Военный специалист. Вьетнам. Дилогия (СИ), стр. 67

Вышел наружу. Небо на востоке только начинало сереть, звезды еще проглядывали, хотя уже тускнели. Джунгли молчали, как это бывает перед рассветом. Только цикады пиликали на своих скрипках, но уже явно подустали.

Умылся, позавтракал все тем же вечным рисом, но с острой мясной подливой, попил кофе. Теперь можно и отправляться на выполнение задания. Бойцов моих в столовке не было. Понятно, они вовсю готовились к новой вылазке.

И точно. У штабного бунгало уже собралась группа. Верещагин с рацией, Цой с «СВД», Громов с «РПД», Семенов с миноискателем. Чуть в стороне кучковались «черные тигры». Румянцев, Пальцун, Григорьев, Косарь, Чубаров.

– В одну шеренгу становись, – приказал я.

И вовремя. К нам приближалась, почитай, вся верхушка нашей «геологической экспедиции» – капитан Шубин, капитан Гусев и полковник Свиридов. Ого, с такой торжественностью меня в бой еще не провожали.

– Смирна‑а! – скомандовал я. – Равнение по середине. – И печатая шаг направился к старшему по званию. – Товарищ полковник, сводная десантно‑штурмовая группа построена.

– Вольно, – откликнулся Свиридов и продолжил: – Товарищи бойцы, сейчас вы будете переброшены в расположение партизанского отряда товарища Лыу Вьет Тхоанга для оказания помощи нашим северовьетнамским друзьям в борьбе с американскими захватчиками и их южновьетнамскими пособниками. Ваша задача не допустить разгрома партизанского отряда, приняв к этому любые меры, которые могут помочь вам в решении этой задачи. – Полковник откашлялся и добавил: – Капитан Шубин, вам слово.

– Как сказал товарищ полковник, ваша задача не допустить разгрома отряда вьетнамских партизан, – заговорил наш непосредственный командир. – Действуйте, исходя из оперативной обстановки. После провала операции «Тенистый лес», американцы будут действовать осторожнее, выдвигая вперед своих союзников из ВСРВ. Тем не менее, нельзя исключить, что будут задействованы военные советники, принадлежащие монголоидной расе и переодетые в форму офицеров южновьетнамской армии, так что будьте предельно внимательны. И не поддавайтесь на провокации.

– Разрешите и мне, товарищ полковник, – спросил замполит.

– Пожалуйста, товарищ майор.

– Товарищи, помните, что советские люди оказывают братскому народу Демократической Республики Вьетнам бескорыстную помощь в деле строительства социалистического общества. Мы не вмешиваемся во внутренние дела этой многострадальной страны. Наша задача дать нужный совет, поделиться своими профессиональными знаниями и навыками. Не более того. И помните, мы не воюем с Соединенными Штатами.

– Удачи вам, парни! – произнес командир спецназа, когда замполит кончил свою напыщенную и пустую речь.

– Ра‑вняйсь! – рявкнул я. – Напра‑во! К вертолету на посадку шагом м‑арш!

Развернулись и зашагали, поднимая пыль на утоптанной площадке. Командиры проводили нас, держа руки у касок, которые заменяли на базе фуражки, не положенные «сотрудникам геологической экспедиции».

– Так как будем действовать, командир? – спросил меня граф, видать, запутавшийся в этой туманной риторике советского военного начальства. – Давать нужные советы или…

– Как и всегда, чехвостить врага в хвост и в гриву, – ответил я, – особенно бдительно выявлять американских советников и их пособников, вплоть до физического устранения оных. В общем, я намерен вовсю повеселиться. А вы, Сергей Николаевич?

– Война – это не развлечение, – откликнулся Румянцев, – но я в деле.

Старый добрый «Ми‑4» уже набирал обороты. Пилот, знакомый вьетнамец, как всегда махнул рукой – забирайтесь. Команда быстро погрузила ящики с боеприпасами и запасные стволы, включая три 82‑мм батальонных миномета и два пулемета «ДШК».

Вертушка оторвалась от земли, и база поплыла вниз. Я смотрел в иллюминатор, как уменьшаются бунгало, отодвигаются назад вышки и теряется в зарослях забор из колючей проволоки. Потом все скрылось в зеленом море джунглей.

