Путь рассекающего ветра. Книга вторая (СИ), стр. 26

Я задумался. Когда заводил речь о риске, имел в виду нечто иное — опасную работу, пусть даже грязную, но тут снова против секты придётся идти.

— Риск немалый… — произнёс я.

— Глупости, — очередной раз фыркнул Рафу. — С твоим рангом — одна ошибка и всё… Ни у кого не возникнет сомнений.

— И сколько я заработаю? — спросил я.

— Два-три серебряных, — протянул Лис. — По-моему, неплохо за поражение?

Очень неплохо. Если это займёт два дня. Самые лёгкие деньги в моей жизни. Опасно? Несомненно. И, судя по тому, как уверенно Рафу это предложил, для него это не первый раз. Сперва хотел взять время на раздумье, а потом плюнул — не верил, что сумею найти иной выход. Турнир начинается на днях — нельзя упускать такую возможность…

— Хорошо, я согласен, — прошептал я.

— Вот и ладненько! — обрадовался делец. — Но учти: чтобы заработать на проигрыше, ты должен казаться победителем. Придётся очень постараться!

— Постараюсь, — буркнул я, не веря, что на это согласился. — А теперь отстань, мне завтра рано вставать.

Лис ещё что-то там прошептал, но я уже с головой укрылся одеялом. Утром ещё раз всё обмозгую на свежую голову, но сомневаюсь, что изменю решение.

Тут главное — не попасться… Так ведь сказал старейшина Инь?

Глава 13

Утром сразу после завтрака заглянул в сдаточную — забрать свою сумку. Благо не пришлось о ней расспрашивать — старший распорядитель Сан оказался на месте. Тот глянул на меня с изумлением. Видимо, и правда не чаял уже встретить. А когда пришёл в себя от удивления — подозвал к себе за стойку.

— Я так понимаю, выкрутился? — спросил он.

— Я же говорил, что невиновен, господин Сан, — отвечал я.

— И в боевых печатях, что у тебя в сумке лежат, тоже ничего предосудительного нет? — ехидно поинтересовался распорядитель. — За такое у нас тоже на стоб подвешивают.

Залез таки проверить… Стражи недогадались, а он смекнул, заподозрил. Отговариваться нет смысла. Хотел бы — уже сдал куда положено, и меня бы из застенок уже не выпустили.

— Это для защиты, господин Сан, — тяжело вздохнув, зашептал я. — За травами всё дальше уходить приходится, да глубже. А там звери духовные и духи всякие встречаются…

— Даже если так, — кивнул распорядитель, — стоит ли лишний десяток медяков такого риска? Сам шею подставляешь, так ещё и против закона идёшь?

— Для меня стоит, — буркнул я. — Мне деньги как жизнь нужны…

— Так ли, как жизнь? — хмыкнул старший, глядя на меня снисходительно, вроде намекая на мою глупость.

Я открыл было рот, ответить колкостью, но вовремя прикусил язык. Сан ведь не уязвить меня ытается, а образумить. Глупо на такое обижаться. Знал бы он…

Хотя почему бы и нет⁈ Что я теряю?

— Так, господин Сан, — заглянул я ему в глаза. — Именно что жизнь. Не доводилось ли вам слышать про свиток, утерянный мастером-наставником Дзян Хэ?

— Доводилось, — кивнул он. — А ты тут…

Он замолчал, переменившись в лице. Многие знали эту историю, но не имя дерзкого слуги. Будь иначе, проходу бы не давали…

— Техника, что мне случайно досталась, не по моему «сосуду», — я ударил себя в грудь. — Сам старейшина Лань сказал, что мне не жить, а я вот барахтаюсь ещё. Но без пилюль долго не протянуть, а они денег стоят…

Замолчал, поморщившись. Сказал — и пожалел, что поддался чувствам. Но на распорядителя это произвело впечатление. На лице его больше не было снисходительности, даже сочувствие промелькнуло.

— Ежели так — неудивительно… — задумчиво произнёс он. — Хорошо, что только в это ввязался. Но и покрывать я тебя не собираюсь!

Сердце замерло. Всё-таки сдаст? Но нет…

— Ещё раз увижу — считай, из секты вылетел, — зло щурился Сан. — Нашёл с чем по городу шляться…

— Спасибо, старший, — кланялся я, а сам думал, где теперь прятать руны.

