Другие миры кроме этого, стр. 109

— Да, сэй. — Нехорошее предчувствие или нет, а что еще тут скажешь?

— Те города проспали, так что эти красноголовые ублюдки могли насиловать, грабить и вырезать всех сколько душе угодно, но мы-то не спим! — Его кулаки сжаты. — Не спим и готовы!

— Не спим и готовы, — повторяет Джордж Элгин, но выглядит он таким же встревоженным, каким чувствует себя и сам Рай.

Янгблад подходит к своим псам, своим Благословенным, и опускается между ними на колени, положив руки на их холеные головы.

— Пора тебе заняться работой, за которую я тебе плачу, сэй Коннорс.

«Как будто я до этого на тебя не пахал, — с обидой думает Рай. — Да и платишь ты обычно сущие гроши».

— Для начала я хочу, чтобы ты нашел дюжину человек. Тех, кто плохо видит, или калек, или стариков, не годных для серьезной драки. Они займутся отстрелом этого оружия. Одного патрона на ствол должно хватить, от силы двух. Не хочу разбазаривать боеприпасы. Затем собери пятьдесят или шестьдесят крепких, способных держать оружие мужчин и приведи их сюда. Я сам встану во главе отряда. Мы заляжем в засаде возле трамвайной линии «Винолы», у Гилеадской дороги. А дамы с тарелками рассредоточатся вдоль Тракта. Мы сотрем их в порошок. Всех! До последнего парня и девки, какими бы юными они ни были!

Янгблад разве что не подпрыгивает на месте от возбуждения, кобура под его брюхом глупо колышется, а рукоятка пистолета мотается туда-сюда.

— Мы насадим их головы на пики вдоль Старой Гилеадской дороги в назидание другим соплякам, у которых возникнет соблазн примкнуть к их безумию… не то чтобы наша молодежь когда-нибудь проявляла подобную глупость.

— А эти участники детского крестового похода [27] вооружены, сэй? — спрашивает Рай.

Он думает, что ему придется объяснять это выражение, но Янгблад улавливает суть и в ответ сочно пердит губами. Слюни летят во все стороны.

— У них может оказаться ствол-другой, но я так мыслю, у них в основном луки да кустарные ножи. Какой-то паникер со Старкова Переезда прислал гелио насчет моторов, но я скорее поверю, что Великий Трокен приносит детишкам подарки на Праздник Жатвы. У них может быть несколько лошадей или ослов, но эти детки брали беззащитные города эффектом неожиданности и численным перевесом. А мы не беззащитны! У нас ушки на макушке! Мы готовы!

Из букки с брезентовым верхом Янгблад выхватывает одну из автоматических винтовок. Раю она кажется похожей на М4. Янгблад вскидывает ее к плечу и целится, но когда все, кроме Хестина, спешно подаются назад, он меняет свои намерения, сует винтовку Ларри Магрудеру и велит ему стрелять — только ни в коем случае не рядом с Дверью, используемой Хестином для перехода на американскую сторону.

Волчок неуверенно смотрит на винтовку, затем на Рая в поисках поддержки. Рай вскидывает руки — этот жест означает не делах, а скорее «ты попал, паря».

Магрудер поднимает винтовку и наводит на полуоткрытые садовые ворота. Затем опускает и смотрит на Янгблада; его глаза умоляют: «Пожалуйста, сэй, я не хочу».

Янгблад выдергивает пистолет из кобуры.

— А ну давай, давай! — приказывает он. — Или я сам тебя кончу!

Волчок снова поднимает винтовку и упирает приклад в плечо. Все пятятся. Элис Стайнс закрывает лицо руками. Неожиданная мысль зарождается в голове Райала Коннорса, редкая бунтарская мысль: «Не стреляй в ворота, Магрудер. Сделай полуоборот и пристрели Янгблада. Покончи с этой безумной чертовщиной до того, как она начнется».

Волчок зажмуривает глаза и жмет на спусковой крючок. Два громких выстрела — БАХ! БАХ! — заставляют пташек со свистом взмыть ввысь из тенистых глубин сада. Створка ворот захлопывается, в ней зияют две пробоины. Волчок открывает глаза, явно пораженный тем, что все еще жив. Он начинает крутиться волчком, но не успевает сделать и пары оборотов, как мэр Дези выхватывает у него винтовку.

