Эра Мангуста. Том 11 (СИ), стр. 11

Я перечитал заявку и зачеркнул слово «ловушка». Пока у нас имелась только разрешённая пустая складка и список работ, длиннее любой моей строительной сметы. Но впервые я мог представить предложение Системе, в котором не было чужого дома.

Оставалось сделать так, чтобы после её входа выход перестал существовать.

Глава 5

Жаболорд потребовал оплатить осмотр помещения раньше, чем согласился в него войти. Лори положила передо мной счёт, а Ксения придержала дверь, не пропуская внутрь сложенный багаж гостя. Я стоял между ними с чашкой кофе и пытался вспомнить, когда успел заказать строительную экспертизу у лягушки. Судя по довольной физиономии гномки, именно сейчас.

— Бесплатно он согласен только знакомиться, — Лариса перевернула лист и постучала по печати. — Вы уже знакомы. А я привезла специалиста, которого ты просил найти, вместе с предметом, который нам нужен.

Мы устроились в пустой приёмной форта, подальше от стены первого уровня. Я поспал четыре часа, позавтракал и успел раздать задания, но кофе всё равно казался главным ресурсом этой операции. Накануне, когда от условий Рема миновало чуть больше половины суток, мы проверили маленькую замкнутую складку. Сегодня требовалось выяснить, во сколько обойдётся конструкция, способная выдержать настоящего противника. И желательно не оставить нас без денег ещё до прихода противника.

Жаболорд прибыл через действующий торговый переход с разрешения караула. Из своего имущества он предъявил для осмотра небольшой плоский свёрток и длинный футляр. Ксения не разрешила ничего разворачивать, пока не узнала содержимое. В свёртке оказался стул, в футляре фигурка крылатой змеи с веером. Нужный предмет я узнал по рисунку Михаила. Стул меня интересовал значительно меньше.

— Я не торгую технологиями на основании чужой тревоги, — фон Трясина уселся на выданный ему табурет, явно недовольный качеством мебели. — И не уменьшаю цену потому, что заказчик торопится. Обычно спешка увеличивает стоимость. Особенно когда заказчик начинает разговор со слов «спасение миров».

— Тогда хорошо, что я пока ничего не начал, — хмыкнул я, убирая чашку. — Сначала статуэтка. Потом работа. В одном счёте их не объединяем, и приобретение вещи не означает согласия на все остальные условия.

Лори сразу пододвинула вторую бумагу. Гномка подготовилась прекрасно, даже слишком: на отдельном листе уже стояла цена фигурки в макрах. Я вспомнил старые переговоры о покупке всей технологии сворачивания и не стал возвращаться к ним. Мне не требовалось за несколько часов стать ещё одним Жаболордом. Мне требовался сам Жаболорд, понимающий, что делает.

Фигурка попала к нему как часть оплаты за перевозку коллекции. Он считал её украшением до тех пор, пока Правнук не передал через Лори описание разыскиваемых предметов. После этого гость проверил футляр и обнаружил внутри присутствие, которое не относилось ни к камню, ни к его собственной магии. Разбирать находку он не стал. За одно это я был ему благодарен.

— Владелец согласен передать её, — Лори провела пальцем по подготовленному акту. — Но внутри не обычный товар. Наталья предложила сначала установить контакт. Сам предмет при этом остаётся у продавца до завершения проверки.

— Правильно предложила, — я кивнул жене и посмотрел на гостя. — Ты получишь плату за вещь. Решение того, кто находится внутри, этой платой не покупается.

Наташа придвинула футляр к себе только после разрешения. Ладоней на фигурку не положила, удерживала их по сторонам, словно грела над маленькой печкой. Несколько секунд ничего не происходило. Потом створки веера чуть посветлели, и на гладкой поверхности проступили тонкие полосы. Я оставил их обычными полосами. Никакой глубины, никаких попыток получить к ним инструкцию прямо из мироздания.

Наталья подняла глаза и сообщила, что получила согласие на передачу Михаилу. Не на окончательное замыкание, не на любую будущую работу. Только на поездку к остальным и разговор об условиях. Заодно она предупредила, что полноценную проверку непрерывности души сейчас провести не может. Я попросил записать именно это, без удобного сокращения до слова «проверено».

