Другие миры кроме этого, стр. 185
Но я начал размышлять… а что, если череда жестоких, ничем не мотивированных преступлений совершится на Дальних Окраинах Долин? Совсем молодой человек, возможно, даже парочка, примутся убивать людей, вселяться в их дома, сжирать все их запасы, грабить местные рынки, а затем поедут к месту следующего преступления… а полиция станет ходить кругами. Джек начнет проявлять беспокойство, он ведь скучает по своей жизни в другом мире, даже по своей работе, и когда его попросят помочь, расследование захватит его с головой.
Питер потерял «Красноголового дятла» (авторства Кристиана Паттерсона), а я потерял его электронное письмо, которое в конечном итоге нашлось благодаря одному исследователю из Бельгии по имени Винсент Нейт. Доктор Нейт откопал его в архиве Питера.
Я был уверен, что сумею найти оригинал потерянного письма у Питера. В нем подробно расписывалось множество сюжетных идей, а в качестве главного злодея всей истории предлагался Ричард Слоут, но я в то время как раз писал продолжение «Сияния» («Доктор Сон») и не имел ни малейшей возможности заниматься завершением трилогии о Талисмане. То, что ей требовался финальный том, было очевидно, ведь «Черный дом» (Т2) заканчивается на самом интересном месте: Джек, хоть и исцелившийся в Долинах, может возвращаться в Америку лишь на короткое время, иначе заболеет и умрет.
Я знал, что книгу необходимо написать, но думал — как и все мы думаем, — «и будет время, будет время» [56]. Отчасти в этом крылось простое желание снова поработать вместе с моим другом. Отчасти — понимание того, что книга выйдет захватывающей, ведь Питер был блестящим прозаиком-стилистом, обладавшим редчайшим даром — чуткостью поэта в сочетании с талантом писать увлекательные истории. Время еще будет, думал я, но время Питера истекло в сентябре 2022 года. Я оказался опустошен, как в личном, так и в профессиональном плане.
Сейчас на дворе конец 2025 года. Мне семьдесят восемь лет. Здоровье в целом нормальное, но я страдаю от артрита, стеноза и периодических болей — последствия того, что в 1999 году во время пешей прогулки меня сбил фургон. Пришло время подумать о наведении порядка в делах, насколько подобные вещи вообще возможны для писателя, чья голова до сих пор забита новыми идеями.
Мне хотелось вернуться в Срединный Мир, который всегда был Долинами, но под другим именем. И насколько это было возможно, я хотел поработать вместе с Питером. Того письма у меня на руках не было — оно нашлось лишь тогда, когда я уже с головой ушел в роман, который вы только что прочитали, — так что сюжет сильно разошелся с первоначальной задумкой, но семя было брошено, и на протяжении всей работы я, как одержимый, настраивался на волну Питера. Надеюсь, он одобрил бы то, что я написал, и для меня истинная радость видеть его имя на обложке книги рядом со своим.
Сюзана Штрауб дала мне разрешение двигаться дальше и подбадривала меня на всем протяжении пути. Как и их замечательные дети, Эмма и Бен. Нэн Грэм отредактировала книгу и проделала потрясающую работу; она — мой Максвелл Перкинс [57]. Кэти Монаган занимается связями с общественностью и остается моим близким другом. Робин Ферт провела исследование и выловила миллиард ошибок и нестыковок в развитии сюжета (те, что поймать не удалось — моя вина, а не ее).
Моя жена Табита прочитала рукопись, внесла исправления и предложила другой финал. Сначала я отбрыкивался (я всегда так делаю), но затем разглядел способ, которым сумел связать Т3 с Т1, замкнув круг. Я благодарен ей за такую настойчивость. Без тебя я бы не справился, дорогая моя.
У меня прекрасная семья, и у меня сложилась замечательная карьера. Ни по одному из этих пунктов лучшего нельзя и пожелать. Мне хотелось бы поблагодарить всех моих Постоянных Читателей, некоторые из которых начинали читать мои книги еще детьми, а теперь уже начинают седеть. Когда заходит речь о моем жанре литературы, мне нравится девиз католической церкви: «Заполучи их, пока они молоды — и они твои навсегда».
Спасибо всем вам, мальчики и девочки.