Эра Мангуста. Том 11 (СИ), стр. 19

Ксения включила свои семнадцать минут за стеной сарая. Перстень потускнел, женщина передо мной осталась совершенно обычной женщиной с ножом и перевязанной рукой. Она проверила часы и ушла вдоль забора. Я не пытался посмотреть за ней в будущее. Здесь требовалось дождаться сигнала, а не получить гарантию из чужой головы.

На третьей минуте в наушнике щёлкнуло. Кошкина сообщила, что замок бельевой заменён. На четвёртой дверь открылась. Ещё через минуту она предупредила о постовом: мужчина увидел движение в проёме и вышел проверить. Невидимость опять не завезли. Ксения спряталась за тележками, пропустила его к двери и прошла в противоположную сторону.

— Внутренний двор свободен, — её голос звучал негромко, без торжества. — На проходе камера. Правую стену держите ближе, открытая середина просматривается. Начинайте.

Я провёл группу через бельевую. Постового уже удерживали двое бойцов Ксении, один закрывал ему рот, второй снимал рацию. На полу лежала сигнальная кнопка с оборванным ремешком. Мужик смотрел на меня со злостью и страхом. Очень живой мужик, не пустой доспех. Я невольно предпочёл бы сегодня пустой доспех.

Короткое предвидение показало выстрел из окна второго этажа. Я толкнул ближайшего бойца к стене и поднял воздушный щит над узким проходом. Пуля ударила в кирпич возле его плеча. Наш стрелок не стал палить по всему окну, дождался второго движения за рамой и выбил оружие из руки караульного. Я видел, как тот отшатнулся, прижимая кисть.

Тревогу всё равно подняли. На дворе загудело, двери начали закрываться. Ксения приказала не пытаться сохранить тишину ценой людей и перевела операцию на открытый вход. Мы прикрыли лестницу, Егоров занял пост, а группа Львовича прошла в контору. Под моими ногами дрогнул пол. Кто-то включил нижнее оборудование.

На спуске я едва не ошибся. За первой дверью виднелся широкий коридор, совершенно пустой, хорошо освещённый. По нему можно было быстро дойти до зала. Только Либи вдруг вцепилась коготками мне в шею. Не сильно, достаточно, чтобы я отвлёкся от неприятно привлекательной глубины за дверью.

— Там не просто коридор, — она прижалась ко мне и перестала смотреть вперёд. — Тебе предлагают увидеть его продолжение. Не мне. Я различаю ближайшую стену, а ты уже пытаешься заглянуть за неё.

На поверхности дверного стекла проступили знакомые тени. Одна показывала свободный зал, другая короткий обход, третья Наталью возле открытой капсулы. Красота! Готовый навигатор, всего-то разреши ему узнать, куда ты собираешься. Я отвёл глаза и почувствовал, как напряглись мышцы под затылком.

— Левый путь закрываем, — я прижал ладонь к рации и смотрел на собственные сапоги. — Там приманка для глубокого взгляда. Иду по служебной лестнице. Ксения, подтверждай.

— Подтверждаю, — Кошкина отозвалась после короткой паузы, в которой слышался скрежет металла. — Лестницу проверили до нижней площадки. Дальше остановка у красного вентиля. За ним дверь с отдельным питанием.

По лестнице приходилось идти почти боком. Один боец прикрывал верх, второй проверял площадки. Я держал щит только на наше узкое направление, не пытался накрыть им весь корпус. Из нижней двери выскочил охранник с коротким оружием, и несколько секунд будущего позволили мне ударить его по локтю прежде, чем он навёл ствол.

Он оказался крепче, чем выглядел. Не упал, вцепился в мою руку и попытался бросить меня на ступени. Пришлось вспомнить самбо, повернуть бедро и прижать его к перилам. Под сапогом хрустнуло дерево. Боль в плече подсказала, что лёгкой разминкой этот захват не стал. Боец подхватил пленного, а я вернул меч в удобную руку.

У красного вентиля мы остановились. Ахмад присел возле замка и потребовал не подпитывать дверь. Я как раз собирался это сделать. За створкой слышались голоса, потом женский крик и тяжёлый стук. Артефактор не ускорился. Раздвинул два провода, снял пластинку и только тогда повернул ручку.

