Медоед 13 (СИ), стр. 26

— Потому что вы напали на нас, нарушив пакт о нейтралитете, и если бы не вы, мы бы разбили США! — выпалил японец.

— Откуда ты? — спросил я.

— 731 отряд Квантунской армии, Онмё Токуму-ка — «Отдел тёмных спецопераций».

— ОТС значит, — проговорил я.

— А ты говорил — не тот, не тот, — усмехнулся Артаин. — Задавай твои вопросы, а то у них скоро обед. Могут сожрать твоего свидетеля.

— Сколько вас на территории России? — спросил я.

— Я не знаю, — покачал головой пленный.

— Отщепни от него кусок. Так он будет лучше вспоминать, — посоветовал Артаин.

— Как это? — спросил я.

— А как от хлеба. — И Артаин схватил Ямамото за палец и дёрнул его на себя, и тот снова взвыл.

В руках у Артаина оказался светлый сгусток, но палец на Ямамото не исчез. Мистика, не иначе. А что я хотел, я же спать лёг.

— Я не зна-ю!!! — завопил вернувшийся.

И далее допрос вёл уже я. Задавая вопросы и уточнения, я понял, что в Россию поступили такие вот ружья, и они, скорее всего, розданы членам спящих ячеек, что вся связь велась через Телеграмм, что цели назначались и назначалась награда.

По сути, японцы сделали на нашей территории свой ОЗЛ, не смотри что ОТС…

Но одно было неизменно: пленный не знал многого. Знал он, что он ударился головой как-то и проснулся уже Ямамото, а в голове был телефонный номер, на который он позвонил, и его начали вести и инструктировать, как быть и как работать. Также Ямамото накачивали пропагандой про Курилы и Сахалин, про то, что мы враги и агрессоры, и свергли хорошего короля в Камбодже, посадив на трон своего тирана.

Всё это было отчасти правдой, передёрнутыми фактами, часто вырванными из контекста правдивой действительности, всё как и с СиСР.

И вот, узнав всё, что я хотел, в том числе и то, что Дядю Мишу убил кто-то другой, я обратился к Артаину.

— Я всё. С ним что будет дальше?

— Обсосут до нитки и поставят работать, генерировать Цигму, — дежурно произнёс Артур.

— Вечно? — уточнил я.

— Дух живёт в таких условиях лет 10 по-вашему, тут же время идёт быстрее в три раза, а ощущается, если ты грешная душа, раз в десять медленнее. Но это не вечно. Если ты всё — тогда погнали, у меня ещё дела.

И мы вышли из кабинета, видя, как склоняются перед Артаином нечистые, как украдкой смотрят на меня, словно я тоже еда. И, покидая школу, мы вышли на пространство перед ней, и тут пространство дрогнуло и зазвучало.

— Артаин, ссукин ты сын, вонючих земель! Чего не зашёл! Ссаный потрах!!!

— Блядь, — выдохнул Артаин, видя, как перед нами сгущается огромная фигура — шарообразная, с заплывшими жиром руками и ногами, сквозь которые была видна не человеческая мускулатура. Существо было метра четыре в высоту, метра три в ширину.

— На колени встань, — тихо прошептал он мне, смотря на появившегося. — И голову склони, это местный Ответственный по округу.

— Только перед флагом и в церкви, — произнёс я.

— Ой, долбоё-ёб, — протянул Артаин, а тем временем сущность проявилась окончательно.

Огромное, красное, когтистое. Голова у существа была с челюстью, которая была поперёк, полная острых зубов, улыбающаяся вправо, словно отрицательный смайлик «(». Тем не менее пупок у твари был, что позволяло предположить, что существо млекопитающее. Его глаза были жёлтыми и безбровыми, не имели они и век.

— Да ты с подарком⁈ — рассмеялся появившийся.

— Нет, Доракдей, это Истребитель, тут в командировке. Под моей защитой.

— Почему не на коленях тогда⁈ — прогремела улыбающаяся махина.

— Дурной совсем, — улыбнулся Артаин. — Давай я косяк этот заглажу…

— Ты знаешь правила моего сектора. Его я сожру, а с тобой мы будем пировать три недели! — рассмеялся он.

— Знаю, — опустил голову Артаин. — Но начнём мы со второго.

