Идеальный мир для Химеролога 14 (СИ), стр. 8

Я молча посмотрел на Валерию. Потом перевёл взгляд на скромно потупившую взор «санитарку».

— Ну что ж… Поздравляю тебя, Валерия Сергеевна, — загробным голосом произнёс я. — Ты только что приняла на должность уборщицы и посудомойки действующего директора Департамента аналитики и контроля мутаций Высшей Канцелярии Его Императорского Величества.

Лера открыла рот, закрыла, попробовала ещё раз. Слов так и не нашлось. Глаза у неё стали с чайные блюдца, она пару раз моргнула, пытаясь осмыслить услышанное, и посмотрела на меня жалобно:

— Вик… Я вот сейчас не до конца поняла… Это мне за экономию фонда оплаты труда внеочередную премию выпишут? Или меня прямо сейчас лишат всех надбавок и отправят на улицу⁈

— Знаешь, Лерочка… Я сам ещё толком не понял. Не переживай, работай спокойно.

Валерия тут же просветлела и захлопала в ладоши. Вот уж кто умел найти повод для радости хоть на краю апокалипсиса.

— Ура! Замечательно! Тогда я дальше работать! У меня ещё накладные на перевязочный материал не сведены!

Лера плюхнулась обратно в кресло и с утроенной энергией застучала ноготками по клавишам рабочего компьютера. Госпожа директор Канцелярии сияла. Одарила меня победной улыбкой и лёгкой рысцой умчалась в процедурную считать ампулы с физраствором.

Я прислонился лбом к прохладному дверному косяку и тихо пробормотал себе под нос:

— Да уж… Дурдом в «Добром Докторе» продолжается…

Глава 2

Петербург, Российская Империя

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Елизавета опустила тряпку в ведро с едким дезинфицирующим раствором и расправила затёкшую спину.

Скажи ей кто-нибудь ещё сутки назад, что действительный статский советник и директор Департамента аналитики и контроля мутаций Высшей Канцелярии Его Императорского Величества проведёт рабочий день в ветеринарной клинике на окраине Петербурга, — она бы ни за что не поверила.

Однако стрелки на настенных часах перевалили за три пополудни, а она всё ещё стояла посреди процедурного кабинета клиники «Добрый Доктор». В стеклянной дверце шкафа с медикаментами отражалась строгая женщина с заправленными под голубую шапочку волосами и каплями хлорки на подоле.

И больше всего Лизу ошеломляло то, что клиника была совершенно… нормальной.

Лиза морально готовилась увидеть здесь тайную цитадель чернокнижия или секретные полигоны мутаций. Но за семь часов непрерывной беготни увидела здесь лишь обычную ветеринарную работу, от которой успела порядком вымотаться.

Пациенты шли чередой. Сначала заявилась пожилая барыня с кашляющим карликовым мантокотиком — Виктор осмотрел его, отчитал хозяйку за кормление зверя дешёвыми копчёностями, выписал цинковую мазь и взял за приём триста рублей. Следом приковылял посыльный из почтового ведомства с вестником-соколом, подхватившим перьевых клещей. Затем лавочник притащил домашнюю саламандру, проглотившую медную пуговицу. И каждого из них Виктор осматривал с дотошностью обычного участкового химеролога.

Елизавета искренне ничего не понимала.

Зачем человеку с такой мощью тратить время на промывание ушей спаниелю?

Вдобавок сегодня ветеринарка осталась почти без рук. Все сотрудники после вчерашних вступительных экзаменов в Императорской Академии выпросили отгул: перенервничали так, что дружно отсыпались по домам. Поэтому весь нескончаемый поток посетителей лёг на Валерию у стойки регистрации и Виктора в операционном блоке. А Елизавете, твёрдо решившей докопаться до сути происходящего, досталась вся черновая работа: мыть столы, кипятить лотки, пересчитывать ампулы и подносить чистые пелёнки.

Колокольчик над входной дверью звякнул так резко, что чуть не сорвался с крепления. Следом раздался тяжёлый топот кованых сапог, громкий гогот и металлический лязг цепей.

— Эй, коновалы! Принимайте героев передовой! — донёсся из холла хриплый бас.

Елизавета аккуратно положила пинцет на стерильную салфетку и выглянула в коридор.

