Миротворец 5 (СИ), стр. 14

Замдиректора по безопасности Ренат Ахметов честно показал гостю все 3 заводские проходные, Савинков так же честно убедился в строгости и пунктуальности вахтеров — тщательно проверялись абсолютно все работники, включая руководящий состав. Проверка документации выявила всего две попытки проноса взрывчатки за территорию завода, обе закончились осуждением виновных лиц.

Вечером, когда проверяющие и проверяемые сидели в заводской столовой и пили чай, Савинков поставил вопрос ребром:

— Скажу честно, господа, о цели нашего визита — при проверке двух бомб обнаружились остатки мелинита, который производится в России только в двух местах, у вас и в Шостке…

— А не могли злоумышленники украсть уже готовые боеприпасы из армейских частей? — задал логичный вопрос Ахметов, — может, вы не там ищете утечку?

— В армии меры предосторожности еще сильнее, чем у вас, — ответил Савинков, — но проверить, конечно, и их тоже придется… а если сконцентрироваться конкретно на Охте — вы же здесь всю жизнь проработали, может, подскажете, как можно вынести отсюда взрывчатку?

— Вы же не вчера родились, господин Савинков, — с усмешкой сказал ему Ахметов, — и сами должны знать — вы приехали и уехали, а нам здесь еще работать и работать… так что интересы наши прямо противоположны, вам надо найти утечку, а нам надо доказать, что утечка невозможна.

— Все верно, — развеселился Савинков, — а что вы скажете, господа, если мы объявим награду в случае обнаружения злоумышленников… скажем тысяч пять-шесть…

— Это совсем другое дело, — подал голос молчаливый Мюллер, — пять тысяч это 5 моих годовых окладов…

— Согласен, — поддержал его Ахметов, — если вы даете честное слово насчет награды, мы постараемся помочь… завтра утром, например.

— Даем честное благородное слово, — заверил их Савинков, переглянувшись со Шнайдером, — но естественно только в том случае, если будет установлена прямая связь ваших злоумышленников с терактом на Морской улице.

Дела после объявления награды пошли гораздо веселее — утром Ахметов выложил перед проверяющими фамилии двух главных подозреваемых и вероятную схему хищения…

Глава 12

Все оказалось не просто, а очень просто — готовые мелинитовые шашки прятались в отходах из столовой и беспрепятственно вывозились на свалку. А недостача 1–2 единиц готовой продукции в документах искусно маскировалась путем занижения процентов выхода… на деле производилось чуть больше, чем отражалось в бумагах. В схеме были задействованы трое, бухгалтер, работник столовой и шофер, обслуживающий внутренние нужды завода. Главным, как ни странно, оказался шофер — именно он договаривался с покупателями и получал деньги.

Проверяющие на всякий случай забрали всех троих, Ахметов же с Мюллером получили заверения, что награда их непременно найдет… но чуть позднее. Допрашивать шофера, которого звали Федором Конюховым, собралась вся группа, включая генералов.

— Рассказывайте о покупателях взрывчатки, Федор, — с ласковым выражением лица начал допрос Шебеко, — если рассказ будет честным, я вам обещаю минимальное наказание из возможных… даже просьбу о помиловании подпишу, если дело будет быстро раскрыто.

— Мне нужны гарантии, — выдал неожиданно умную фразу Федор.

— Ну надо ж, какие у нас умные конюхи пошли, — развеселился Дурново, — слово гарания знают.

— Я не конюх, я шофер, — уныло ответил Федор, — это просто фамилия такая — Конюхов.

— Хорошо, — Шебеко взял чистый листок из стопки и быстро что-то написал на нем, — так пойдет?

Шофер взял лист, прочитал и кивнул головой.

— Пойдет… записывайте имена покупателей — Александр Парвус и Лев Троцкий… так по крайней мере они представились.

— Так-так, — закивал Шебеко, — давайте подробности — как они вышли на вас, сколько заплатили, где проходила передача товара.

— Я все расскажу, — Конюхов поудобнее устроился на стуле и начал, — они вышли на меня через Митьку Босого, знаете, кто это?

