Медоед 13 (СИ), стр. 52

Я стрелял и стрелял, пока белые не закончились. И только тогда я двинулся со сцены в закулисье, переходя на бег. То, что я недоделал, доделает Понг. Просто потому, что нельзя убить всех виновных вечных, если они всячески будут избегать с тобой визуального контакта. Но можно дискредитировать их власть — что я и сделал. И, отбросив пустой бластер, я побежал, побежал по джунглям в сторону кораблей.

Что-то кричал Тиммейт в ухе про «Сигму», что они вышли на пристань, что ему пришлось отплыть, говорил, как солдаты они двигаются по джунглям, говорил, что тут тревога и они вызвали подмогу с базы НАТО, которая не успеет, но и мне, по сути, с детьми тоже не успеть.

Я уходил с места диверсии, теперь именно уходил, вслушиваясь в звуки. Понятно, что вечный меня услышит, но вот вооружённые сигмовцы в темноте могут и не разглядеть. Тем более что мой белый наряд после беготни по джунглям стал не таким уж и белым.

А когда до берега были считанные шаги, а я пробирался через не облагороженный лес, в голове вдруг зазвенело. И в тот же момент из моих рук словно что-то вырвало бластер и отшвырнуло его в сторону.

Обычно вечный всегда знает примерное направление противника, и я его тоже знал. Повернувшись на стройную фигуру в белом костюме и золотой маске, словно из ниоткуда возникшую на моём пути.

— А, шлюха, — произнёс я, вынимая каролинг.

— Вячеслав из Томск-града, я вызываю тебя на дуэль! Хоть ты и отрёкся от Эдикта и презрел все законы, основанные на правилах! — выдал почему-то знакомый мне женский голос.

И я сбросил тяжёлую серебряную маску в дёрн раз уж меня узнали, вдыхая свежий тропический воздух.

— Представься, тварь! — оскалился я, шагая к изящной фигуре.

— Сколько раз просила тебя не ругаться, но кровь крестьянина ничем не перебить, — она потянулась своей правой рукой к золотой маске обезьяньей головы и небрежно сбросила её со своего лица.

— Пиздец, бля! — выдохнул я, видя, кто именно преградил мне путь.

Глава 25

Цена мира для всех — самому остаться в войне

Её золотая маска упала к ёё ногам. А я, пусть и во мраке, отчётливо смог видеть лицо Берёзы. Волнистые рыжие волосы были завиты в какую-то причёску со множественным косичками назад, а на лице виден еле видимый макияж. Если бы я встретил княжну где-то при других условиях, я бы мог покляться, что женщине не больше тридцати лет. Однако, как и вечная, она давно разменяла, если не вторую, то третью сотню лет.

Своей левой рукой она вытащила из-за спины длинную и широколезвийную шпагу, мерцающую на гарде драгоценными камнями. Достал каролинг и я.

Да. То, что она «вырвала» бластер из моих рук каким-то чудом, особым умением похожим на джедаизм из «Звёздных войн», меня уже не удивило. В конце концов, тот же самый топор возвращается в руку к Пако после каждого броска. А значит — древние умеют ещё и так. Интересно, сколько эти ещё козырей скрывают золотым вечные под их белой одеждой?..

— Значит, это ты сливала информацию врагам обо мне, — прошипел я, делая шаг в сторону, пытаясь найти удобную линию для атаки.

— Избавь меня от киношных диалогов героя и злодея. Тем более, что злодей из нас двоих лишь ты, — выдохнула она. — Мы тебя создали! Мы сделали тебя тем, кто ты есть. Мы свели все вероятности в одну, даже сына Зубчихина ради тебя убил, чтобы ты получил врага, который положит начало твоему развитию! Но ты всё испортил! Посадил его в отеле вместо того, чтобы убить. Даже тут ты не довёл дело до конца! Жаль, что на твоём месте сейчас не Тим — он бы по достоинству оценил вечность! Тебе был дан шанс войти в элиту Земли. Шанс, которым ты не воспользовался. Да собственно, которого и не заслужил!

— Я такую элиту на хую вертел, — выдохнул я, медленно, словно по кругу идя к ней, и Берёза приняла эту игру начав вращение вокруг общего центра, в другом направлении, выбирая момент для атаки. — А Тимом ты бы управлять не смогла!