В зале стояли шесть капсул. Две пустые, в остальных лежали люди. Между ними двигалась женщина в сером рабочем платье, держа медный жезл. Увидев нас, она подняла его к человеку возле стены. Тот сразу расправил плечи и шагнул мне навстречу, хотя до этого едва стоял.

Наталья ещё была на лестнице. Я увидел в коротком будущем, как мужчина добирается до нас и изнутри него вырывается вспышка. Не понял устройство. Не получил инструкцию. Просто успел отступить за порог и закрыть его щитом вместе с пустым участком пола.

— Живой заряд! — я поднял голос, не сводя обычного взгляда с его рук. — Женщину остановите, к нему не прикасаться. Наташа, он ещё здесь, но что-то начинает включаться!

Надя первой увидела распорядительницу. Та попыталась опустить жезл, однако боец сбил его коротким ударом дубинки и повалил женщину. На его рукаве появилась кровь. Мужчина под моим щитом схватился за грудь. Я подался к нему, но Наталья остановила меня движением ладони.

— Держи границу, — она присела у порога и вытянула руки к пленнику. — Не сжимай его. Я удерживаю то, что пытается вытолкнуть душу. Ахмад, ищи питание под капсулами, не в нём самом.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Щит мог выдержать удар, но за ним находился человек, которого удар разорвал бы изнутри. Мой любимый способ решить проблему мощностью здесь совершенно не годился. Я стоял, держал пространство свободным и смотрел, как жена работает вместо меня.

Надежда подошла сбоку, где оставался проход. Мужчина смотрел на неё, почти не узнавая. Она не велела ему успокоиться. Назвала себя, показала пустые ладони и попросила только не делать следующего шага. Он замер, однако грудь продолжала вздыматься рывками. Приказ телу не требовал его добровольной прогулки.

Ахмад выдернул один разъём. Сразу загорелась соседняя капсула. Артефактор вернул его на место и полез под центральную стойку. Я очень хотел поторопить. Вместо этого приказал бойцам освободить порог и принести ножницы для ремней. Если всё закончится хорошо, мужчину всё равно следовало унести.

На полу под капсулами обнаружилась общая медная полоса. Ахмад разомкнул её в двух местах, оставив отдельное питание лекарским устройствам. Наталья выдохнула и опустила руки. Мужчина согнулся, его вырвало на пол. Он был жив. Я убрал щит только после её кивка, и лекарь наконец смог подойти.

— Это не всё отделение, — Ксения заговорила в наушнике, чуть громче прежнего. — В соседнем помещении люди без капсул. Егоров, берёшь их выход. Андрей, оставайся с артефактором. Из зала никого не отправлять обратно за личными вещами.

Одна освобождённая женщина тут же попросилась за сумкой. Уверяла, что без неё не сможет жить снаружи. Сумка лежала возле медного жезла. Надя пододвинула ей обычный стул, предложила воду и показала сотрудника, который отдельно проверит вещи. Женщина заплакала. Не облегчённо, от отчаяния. Спасение оказалось совсем не похоже на открытие клетки с радостной толпой.

На семнадцатой минуте где-то над нами хлопнула дверь. Потом рация Ксении передала резкий вдох. Она не успела закончить слово. В зале одновременно повернулись три небольших диска над капсулами. Либи зашипела и показала носом в сторону коридора.

Кошкина вышла к нам, придерживаясь за стену. Перстень снова блестел. Лицо побледнело, губы она сжала так, что я сразу понял: защита вернулась, а вместе с ней оборудование нашло знакомого адресата. Она подняла здоровую руку, запрещая приближаться.

— Приступ, — Ксения с трудом выговорила слово и опустилась на край скамьи. — Командование Егорову. Не снимайте питание капсул вслепую. И не ведите меня к центральной стойке, мне именно туда хочется.

Я уже шагнул к ней, когда Егоров потребовал освободить проход. Без титула, без просьбы. Показал двум бойцам запасную дверь и направил туда носилки. Ахмад накрыл диски принесёнными колпаками. Ксения разжала пальцы. В её ладони остался маленький ключ, который она, похоже, стиснула, чтобы не схватиться за стойку.

Егоров не стал менять весь план ради её приступа. Развёл людей по заранее выбранным участкам, поставил охрану возле остановленных приборов и сообщил группе следствия, что теперь свободен путь к архиву. Кошкиной помогли отойти в комнату с обычной лампой. Я видел, как она сама закрыла за собой дверь, оставив её неплотно прикрытой.