За стенами Внутреннего города — это точно, но недалеко: так, чтобы забрать в любой момент. Ладно, там уже на месте поищем. Уже собирался на выход, однако распорядитель, оказывается, ещё не закончил.

— Погоди, — сказал он. — Ты вроде бы себя хорошим травником показал… Удачливый: умеешь лучшие травы выбирать, будто чуешь.

Я снова напрягся.

— Есть такое, — ответил я, имея в виду удачливость.

— Только в окрестностях много полезного не найти, — продолжал распорядитель. — Редкие травы глушь любят заповедную и растут не один месяц. Как туда в одиночку добраться?

Он замолчал, глядя на меня.

— Как? — спросил я, и тот удовлетворённо начал просвещать.

— Сложно. Но раз в месяц-два секта отправляет отряды травников с охраной в глубь Диких Земель. Если удачно сходить, за полмесяца можно заработать, как иные за полгода, — выразительно посмотрел он на меня. — Обычно туда внешних учеников набирают, но бывают и исключения. Попробую за тебя договориться.

— Спасибо, господин Сан, — низко поклонился ему, а сердце зашлось от радости.

— Погоди благодарить, — одернул он. — Сперва только по совместительству — носильщиком с правом собирать травы. Под моё поручительство такое разрешат. Не первый раз. А покажешь себя хорошо — сможешь там закрепиться.

Пусть так, но это всё равно была хорошая возможность! Если мой месячный доход хотя бы удвоится — этого может хватить! А я ведь ещё на турнир собирался… Отказаться, пока не поздно? Ну уж нет: не стоит ставить всё на один исход. Сан похлопотать, конечно, обещал, но случиться может всякое. И наоборот: если на турнире всё сорвётся, будет куда податься… Главное, чтобы время не совпало.

Не совпало. Оказалось, их намеренно разводят, чтобы сроки не пересекались. Турниры в секте очень уважают. Многие приходят ставки делать. Месяц назад закончился турнир внешних учеников. Сейчас вот первый этап турнира слуг. Потом второй этап внутренних учеников… А самый зрелищный, тот, где сражаются мастера, — через полгода.

В общем, тянуть не стал. Собрав первую сумку трав, заглянул в Павильон Испытания Мастерства — обнесённую стенами огромную площадь. Внутрь меня не пустили. На входе обнаружилась каморка, где всех желающих вносили в списки после уплаты взноса за участие.

Скрепя сердце расстался с полусотней медных монет. Оставалось лишь надеяться, что вернутся они ко мне с прибылью… Лысоватый, замученный дед выдал мне жетон участника и, морща нос, попросил спешно покинуть его обитель.

Выйдя, осмотрел себя. Сам поморщился. Обычно я купался в ручье у пещеры. Там же и одежду стирал, надевал мокрую, лишь отжатую, чтобы на теле обсохла. Но с наступлением холодов этот ритуал стал пропускать. Кому вообще охота лезть в ледяную воду?

Но чумазым ходить не дело. Вечером после сдаточной отправился в помывочный павильон — проще говоря, в баню. На выцветшей вывеске можно было прочесть: «Дом ароматной воды».

Место не самое престижное, но весьма дешёвое. Тут обычно мылись только слуги. Снаружи — приземистое, закопчённое каменное здание с толстыми стенами, обычной для Внутреннего города черепичной крышей и трубой, из которой валил густой сизый дым.

Толкнув тяжёлую, потемневшую от сырости дверь, вошёл внутрь. У стойки в небольшой комнатушке сидела старуха.

— Раздевайся у той стены, грязь в общий зал не тащи! — тут же забрюзжала она. — Догола! За монеты, оставленные в одежде, ответ держать никто не будет!

А то я сам не догадался… Вернее, понимать надо: за дополнительную плату — могут и присмотреть. Разделся догола, как и требовали, а женщина всё это время не сводила с меня взгляда. Будто боялась, что пронесу нечто в купальню.

Стыдливо прикрываясь одеждой, с сумкой в руке подошёл к стойке. Отдал три медяка за баню и ещё столько же сверху положил.

— А не могли бы вы, старшая, за сумкой присмотреть да вещи постирать по возможности?

— Могла бы, — тут же улыбнулась женщина и крикнула: — Лили, поди сюда! Постирушки тебе принесли!

В комнату из дверей слева тут же ворвалась молодая девица — лет двадцати с хвостиком. Увидев меня, смутилась, зыркнула на старушку злобно, но тут же сделала вид, что так и положено.