— Ну, раз вертел, — прошептала она. — Значит, тебе будет не трудно драться без своих особенностей, которые ты так любовно собирал на протяжении столь короткой жизни, товарищ майор СОБРа.

И мои виски сдавило. Сдавило и резко отпустило, и я ощутил, что вся моя окрылённость куда-то ушла, словно и не было. Не иначе эта тварь как-то отрубила мои особенности. Отрубила ли она и свои?.. Что ж. Будем узнавать.

— Я только не понял, Мария Петровна, мы с тобой где интересами пересеклись? — спросил я.

— Я за тебя ходатайствовала пред вечными! Это я попросила не убивать тебя ради очередного толстосума, желающего стать вечным! Тот же Трамп очень этого хотел, и Илон тоже. А теперь за твою выходку отвечать перед ними буду тоже я! Даже когда убью.

— Ты же русская! Княжна Берёзина, давай вместе их всех убьём просто, и Россия снова будет великой⁈ — попробовал я перевербовать врага.

— Ты выполняешь приказ тирана. И если бы тебе удалось убить верхушку вечных, СССР 2.0, возможно, восстал бы под другим названием. Но видел ли ты голодающих крестьян во время продразвёрстки? Ты вообще знаешь, что такое плановая экономика и к чему она приводит страны где процветают диктатуры?

— Что, лучше, чтоб государство у крупного капитала снаряды на войну покупало? — усмехнулся я.

— Не нужно было воевать вообще, если ты про императора Николая Последнего! — парировала она.

— Последний раз предлагаю тебе, Маша. Отречься от Сатаны и вернуться в Россию победителями этого зла. Окстись… Мария, вы же детей тут едите! Сначала ебёте, а потом едите! — выдал я и вдруг понял: если я хочу вернуть эту дуру на службу Родины, то должен или предложить ей что-то более высокое и ценное, чем моральные устои, или…

И я взмахнул мечом снизу вверх, с выпадом в её сторону, стараясь полоснуть по её красивому рыжеволосому и курносому лицу. Однако Берёза отпрыгнула назад, широко расставив руки.

«Как интересно, она работает левшой», — подумал я и тут же опустил клинок вниз, чтобы парировать выпад её шпаги. Звон клинков звонко отразился в джунглях.

— Это ещё один культурный код, доказывающий то, что мы вечные — другие, мы — исключительные! Естественные! Нас не облучали в детстве, мы вернулись сюда после смерти сами и получили вечность от истинного правителя этого мира! — выдала она и шагнула на меня, норовя легонько ткнуть шпагой меня в лицо.

И я парировал, тут же рубанув сверху вниз. Но двойной шаг больше не работал, и Берёза просто отшагнула от меня, уходя с линии атаки.

Элегантно и легко она сделала новый выпад, выкручивая кисть ладонью к небу, словно снова по неправильной траектории, едва-едва решила коснуться меня шпагой в области шеи.

— Сатанинская ты гадина, — прошипел я, отводя удар каролингом.

— Ты сам-то продался Артаину, идолу в разы меньше Сатаны, и ты мне сейчас что-то говоришь про Низшего? — усмехнулась она.

И наши клинки снова встретились, разразившись звоном на всю ивановскую. Она колола и уходила от моих атак, я парировал и колол в ответ, стараясь после укола создать рубящий вектор, чтобы зацепить княжну хоть как-то. Но я упорно не попадал, а особенности больше не работали, и рассчитывать на мастерство не приходилось. Епифан, конечно, прекрасный учитель, но тут триста лет фехтования. Возможно, она со мной даже играется и не убьёт, пока не выскажет мне всё, что у неё наболело.

— Дети эвакуируются, Медоед. Их примет китайская сторона, и скоро в регион прибудут боевые машины. Так что держись там, — неожиданно произнёс в наушнике Тиммейт.

«Боевые машины? Это же прямая конфронтация Китая с НАТО и казус бэлли?..» — вспыхнуло у меня. Однако вопросов я не задавал, потому как Берёза была рядом, а судя по нашему бою, в моей победе я теперь очень и очень сомневался. Это же не рукопашная схватка, где мужчина имеет преимущество… И тут меня осенило. Я не могу достать её по ловкости и мастерству клинка, но я могу достать её грубой бойцовской силой. Естественно, чем-то жертвуя…