— Знаем, — ответил Дурново, — бандит с Черной Речки.

— Правильно, крестный отец столичного дна… — подтвердил Федор.

— Ну вы и правда нестандартный конюх, — сделал ремарку Савинков, — где научились таким умным словам?

— Там уже не учат, — недовольно отвел он вопрос в сторону, — Митька подвел ко мне этих двоих, дальше уже было дело техники… заплатили они 150 рублей, 50 аванс, остальное в конце.

— Знаете их? — спросил Шебеко у Савинкова с Дзержинским.

— Слышал, — скупо бросил первый, но Феликс был более информативен, — это бывшие члены социал-демократической партии, издавали газету в Берлине.

— Какую? — немедленно поинтересовался Шульц.

— Сначала она называлась Форвертс, потом Искра и в конце концов переименовалась во Вперед.

— И что с ними стало далее? — спросил Дурново, — с Парвусом и Троцким?

— Создали свою партию, — пояснил Дзержинский, — деталей я не знаю… главной идеей-фикс обоих была так называемая перманентная революция — то есть непрерывная череда революций от монархии и до образования пролетарского государства. Видимо, взрыв послов каким-то образом способствовал началу перманентной революции… каким — уж извините, не подскажу.

— Где искать этих поклонников перманентной революции? — поставил вопрос ребром Шебеко.

— Не знаю, — сразу пошел в отказ шофер, зато Савинков с Дзержинским пообещали поспрашивать у своих бывших коллег.

На этом допрос прекратился, а на следующий день оба заговорщика, и Парвус (настоящая фамилия у него была Гельфанд), и Троцкий (Бронштейн) были застрелены при задержании на конспиративной квартире на Обводном канале. Результаты расследования были тут же доложены императору, а он в свою очередь переправил их кайзеру Вильгельму.

Южный фронт

Граница между Сербией и Австрией в начале 20-го века проходила довольно извилисто и прихотливо. С юга это была Венгрия от Сжегеда до Самбора,далее начиналась хорватская часть от Самбора до Митровицы, ну и наконец не стоило забывать и о боснийском кусочке, хотя там скорее всего активных боевых не предусматривалось в связи с недавним обретением этой территории австрийцами.

Пограничные части в этих местах, конечно, имелись, но для полноценного ведения боевых действий нужны были кратно большие силы. Чем и занялись власти по обе стороны границы, объявив мобилизацию десяти возрастов каждый — с 1885 года рождения и вплоть до 1875. А пока на этих фронтах наблюдались спорадические перестрелки без определенного плана действий.

Король Сербии Петр I Карагеоргиевич вызвал к себе командующих Северным и Северо-Западным военными округами для совещания.

— Доложите, други, о положении дел на границах, — предложил король своим подданным.

— Осмелюсь доложить, ваше величество, — первым среагировал начальник Северного округа Милош Младич, — ситуация находится под полным контролем, пересечения границы со стороны Венгрии не отмечено, ждем пополнения кадровых частей.

— А у вас что? — перевел взгляд король на второго собеседника.

— Все в пределах нормы, — тут же ответил Стефан Николич, — было отмечено две вылазки со стороны хорватской территории, обе успешно отбиты, потерь с нашей стороны не отмечено…

— А что по ту сторону границы, известно? — продолжил задавать вопросы король.

— Точных данных не имеется, но по косвенным данным во всех районах Австро-Венгрии начинается мобилизация 6 возрастов — с 1880 по 1885… это в итоге даст прибавку к живой силе от половины до целого миллиона. Нынешняя численность кадровой армии у них составляет 550 тысяч…

— А у нас сколько в кадровой армии числится?

— 230 тысяч, государь… и по мобилизации добавится столько же.

— То есть у нас в любом случае вдвое меньше, понятно… греки помогут?

— Да, от них пришли сигналы о готовности выдвинуть на линию фронта 2 или 3 дивизии…

— Это еще 30 тысяч… я вас услышал, генерал… теперь что у нас с вооружением и техникой?