— Моя, — говорит он и целует ствол.

Рай не видел ничего подобного с тех пор, как посмотрел фильм Сэма Пекинпа в кинотеатре «Лирик» на Таймс-сквер. Сидя на балконе, они с Тиери знатно постебались над этой глупостью. Сейчас ему не смешно.

— Райал, приказы ты получил. — Янгблад вешает автоматическую винтовку заплесневелым кожаным ремнем на плечо. Даже со своим брюхом он сейчас почти похож на солдата. — Обеспечь отстрел этих пушек, только не трать на это хороших людей.

— Ни в коем случае, — говорит Рай.

Он чувствует, как какая-то боевая лихорадка проникает и в его собственную голову. Ему это не нравится, и в то же время чертовски заводит. Что-то похожее он видит и в глазах Элис Стайнс. Ей хочется швырять свою тарелку и резать ей шеи, а вовсе не цветы. У него закрадывается подозрение, что остальные дамы с тарелками испытывают то же самое.

«Надо бы мне валить на хер из этого города», — думает он, но этот голос — голос разума, как он полагает, — слаб и продолжает слабеть. Скоро он совсем пропадет. Да и куда ему идти?

— Приводи хороших парней сюда. Мы рассредоточимся и заляжем в укрытии между дорогой и трамвайными путями.

— Так.

— И возьми вот это. — Из кузова моторной повозки Губ вытаскивает ремень с огромным пистолетом, покрытым коркой ржавчины. Райал застегивает его на себе, хотя в глубине души чертовски надеется, что ему не придется на него полагаться.

Он слышал байки о других орудиях древних людей — сказочных лучеметах и бластерах, прямо как в научно-фантастическом кино, но в букке ничего подобного не оказалось, так что, надо полагать, не нашлось их и в подземной базе, откуда Хестин выгреб это разношерстное барахло. Конечно, если бы там отыскалось более мощное и надежное оружие, Лысый обязательно привез бы его.

Да и вообще — винтовка типа М4 сработала, так что, может, и остальные пушки сработают. По крайней мере, некоторые из них.

И чего он вообще парится? Это же дети, ради Христа, всего лишь банда недорослей, вооруженных луками, ножами да пращами. Ну, может, у них есть несколько стволов, раздобытых в Меджисе… если они вообще зашли так далеко, что вряд ли.

Он отправляется выполнять задание мэра. Губа. Сapo dei capi [28]. В своем воображении Райал уже видит этих детей: у всех у них красные вихры вместо битловских париков; они бредут по дороге к востоку от Пернила и к югу от Меджиса, стягиваясь к Дези. Легкие мишени, которых скосят из засады.

Что вообще может пойти не так?

Глава 22

Измученные и разбитые спасением из водонапорной башни, не говоря уже о рытье могилы для Дестри, Джек и Мэри проспали на следующий день до тех пор, пока солнце не поднялось высоко над горизонтом. Мэри поднялась первой, развела костер и поставила чай, делая все очень осторожно из-за волдырей на руках. Золотой Мальчик ушел к трамвайной линии, по которой когда-то ходила «Винола». Он щипал те немногие жалкие пучки травы, какие только мог найти. Сквозь шкуру отчетливо проступали ребра. Ричард сидел под ним, ловя зубами жуков.

Джек свистнул животным. Они подошли. Джек насыпал овса Мальчику, а Ричарду отдал последнее яйцо. Мэри принесла Джеку чай в жестяной кружке.

— Как давно мы покинули Дези? — спросила она. — Ты, я и Пэй? Кажется, прошел по меньшей мере год.

Он покачал головой.

— Мэри, честное слово, я не знаю. И не знаю, как Золотой Мальчик вернулся в Пернил из Ривена. Если бы он умел говорить, держу пари, он мог бы рассказать интересную историю.

— Я хочу знать, что случилось с Пэйем. — Но когда Джек открыл рот, она подняла руку. — Но не сейчас. Он был…

— Он был твоим парнем. Конечно.

Она одарила его саркастической улыбкой.

— Единственным, кого я смогла заполучить, ты хочешь сказать.

— Мэри, я…

— Можешь говорить так. Это, наверное, правда. Но знаешь что, в нем была какая-то милая черточка. Не сказать, что большая, но она была.