Путь рассекающего ветра. Книга вторая (СИ), стр. 29

— А если я проиграю следующую схватку? — спросил я.

— Всякое бывает — вопросов не будет, — ответил делец. — Но если сам с турнира снимаешься или по глупости вылетишь, счёт выставят.

— Мы так не договаривались, — буркнул я.

— Это само собой разумеется, — возразил Лис. — О том, что нельзя болтать про наш договор, тоже не договаривались, но будь уверен: за такое сделают больно.

— Понял, — вздохнул я. — Буду осторожней.

Стоило сказать, как Рафу растворился в толпе, а желание смотреть на поединки пропало. Толкаясь локтями, пошёл на выход. Оказавшись за стенами павильона, огляделся.

Прохладный ветер заставлял ёжиться. Обед я пропустил и собрался наверстать его плотным ужином. Но сперва решил заглянуть в «Дом ароматной воды», смыть пот и грязь. А заодно и погреться.

Добрался бегом. Зашёл, сразу оставил бабуле Нэне три медяка и уже начал раздеваться, как вслед за мной вывалился один из недавних знакомцев. Чон Хо — мужик средних лет, работавший поваром. Судя по раскрасневшемуся лицу, он был уже навеселе.

— Линь Син! — воскликнул он. — А я ведь видел твой бой! Двадцать медяков выиграл! Как ты того парня? А в конце вообще! Опасный ты малый!

Восхищался он так громко, что в комнату тут же ворвалась Лили.

— Ты чего это разорался! — негодовала девушка.

— Здравствуй, Лили, — Чон прищурился. — Прямо уж разорался? Просто поздравляю парня с победой в первом круге турнира!

Я коротко поклонился, здороваясь, радуясь, что в этот раз хотя бы в штанах.

— Подумаешь, первый круг, — фыркнула она. — Там и стараться особо не надо.

— А он и не старался! — хохотнул мужик. — Отпинал парня, что был на две ступени выше, словно слепого щенка. А как он ему колено в конце в обратную сторону вывернул!

— Фу! — скривилась Лили. — Вот поэтому я и не люблю турниры…

— Какая-то ты слишком нежная для девушки, что живёт среди практиков секты, — сказал Чон, удостоившись злобного взгляда.

— Если бы не бабуля, — ответила та, — давно бы уже отсюда сбежала.

— И бросила бы нас? Ну уж нет! — деланно расстроился повар. — Живите вечно, Нэна!

— Деньги давай! Зубы не заговаривай! — в ответ возмутилась бабка.

— Вот, — Чон протянул горсть монет. — Боярышного отвару прибавь. Выпьем за твою победу, парень!

— Не могу, старший, — помотал я головой. — Завтра опять на помост выходить.

— А мы по чуть-чуть, — уговаривал мужик.

— Сказано же тебе, — вступилась за меня Лили. — Ему завтра сражаться! Голова должна быть чистой. Так уж и быть, прибавлю ему кружку прохладного чая.

Развернувшись, она вышла за дверь, а я по-быстрому разделся и проскользнул в банный зал, где сегодня было особенно людно. Чон поспешил за мной. Оказывается, за чаркой отвара здесь уже обсуждали первый день турнира, а после рассказов повара поводов заметно прибавилось.

Еле отбился от них. Согревшись и выпив доставшийся мне даром подслащённый мёдом чай, поспешил на выход. Только я оделся, как из дверей выскочила Лили. Поверх обычного платья у неё был накинут тёплый плащ с завязками на шее.

— Не против проводить девушку до дома? — спросила она у меня, переглянувшись со старухой.

— Нет, конечно… — неуверенно протянул я.

— Вот и замечательно, — сказала девушка и, дождавшись, когда я открою дверь, выскользнула наружу.

Удивлённый и немало смущённый, я косился на идущую рядом прачку. Мы шли в сторону западного квартала — если это и было направление к её дому, угадал я случайно. Тамошние домики, вроде того, где жила Ли Сюэ, часто снимали внешние ученики или слуги, кому повезло хорошо устроиться.

Аренда комнаты за два серебряных в год была недешёвой, но зато собственное жильё, а не переполненный бесплатный барак, в котором даже двери не запирались.

Не верилось, что я настолько приглянулся Лили, чтобы она решила за мной ухлёстывать… Впрочем, прояснилось всё быстро. Стоило нам отойти от бани на пару десятков шагов, как девушка оглянулась на дверь и повернулась ко мне.