«Беги!» — прозвучало в моей голове, а пространство вокруг вдруг заполнила зелёная дымка.

— Умно, — одобрил Доракдей. — Взять его мрази мои!

И они пропали. Артаин и Доракдей, оставив меня на пороге школы.

— Всё такие еда! — проскрипел сзади голос Оверсака.

— Где себя ущипнуть, чтобы проснуться⁈ — громко подумал я, оборачиваясь на фасад школы.

На ступенях была Оверсак, а из-за её тучной спины выглядывали мудаки в штанах и с оружием. Поспал называется…

Глава 13

Бунт самоубийц

— Всем ждать! Еда моя! — проскрипело Оверсак, а её коляска покатилась ко мне сама собой.

Её морда скалилась будто акульими зубами, в несколько рядов, а пустые глазницы смотрели прямо на меня, и я ощущал, что это существо меня прекрасно видит.

Скатываясь с небольших ступеней школы, она улыбалась.

— Кто это у нас не бежит и на колени не встаёт, когда ему нижайший князь приказывает⁈ — спрашивала она будто отчитывая, а за спиной её раздался одобрительный хохот тех, что были с ружьями.

«Лёг поспать, бля…» — подумалось мне, а правая рука легла на рукоять меча.

— Хвать! — крикнула бестия, и её длинные руки устремились ко мне.

Однако я уже вынимал меч и на отшаге полоснул слева направо по её левой руке. Но из раны на моё удивление хлынула не кровь, а что-то белое, светящееся. Она взвыла трезвучьем голосов, а её правая рука уже схватила меня за левую руку, а может за одежду, я не понял точно, и потянула к себе.

Но и я был не против захвата, я был даже «за», потому что приближающейся пасти я хотел противопоставить древнерусскую сталь. Вонзив в глотку твари клинок, я повернул его в сторону, а потом по такой же траектории дёрнул обратно.

Белая светящаяся жижа залила моё лицо, а лапа Оверсак инстинктивно отбросила меня. Кувыркнувшись через спину по обветшалому асфальту этого мирка, я вскочил на ноги и рванул на неё.

Её длинные пальцы закрывали морду, из-под которых сочился белёсый свет. Её коляска катилась назад, а я уже бежал к ней, видя, как за её спиной облизываются человеческие лица её стрелков.

— Бл-ру, блы, б-б-б!.. — что-то булькала бестия, оборачиваясь на своих «людей».

А я, сделав двойной шаг, мгновенно оказался рядом и ударил по её толстой шее. Меч прошёл сквозь жир и глубоко застрял внутри, а тело повалилось с коляски, протягивая лапы в белой субстанции в сторону школы.

Поставив ногу на спину существа, я вырвал клинок и ударил туда же ещё, потом ещё и ещё.

В какой-то момент светлая субстанция попала мне на язык, и в голове тут же посветлело, а этот серый мир стал более ярким. И я отсёк эту голову, и всё тело инвалида содрогнулось и, пойдя дымкой, принялось растворяться, обращаясь сияющим облаком.

— Ци-гма! — крикнул один из стрелков и рванул ко мне, но я ударил наотмашь, отсекая его голову тоже. Он рухнул растворяясь тоже, оставляя после себя лишь штаны и ружьё на ремне.

Мне хотелось сделать вдох, и ощущалось, что ТУТ вовсе не дышат, и я сделал его. А белый сияющий туман вошёл глубоко в лёгкие, давая лёгкость, ясность и ощущение преимущества.

— Убил… — донёсся шёпот от сосателей.

— Эй, не ешь всё сам! — грубо попросил кто-то.

— Ну оставь, а⁈ — вопрошали они уже впятером, пока их товарищ окончательно растаял, тоже став облаком света.

А я присел на корточки и принялся дышать этим, поглощая этот странный, то ли дым, то ли пар. И чем больше я дышал, тем больше и сильнее себя ощущал. Они не стреляли, что было странно. Они медленно и опасливо подбирались к краешкам облака и припадали к нему губами, жадно всасывая светлый туман.

— Ци-гма!

— Цигма!!! — жадно скрипели они.

У меня кружило голову, казалось, что меня вот-вот стошнит, но тошноты не было. Полностью весь туман я поглотить так и не смог, вокруг же были эти с дробовиками, и они вдыхали его тоже.