.

Ушла тихо и незаметно. Обломишься, Артем. Не будет тебе никакой Тамары.

Киваю Олегу, и тот поднимается следом за Артемом.

— Еще на пару слов, — говорит ему и уводит к служебному выходу, а я выхожу через главный вход в ресторан.

Бывшую и тут уже нашлось кому окучить.

Тамара выглядит недовольной и немного испуганной, пытаясь выпутаться из лап урода.

Я все делаю на автомате, на инстинктах, лишь в последний момент, чувствуя, как в руке ломаются чужие пальцы, останавливаю себя и поворачиваюсь к Тамаре.

Мужик воет, она смотрит на него округлившимися глазами.

Когда мы были вместе, я берег ее от теневой стороны своей жизни, от своих дел. Она была моим светом, и я не хотел омрачать ее своей тьмой.

Тамара никогда не видела изнанку моей жизни.

Вот и сейчас она поднимает на меня свои огромные, круглые глазищи, которые на исхудавшем лице выглядят совершенно нереальными.

Пока она не пришла в себя, пока не поднялся кипиш вокруг мужика, я тяну ее за руку и заталкиваю на переднее сиденье своей машины. Спешно обхожу ее, сажусь за руль и срываюсь с места.

Тамара в шоке смотрит перед собой. Ее тонкие руки прижимают к груди сумку.

— Ты сломал человеку пальцы, — шепчет она.

— Хочешь вернуться и оказать ему первую помощь? — чуть ли не выплевываю слова.

Тамара поворачивается и смотрит мне в глаза так, будто сама не верит, что находится тут.

Я и сам не отдаю себе отчета в своих действиях. Что делаю, зачем?

У меня снесло крышу, все что я могу сейчас, это идти на поводу у эмоций. А женщина рядом со мной не должна вызывать у меня вообще никаких эмоций, кроме ненависти.

Тем не менее я ломаю пальцы левому уроду, не даю мужчине, у которого уж точно есть интерес к Тамаре, приблизиться к ней.

Я давно не ее муж, но продолжаю себя вести как он.

Внутри просто гребаный армагеддон — кислота бежит по венам вместо крови, напитывая сердце.

Я зол на Тому, зол на себя.

На то, что не могу оторвать ее от себя. Она как кожа, как слои мышц — невозможно отделить так, чтобы не взвыть потом от боли. Я должен это сделать — вычеркнуть ее из своей жизни, но чем сильнее стараюсь, тем более ощутимо приближаю ее к себе.

Мы сталкиваемся с Тамарой взглядами, и я чувствую, как ее карие глаза лишают меня воли к жизни. Я борюсь с собой, чтобы не смотреть на нее, но не могу.