— Ты извини меня… Син? Так ведь тебя зовут? — спросила она.

— Именно так, старшая.

— Зови меня просто Лили, — попросила она.

— Хорошо, Лили, — кивнул я. — И за что должен тебя извинить?

— За то, что использовала как повод, чтобы сбежать пораньше, — хохотнула девушка. — Бабушка у меня строгая, но слегка помешанная. Всё меня замуж выдать пытается. Вот я…

— Пользуешься случаем, — кивнул я. — Значит, провожать тебя не надо?

— А ты уже настроился? — спросила она игриво.

— Настроился плотно поесть. С утра не евши, — ответил я бесстрастно, как мне показалось. — Так что если ты не против, я поверну в сторону трапезной.

— Так я и сама перекусить хотела! Пошли, покажу одно местечко неподалёку. Десяток медяков потратить придётся, но зато нормальная еда, а не то, что в этой тошниловке бесплатно дают.

Тут я с ней был согласен. Единственное достоинство трапезной, — дешевизна. Когда откладываешь каждый медяк, три раза подумаешь. Лис, у которого всё и везде схвачено, и тот предпочитает жить в бараке и есть из общего котла.

Но иногда ведь можно себя побаловать?

— Веди, — согласился я.

И она повела меня по закоулкам торгового квартала. Большая часть лавочек и мастерских была уже закрыта. Луна скрыта густыми тучами, даже зябкий дождик накрапывает. На центральных улицах горели лампы, но здесь темень.

Не умей я видеть во тьме — пришлось бы идти вслепую. Но и Лили шла уверенно. Видимо попамяти — не первый раз. И совсем не смущаемтся, что рядом топает незнакомец. Рискует. Мало ли, вдруг у меня нехорошие мысли возникнут? Кто ей придет на помощь?

Рассчитывать на стражу глупо: Внутренний город большой, и за всем не уследишь. Пусть грабители на улицах почти не встречаются, однако дураков хватает: один выпил лишнего, у другого от плохо сваренной пилюли разум помутился, третьему голову отбили.

Прибьют — не заметят. Или сначала «заметят» пару раз, а потом прибьют, чтобы некому было пожаловаться. Найди потом виноватых… Быка я, считай, в самом центре порешил. Хотя там, может, и не искали, с подачи Дзяна…

В общем, небезопасно молодой девушке по тёмным улочкам хаживать. Разве что она сама кого хочишь голыми руками поломать может? Спросил, из любопытства.

— Нет, — ответила Лили. — Вторая ступень Основы. Бросила я этим заниматься. Не мой это путь…

Голос её при этом погрустнел, будто она вспомнила нечто крайне неприятное. Место, куда меня привела девушка, было крохотным. Небольшая стойка с лавкой и малюсенькая кухня. В лучшем случае пять человек поместятся.

— Привет, дядя Фань! — поздоровалась девушка.

Мужик за стойкой был огромный, круглолицый и добродушный. Увидев Лили, он расцвёл.

— Привет, племяшка, — отозвался он. — Смотрю, ты нынче не одна…

— А ты не смотри, — ответила она. — Скажи лучше, что у нас сегодня?

— А то не знаешь? — фыркнул мужчина.

И на столешнице перед нами начали появляться плошки. Первая — до краёв наполненная дымящимся рисом, поверх тушёные в тёмном соусе куриные желудки. Рядом небольшая деревянная тарелка с остропахнущей квашеной редькой и морковью.

Запах от всего этого стоял такой, что я невольно сглотнул. Десять медяков за такую порцию — мелочь. Уплетал за обе щеки под насмешливые взгляды Лили. Впрочем, и сама она не отставала.

Кроме нас тут ужинали ещё двое слуг. Оба уже немолодые — сетовали хозяину, что на рудник теперь наниматься нет смысла. Скверна из горы ушла — справятся и обычные люди. А обычные люди секте обходятся намного дешевле. Я ел да помалкивал, помня, чья в этом вина.

Под конец дядя Фань угостил нас мутным кисло-сладким напитком — брагой, но очень лёгкой, освежающей. Закончив с едой, распрощались с радушным хозяином и как-то сами собой двинулись в сторону западного квартала.

— А почему бросила практики? — спросил я. — Тоже упёрлась в свой предел?

— Не успела, — поморщилась девушка. — У меня ведь неплохо получилось. На испытаниях чуть было не дотянулась до внешнего ученика. Думала, быстро наверстаю. Мать могла помочь… Но в тот год она из Диких Земель не вернулась.