Идеальный мир для Химеролога 14 (СИ), стр. 14

Следом на мостовую с грохотом вывалился тощий субъект лет тридцати.

Лицо сектанта густо покрывали ритуальные чёрные татуировки в виде многоножек и рун. Фанатик выпучил глаза, изо рта капала слюна, а обеими руками он судорожно сжимал… массивную дверную ручку, выдранную с корнем вместе с куском резного дубового наличника. Бедолага так отчаянно цеплялся за дверь своего тайного убежища, что улетел в портал прямо вместе с фурнитурой.

Ящерица разжала зубы и преданно уселась у моих ног, виляя чешуйчатым хвостом.

Я подошёл к лежащему сектанту, носком легонько поддел ручку и хмыкнул:

— Вот и отлично. Посидишь пока здесь, на свежем воздухе. А там как раз дяди с пулемётами подтягиваются — расскажешь им в деталях, кто вы такие, зачем в наш славный город полезли и по какому праву испортили людям приличный корпоратив.

Культист, судя по ауре, портальщиком не был — обычный расходный пехотинец или младший аколит. Он перевёл ошалелый взгляд с меня на свои дрожащие руки, на обломок дверного косяка, затем на туши перебитых химер вокруг… и затрясся, вжав голову в плечи. От пережитого шока у бедняги начисто пропал дар речи.

Со стороны проспекта уже показались армейские грузовики с синими проблесковыми маяками. Послышался лязг бронированных щитов и командные выкрики офицеров штурмовых групп.

— Всё, народ, сворачиваемся, — скомандовал я своим. — Героическую славу оставим имперской гвардии.

Я отозвал Психа и гончих, приказав им раствориться в темноте и «огородами» возвращаться в «Добрый Доктор». Мои ученики, взбудораженные, но целые и довольные собой, быстро собрались возле меня. Роман даже попытался по-хозяйски похлопать ящерку по голове, на что та лишь снисходительно фыркнула. Мы нырнули в узкий проходной двор, оставляя культиста с ручкой на растерзание прибывающему спецназу.

Уже на соседней тихой улочке, когда адреналин улёгся, я достал из кармана телефон.

Надо было набрать Агнессу. Если по всему Петербургу открылись порталы, логистические склады Новиковых и их транспортные базы вполне могли попасть под удар тварей. Терять ценные ресурсы графини накануне наших совместных проектов мне совершенно не улыбалось.

Я нажал вызов.

Гудки тянулись один за другим…

На седьмом гудке трубку наконец сняли.

— Алло! Кто говорит⁈ — рявкнул в динамик незнакомый хриплый мужской голос.

— Это Виктор, — ответил я. — А где Агнесса Павловна?

— Графиню… похитили…

Связь захлебнулась помехами и оборвалась.

— Ну вот какого хрена?.. — я медленно опустил трубку от уха. — Это они, конечно, зря.

Глава 4

Где-то…

Агнесса потянула руки, и корни глубже впились в запястья. Она замерла на боку, прижав щёку к холодному полу. Связанные ноги уже онемели, пальцы за спиной почти не чувствовались. Каждый рывок затягивал путы, кисти за спиной всё теснее прижимались друг к другу.

После портала гудела голова. Перед глазами плавали серые пятна, во рту кислило медью. Агнесса пыталась восстановить последние минуты в усадьбе и всякий раз возвращалась к галерее, где её настигли четверо Одарённых. Как она позволила им себя взять?

Когда завыли городские сирены, она сидела в кабинете. Стёкла аж дребезжали от протяжного воя, но в доме знали, что делать при тревоге. На юге Петербурга оставались родовые склады сырья. Охраны требовали и две площадки, где разливали восстанавливающие мази. Нужно было защитить перевозки через транспортные терминалы и базы: прорыв угрожал всему этому хозяйству.

— Макар! — позвала она начальника охраны. — Вторую и четвёртую группы немедленно выдвинуть к Обводному каналу. Усилить охрану лабораторного комплекса. В аптечных пунктах опустить бронированные жалюзи, персонал перевести в защищённые цоколи. И свяжись с охраной Акванариума — пусть немедленно закрывают кассы и выводят посетителей через северный сектор. Никакой давки!