Макры принесли со склада по накладной. Лори пересчитала их, Жаболорд повторил пересчёт, а Ксения сверила футляр с первым осмотром. Никто не выхватывал предмет, никто не требовал верить князю на слово. Через несколько минут у нас была шестая статуэтка, у гостя честная оплата, а у кладовщика выражение лица человека, которому только что предложили передать месячную выручку в руки земноводного.

— Теперь о помещении, — фон Трясина убрал расчёт за фигурку и выложил другой договор. — Заказчик гарантирует устойчивость внешних границ на весь срок исполнения. При вмешательстве третьей стороны исполнитель вправе удержать созданный объём до окончания работ. Эти условия обязательны.

— Вот удерживать тебе как раз нельзя, — я перечитал строчку и положил рядом вчерашнюю запись испытания. — Пространство предоставляется добровольно. Его хозяин может остановить опыт. Если ты начнёшь держать границу против его решения, мы получим вторую угрозу вместо защиты от первой.

Жаболорд перестал улыбаться своим широченным ртом. Он внимательно прочёл запись, особенно место, где участок закрылся после усиления подпитки. Потом попросил Семёна описать результат без слов «само» и «внезапно». Строитель, которого мы вызвали из соседней комнаты, заметно оживился. Наконец-то ему попался человек, интересовавшийся не названием чудес, а нагрузкой на несущую конструкцию.

Они расспрашивали друг друга минут десять. Семён принёс модель обходного коридора, а гость потребовал убрать из неё опору на отзываемый участок. Я уже представлял, как моя экономная ловушка дорожает с каждым движением их пальцев. Однако теперь хотя бы понимал, за что плачу. Не за красивое обещание закрыть любой выход, а за выход для своих, который не исчезнет вместе с чужим согласием.

— Не просите меня свернуть живой мир, — Жаболорд отодвинул модель и выпрямился. — Я работаю с согласованным объёмом, а не с существом, которому он принадлежит. При остановке оставлю сделанное в предусмотренном состоянии. Но такое состояние тоже нужно подготовить. Бесплатного безопасного прекращения не бывает.

— Вот это и включаем в цену, — я подвинул к нему чистый лист. — Сейчас оплачиваю обследование и ограниченное испытание на пустом участке. Ни обучения моих людей, ни передачи твоего дара. Дальнейшую работу согласуем после расчёта. Причём ты тоже можешь отказаться, узнав против кого мы строим.

Он назвал сумму. Лори поморщилась, я тоже, Семён не поморщился вообще, что насторожило сильнее остальных реакций. Жаболорд требовал отдельный запас макров на аварийное завершение. Не в свою собственность, а под совместный учёт, с правом использовать только на оговорённое действие. Похоже, специалист понимал разницу между прибылью и возможностью дожить до её получения.

Мы заплатили за первый этап, не купив себе ни вечного помощника, ни безусловного права на его работу. Подписывать обязательство удержать будущую Систему он не стал. Я этого и не требовал. Вместо обещанного чуда получил перечень замеров и сроки, в которые он мог выдать расчёт. Очень дорогое земноводное. Но профессионал, зараза.

Пока Семён уводил гостя к специалистам, из коридора донёсся голос Графа. Кот обнаружил пустой поднос и потребовал найти ответственного за уничтожение завтрака. Колян объяснил, что завтрак никто не уничтожил, его съели. Граф счёл это обстоятельством, усугубляющим преступление, и ввалился к нам.

— Чо, убогий, уже весь склад продал? — кот поставил лапы на край стола и понюхал закрытый футляр. — Ещё трёх не хватает, а ты жрать забыл. Не трогай эту штуку глазами, бле… блестит она без твоей помощи.

— Я её вообще не трогаю, — проворчал я, забирая чашку со стола, прежде чем он успел сунуть в неё морду. — Тебе Колян принесёт. А мне сейчас нужно говорить с циклопами. Там хоть счёт за осмотр не выставляют.