Летели около часа. Внизу проплывали реки, рисовые чеки, деревни, утопающие в зелени. Где‑то там, внизу, была и деревня Тху. Я невольно подумал о девчонке. Как она там? Жива ли? Однако тут же отогнал эти мысли. Не время разводить сопли.

Пилот обернулся, показал рукой – пять минут. Я кивнул, знаком показал своим, чтобы готовились к высадке. Вертолет пошел на снижение. Внизу показалась поляна, окруженная стеной леса. На поляне – несколько бамбуковых хижин, замаскированных сетями.

«Ми‑4» коснулся земли. Мы выпрыгнули, выгрузили пожитки. Вертолет тут же взмыл к облакам и лег на обратный курс. Гул винтов затих вдали, и наступила тишина. Мы снова были в джунглях.

Нас встретили партизаны. Их было даже меньше, чем я ожидал, но, скорее всего, остальные находились в секретах. Подошедшие смотрели на нас снизу вверх, как на сказочных великанов. Возглавлял любопытных немолодой вьетнамец с седыми висками.

– Товарищ Тхоанг? – спросил я его, а Румянцев перевел.

– Да, – ответил тот на приличном английском. – А вы – товарищ Рэмбо?

– Лейтенант Борисов, – уточнил я. – Прибыл для оказания всемерной помощи.

– Мы получили сообщение, – сказал Тхоанг. – Проходите. Нам нужно многое обсудить.

Мы прошли в самую большую хижину, где и находился штаб отряда. Здесь все было организовано, как положено – стол, на стенах карты, в углу попискивает рация. Тхоанг разложил передо мной карту района.

– Американцы готовят удар, – сказал он. – Мы знаем, что они пришлют южновьетнамский спецназ и «зеленых беретов». Они хотят уничтожить нашу базу и перерезать тропы снабжения. Если это удастся, весь север провинции останется без боевого прикрытия.

– Это мне известно, товарищ Тхоанг, – сказал я. – Как и то, что операция янки должна начаться через три дня.

– Уже через два, но возможно и раньше. Они уже начали переброску сил.

Я всмотрелся в карту. База Тхоанга находилась в межгорной котловине, окруженной джунглями. Подходы были только с двух сторон – по узкой тропе с юга и через перевал с востока. Оба направления можно было перекрыть.

– Сколько у вас людей? – спросил я.

– Тридцать бойцов. Плюс ополчение из окрестных деревень. Еще человек двадцать.

– Оружие?

– Автоматы, карабины, два пулемета. Один миномет. Боеприпасов мало.

– Понятно, – сказал я. – Боеприпасы и оружие, как вы видите, мы привезли. Будем минировать подходы. Семенов, – окликнул я сапера, – посмотришь тропы. Нужно поставить растяжки и фугасы.

– Есть, командир.

– Румянцев, вы с «тиграми» займетесь обороной перевала. Верещагин, на тебе связь. Громов, Цой – со мной.

Тхоанг выслушал перевод, потому что приказ я отдавал по‑русски, и удовлетворенно кивнул. Вид ящиков с пулеметами, минометами и боекомплектом к ним внушал уважение и надежду на благополучный для нас исход кампании.

– Мы будем сражаться до конца, – сказал командир партизанского отряда.

– До конца не надо, – ответил я. – Надо победить.

– Вы совершенно правы, товарищ командир, – ответил он.

– Зовите меня Рэмбо. Вы ведь уже знаете этот позывной.

– Да, товарищ Рэмбо.

– Кстати, откуда?

– От своего нового связного, – заговорил он вдруг по‑русски, тщательно выговаривая слова, – он мне, как у вас, русских говорят, все уши прошипел…

– Прожужжал.

– Да‑да, все уши прожужжал, – улыбнулся Тхоанг. – Я стараюсь учить ваш язык, но он труден, а времени не хватает. – Скрипнула входная дверь. – Да вот и он сам…

Я обернулся. Хмыкнул. Да, этого следовало ожидать.

Глава 7

На пороге стояла Тху. В той же простой крестьянской одежде, с тем же красным шарфом на поясе и значком на не плоской груди. Только теперь к этому добавились американские армейские ботинки на два размера больше. Видать, из трофеев, что мы оставили в ее деревне.

Ну и с «М‑16» за плечом, который придавал ей весьма воинственный вид. Да, теперь эту девочку вражеский солдат врасплох не застанет. Она смотрела на меня, и в ее глазах не было ни удивления, ни радости. Только спокойная уверенность бойца который знает, что делает.