В приёмную ввалились двое широкоплечих мужчин в армейских бронежилетах поверх грязных камуфляжных курток. Лица обветренные, наглые, взбудораженные удачной боевой вылазкой. По нашивкам на рукавах Лиза без труда опознала мелкую частную тактическую контору — из тех полудиких наёмных команд, что берут субподряды на зачистку старых складов и пригородных оврагов от бродячих тварей.

На коротких стальных поводках они держали пару боевых химер. Крупные чешуйчатые псы с бульдожьими челюстями тяжело дышали, роняя вязкую слюну на чистый кафель.

— Виктор у себя? — спросил первый, сдвигая на затылок серую кепку. — Нам бы псов осмотреть после рейда. Да и шкуры надо перекрасить под городскую застройку, у нас завтра ночью новый выход.

Валерия за стойкой смерила визитёров оценивающим взглядом, перевернула страницу журнала и махнула рукой в сторону коридора:

— Проходите во второй смотровой. Шеф сейчас освободится и подойдёт.

Наёмники заржали в два голоса и поволокли упирающихся химер в кабинет. Там Елизавета как раз заканчивала раскладывать столик: расставляла флаконы со стабилизатором, готовила шприцы, проверяла кожный инжектор и свежие картриджи с пигментом.

Мужики шумно плюхнулись на диванчик у стены, привычно намотав поводковые цепи на кулаки. Химеры тяжело улеглись на пол и принялись шумно посапывать.

Дверь осталась приоткрытой, поэтому гости без лишнего стеснения принялись глазеть обратно в приёмную.

— Слышь, Серый, — пихнул приятеля локтем тот, что сидел в кепке. — Глянь, деваха какая. Мордашка смазливая, глазищи круглые, всё при ней. Может, подкатим после смены? В кабак сводим, покажем, как взрослые мужики гуляют?

Второй пренебрежительно скривился:

— Да брось ты. Обычная деревенщина на казённой ставке. Сунь такой дешёвый веник за три рубля, она сразу и растает. Скукотища… Нам бы кого повеселее, с огоньком.

Он скосил глаза на Елизавету, которая стояла у столика, и заговорщически подмигнул напарнику:

— Вон, на эту посмотри. Осаночка гордая, стать породистая, халатик в талию… Сразу видно — штучка с претензией. Давай, познакомься.

— Да как тут знакомиться? — хмыкнул Серый. — Она же рядом стоит, каждое слово слышит. Весь подкат испортил.

— Подумаешь, слышит, — хохотнул напарник. — А ты подойди, да хлопни её по заднице. Если улыбнётся — значит, согласна. А если визжать начнёт, то…

Закончить фразу он не успел.

Елизавета медленно положила на поднос стальной анатомический зажим, развернулась и посмотрела на говорившего.

— А если я тебе зубы выбью прямо сейчас, что тогда? — поинтересовалась она.

Наёмники на секунду опешили, а затем дружно заржали, закинув головы.

— Ух ты, гляди-ка, кошечка с когтями! — осклабился Серый, выпячивая массивную челюсть. — Слышь, красавица, мы вообще-то боевые… За такие разговоры можем и наказать. В угол поставим, штаны снимем, да отшлёпаем, чтоб субординацию знала.

Елизавета смотрела на этих двоих так, как смотрят на смертников, которые спьяну решили проверить запал боевой гранаты ударом молотка. Рука в кармане халата нащупала телефон. Ей хватило бы одного звонка, чтобы этих храбрецов прямо отсюда увезли в кандалах до конца их недолгой жизни.

В этот момент в смотровую вошла Валерия с бланками на обслуживание. Наёмники тут же переключились на новую цель.

— О, а вот и хозяйка! — расплылся в масляной улыбке Серый. — Красавица, не хочешь провести вечер с двумя настоящими мужчинами? Мы не обидим. Угощаем по высшему разряду, любые капризы за наш счёт.

Валерия перевела взгляд с одного на другого, затем на Елизавету и мягко улыбнулась:

— С какими? Вы знаете настоящих мужчин? А то я здесь их в упор не вижу.

Улыбка Серого мгновенно сползла. Челюсть напряглась, в глазах мелькнула тупая злость:

— Слышь, ты не путай берега. Не страшно хамить? Мы ведь можем и обидеться. Да и химеры у нас голодные сидят, мясца свежего просят…