Медоед 13 (СИ), стр. 37
— Я думал, как в Diablo будет, или Ведьмаке, или Рике и Морти, — произнёс я.
— Ритуальная магия самая хорошая, особенно в междумирье, и это не портал, это изгнание тебя обратно в твой мир, — пояснил Осьминго.
— Слушай, если тебе так у нас плохо, то почему бы тебе тоже не изгнаться отсюда в свой мир?
— Во-первых, я тебе уже обещал, что демону Москвы по шее дам, а во-вторых… Мой мир — это Земля. Я был вытащен из тела и перенесён в Легландию насильно. Я просто профдеформирован и без маны уже не могу. Ну, вставай в центр символов.
И я зашёл в квадрат, вписанный в круг, с треугольниками на углах, украшенный похожими на арабскую вязь символами. Голову сразу же сдавило.
— Что тут написано? — спросил я.
— Это трактат истинности, как в Героях-3 портал в свой город, только не портал, а изгнание, и не в город, а в тело. Он же выкачает из тебя всю Цигму, чтобы тебя сюда снова не тянуло.
— Ясно, — произнёс я.
— Прощай, Командир, и спасибо за всё. Увидимся в будущем!
И на слове «спасибо» символы подожглись и запылали белым. И я глубоко вдохнул, открывая глаза, смотря на светлую лампу, ощущая, что на лице что-то есть.
Я приподнялся на вибрирующей кушетке с бортиками, в небольшой комнате, снимая кислородную маску с лица.
— Тиммейт? — позвал я.
И справа донёсся механический голос:
— Как спалось, Медоед?
— Спасибо, плохо, — выдал я.
— Узнал что-то новое про ячейки японцев?
— Узнал, что отряд 731 работает на нашей земле разветвлённой сетью.
— Ну, надеюсь, это того стоило, — выдал Тиммейт.
— Где я? — спросил я.
— Медицинский отсек воронежского Отеля ОЗЛ. С новой кушеткой от фирмы Ямогучи.
— Мы тут с японцами боремся, а вы у них кушетки покупаете? — уточнил я.
— Это не совсем японская кушетка, а фирма Ямогучи вообще русская, тогда как сборка кушетки китайская. Не психуй. Тебе, кстати, Базиль и Берёза звонили, просили меня перезвонить, когда или если ты очнёшься. Кстати, у меня новости: Осьминог сегодня приехал в Воронеж и в театре драмы себя гранатой подорвал. Никто не пострадал, кроме него.
— Ясно, это у него фетиш такой на гранаты, — произнёс я. — Берёзе и Базилю передай, что со мной всё хорошо, что все злые силы побеждены. Где моя одежда, кстати?
Я осмотрелся и увидел только ножны с мечом, в портупее на голое тело.
— Сейчас всё будет, — выдал Тиммейт.
— И я хочу уехать прямо сейчас из страны, туда, где солнце и песок. — попросил я.
— И туда, где ты ещё не делал революцию?
— Именно, — ответил я.
— Билеты на остров Самуи куплены, — произнёс Тиммейт.
Мне принесли одежду, и, одевшись, я молча вышел из Отеля и сел в такси комфорт-плюс, доехав до аэропорта, и только там поел в бизнес-зале. А когда объявили посадку, я молча пошёл по отдельной очереди и отдельным транспортом был доставлен в бизнес-класс самолёта.
Осьминог был прав: жить не хотелось, всё казалось тяжёлым и бессмысленным, но я старался гнать от себя все глупые мысли, понимая, что это лишь эффект от отравления Цигмой. И вот, набрав высоту, я закрыл глаза, но тут ко мне обратились. И нет, не стюардесса, а мужчина, который сидел в соседнем через пролёт кресле.
— Вы не боитесь летать? — спросил он.
И я, открыв глаза, посмотрел на его бежевый свитер с горлом, на умудрённое жизненным опытом морщинистое лицо, на седые волосы, зачёсанные назад, на белые туфли и на белые же штаны. Глаза у мужика были голубые. В целом он был запоминающимся, но я хоть убей не помнил его во время посадки.
— Нет, не боюсь, — ответил я.
Страха и правда не было. Такое ощущение, что после Ада я потерял возможность бояться.
— А хотите анекдот? — спросил снова он.
— Братка, а может, молча полетим? — спросил я в ответ.