Она отслеживала по городской сети, куда дошли броневики, перенаправляла патрули. Гвардия занимала посты, приказы исполнялись. А затем зуммер зазвучал уже в самой усадьбе. Агнесса ещё не успела встать с кресла, когда снизу, из парадного холла, донеслись взрывы.

Где-то в саду раскрылся пространственный прокол. Сквозь фиолетовую воронку прямо на территорию усадьбы валили вооружённые люди. За воротами их могла встретить охрана, но здесь они оказались среди деревьев, за всеми внешними укреплениями, внутри дворянской усадьбы, где появление портала казалось невозможным.

Большинство нападавших годилось разве что для уличного налёта. Слабые Одарённые перемешались с наёмным сбродом, и гвардейцы, оправившись от замешательства, стали теснить их к оранжерее. За этим шумом прошли четверо. Они добирались до Агнессы, пока остальные умирали и занимали её охрану.

Её прижали на галерее второго этажа. Подняла плазменный щит, пустила огненные шары и сбила первого. К ней уже прорывался Багратион. Переделанный Виктором тигр рыкнул и прыгнул наперерез чужакам.

Один из четверых выставил руку. Серые растительные жгуты перехватили зверя в прыжке, стянули лапы и пасть, придавили его к плитам. Таких техник Агнесса прежде не видела. Несколько телохранителей погибли, ещё вытаскивая оружие. Гвардейцев, шедших следом, смело тяжёлыми ударами. Чужаки перешагнули через раненых, добили её щит и скрутили руки.

Миша был далеко от галереи. В другом крыле, на площадке, занимался с учителем фехтования. Нападавшие даже не посмотрели в ту сторону. За эту мысль Агнесса держалась, вспоминая рывок в портал и падение, после которого очутилась здесь, на камне.

Она снова потянула запястье. Бурые корни зашевелились, колючки пробили блузку, Агнесса стиснула зубы и затихла. Хватка осталась прежней. Посиневшие предплечья были чужими, тяжёлыми, и за спиной с трудом удавалось согнуть хотя бы палец.

Тогда она собрала в груди крупицы огненного энергии. Тепло пошло к ладоням. На миг показалось, что хватит одной искры: растительные путы должны гореть. Корни запульсировали, высосали всё, что она успела направить в руки, и сжались ещё туже. Её Дар только кормил их.

За дверью прошли тяжёлые шаги. Заскрипел ржавый засов, и Агнесса приподняла подбородок, чтобы разглядеть вошедшего.

Мужчина носил самодельные кожаные штаны и короткую жилетку на голое тело. На груди и жилистых руках темнели татуировки. Между спиралями ползли многоножки, рядом шли перечёркнутые руны. Знаки тайных сект она узнала сразу. Вот кто прислал в её дом людей, притворявшихся наёмниками.

Он оглядел пленницу и присел перед ней на корточки.

— Вот ты какая, Агнесса Новикова… Человек, который нам нужен.

Агнесса перевела дыхание и посмотрела ему в лицо.

— Что вам от меня надо? Вы вообще осознаёте последствия своих действий?

Он осклабился, показав желтоватые зубы.

— Последствия? Ну надо же… Тебя начнут искать, твой великий род в ярости перевернёт всю столицу, поднимет армию, когда выйдет на наш след? Кстати, мы находимся в Диких Землях, если тебе интересно. Далеко за внешним кордоном. Ах да, я и забыл… У тебя из рода остался один только младший брат. Серьёзный противник, нечего сказать. Может, отправить людей назад и прихватить его сюда, как думаешь?

При упоминании Миши она так стиснула челюсти, что заболели скулы. Культист отмахнулся.

— Ладно, расслабься, не переживай. Наоборот, нам куда выгоднее, чтобы мальчишка оставался там, во главе родового гнезда. Пока ты сидишь здесь, он сделает всё, что мы прикажем. И да, отвечая на твой вопрос: лично к тебе у нас никаких счётов нет. Считай это простой случайностью. Ты была выбрана как удобная цель, идеальный рычаг, чтобы мы могли расширить своё влияние в самой столице. Поживёшь здесь несколько месяцев, может, с полгодика, пока шумиха не уляжется. А то сейчас за твоим братом явно будут приглядывать имперские спецслужбы. Ничего, тебе тут понравится. Будешь послушной — вернёшься домой целой и невредимой. Ведь твой брат всё равно будет за тебя переживать и выполнять любые наши условия, лишь бы вернуть сестру.