— Летит значит священник…
Глава 18
Весельчак и веселье
Однако он словно не слушал меня и продолжал:
— Летит священник в самолёте, подзывает стюардессу и спрашивает: «На какой высоте летим?»
— 3000, — отвечает стюардесса.
— Принесите мне, пожалуйста, рюмочку коньяка, — просит батюшка.
Через некоторое время стюардесса подходит снова:
— Святой отец, желаете ещё чего-нибудь?
— А высота полёта какая?
— 5000 метров.
— Ну, тогда ещё рюмочку!
Ещё через какое-то время стюардесса снова спрашивает:
— Ну как, отец, ещё будете? Какая-то у вас сложная дорога…
— А сейчас на какой высоте летим?
— 10 000 метров! Ещё рюмочку?
— Нет, дочка, давай стакан воды. Тут больше нельзя — начальство совсем близко!
Он рассказал этот анекдот и сам расплылся в улыбке.
— С-сука, — выдохнул я себе под нос. — Лови ответку тогда. В семье родился мальчик без век, и пришло время, и сделали мальчику обрезание, и чтобы крайняя плоть не пропадала, пришили её на место век. В целом мальчику было нормально, но взгляд на мир у него с этого дня был какой-то хуёвый.
— А-а-а-ха-ха-ха!!! — закатился смехом мужик. — Коллегам расскажу, пусть в отдел, соседям отошлют, подколют их! Куда летите, кстати?
— Странный вопрос. Туда же, куда и ты, — ответил я.
— Мы летим Воронеж — Москва, — пояснил вечельчак.
— А, точно, — вспомнил я, что дорога не близкая, и скорее всего меня повезли на острова с пересадками.
— Вот вы тип, конечно, — улыбнулся мужичок. — Забыть, куда лететь, это ещё суметь надо, и вроде не пьёте.
— Точно, — словно вспомнил я, зачем лечу в Тай. — Надо будет выпить.
— Хмурый вы какой-то, словно что-то плохое у вас приключилось? — продолжал лезть в душу мой попутчик.
— Да так… — отмахнулся я этой фразой, мол, не хочу уточнять, потому как болтун — находка для шпиона. — Задолбался на работе, лечу в Азию погреться.
— Вьетнам? — спросил у меня он.
— Вьетнам, — кивнул я, солгав, и добавил: — Как ты догадался? Давай на «ты», а то я тебе тыкаю, а ты мне выкаешь, а судя по возрасту, должно быть иначе.
— Точно-точно… — улыбнулся он. — По возрасту должно быть иначе. Думаешь, Вьетнам поможет?
— Не знаю, — ответил я, а для себя решил, что хочу много солнца после трёх дней в аду.
— Рекомендую Таиланд, остров Самуи, — произнёс он и угадал. — Там сейчас правда нерусские ценности преобладают, но тебе нечего опасаться. Вижу, ты ради своих принципов и сквозь ад готов пройти.
А вот тут слишком много совпадений…
— Вячеслав из Томска, — произнёс я, протягивая руку.
— Рахми, это не русское имя, — принял он моё рукопожатие, и я ощутил своей особенностью, что внутри у человека нечего ломать. Это словно был китайский робот, но без каркаса, однородный, как плотная голограмма.
И в момент рукопожатия Рахми стал серьёзным, отпустив и убрав руку.
— Карты на стол, стволы под стол, да? — спросил он.
— О чём ты? — уточнил я, убирая руку на рукоять невидимого меча.
— Я прибыл, чтобы выразить благодарность за выбор. Это было глупо, но мы такого не забываем.
— Я что-то выбрал? — спросил я.
— Конечно. Много чего, — кивнул Рахми. — У меня для вас будет задание. От сами знаете кого.
Рахми показал наверх пальцем — отшлифованной и гладкой руки, пальцем без заусенцев и кутикул, пальцем, который, скорее всего, никогда не знал удара молотка или другого инструмента, как и физической работы.
— Нет, Рахми, не понимаю, — ответил я.
— Артаин привёл тебя к Князю Центрального Региона не просто так. Он сам хочет быть Князем, а сил, чтобы убить, не хватает. В целом всё идёт по его указке: ты выбрался, позвал Осьминога, тот соблазнился на Цигму. Через три недели по их времени или через неделю по нашему состоится битва Осьминога и Князя Центрального Региона, после чего Артаину будет проще взять власть. Далее он поведёт войска на Уральский регион в надежде объединить под своим контролем большую часть подземной России.