Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ), стр. 37

Лорд Блэквут медленно склонил свою темную голову. Его горячее дыхание коснулось моей истерзанной кожи. А затем он прижался губами к самому глубокому шраму на моем правом запястье.

Меня прошило током.

Я прерывисто выдохнула, когда он оставил долгий, медленный, обжигающий поцелуй на изуродованной коже. Затем он перешел к левой руке, целуя каждый рубец, каждую вмятину от железа.

Его губы были мягкими, а действия — аккуратными, что мои колени окончательно ослабли.

Я тихонько заскулила, глотая слезы, чувствуя, как в груди распускается теплое, ослепительное солнце. Он не считал меня чудовищем. Он не испытывал ко мне отвращения.

— Этот брак с Эрой, — глухо проговорил Кейган, не поднимая головы, продолжая гладить мои запястья своими большими пальцами. — Это была лишь ширма. Фикция, необходимая для того, чтобы выманить ведьм из их нор. Я не мог рассказать тебе правду раньше. Не мог посвятить тебя в свои планы. Я слишком сильно хотел, чтобы ты просто привыкла ко мне, чтобы перестала бояться. Потому что я почти сразу понял, кто ты на самом деле. Моя Тьма тянулась к тебе с первой секунды. Ты моя пара. Моя настоящая истинная.

Я потрясенно замерла.

— Но… как? — сорвавшимся голосом спросила я. — Вы ведь были прокляты! Риэль сказала… что проклятие заблокировало вашу чувствительность и что восстанавливаться ты будешь очень долго. Как вы могли понять?

— Тш. Только на «ты» Кристина.

Кейган медленно выпрямился. На его суровом, высеченном из камня лице появилась легкая, хищная и немного самодовольная усмешка. В этот момент он был дьявольски красив.

— Я гораздо крепче, чем думают другие, — его глаза лукаво блеснули. — А что касается моего «венчания»... Священник, который проводил обряд, это не храмовник. Это мой старинный друг, лорд Кайден Айсхарн, глава Ледяного клана.

Я изумленно распахнула глаза, вспоминая ту пугающую, ледяную ауру и военную выправку мужчины у алтаря.

— Когда-то в прошлом Кайден тоже серьезно пострадал от зелий ведьм, — продолжил Кейган, и его голос снова стал серьезным. — Да много кто из Высших Лордов пострадал от их козней на самом деле. Они слишком хитры и слишком хорошо прячутся, заставляя нас расплачиваться жизнями близких. Сейчас я ищу способ устранить этот ковен. И когда Эра появилась на пороге, разыгрывая безутешную жертву, я понял, что это наш единственный шанс захлопнуть ловушку. Обряд не имел никакой юридической или магической силы. Ты — единственная хозяйка моего дома, Кристина.

Его руки снова скользнули вверх, бережно обнимая меня за плечи, притягивая вплотную к своему обжигающе горячему телу. Я уперлась ладонями в его широкую грудь, чувствуя, как ровно и мощно бьется его сердце.

— И теперь я знаю, что ты фейри, — его шепот был похож на бархат. Он смотрел в мои глаза с такой пронзительной глубиной, что я тонула в ней без остатка. — Больше никто и никогда не посмеет назвать тебя дивной тварью. Ни Эра, ни кто-либо другой в этой Империи.

Он наклонился ближе, и его губы оказались в миллиметре от моего лица.

— Потому что ты — мое дивное создание, — выдохнул Кейган.

И он нежно, бесконечно трепетно, словно боясь спугнуть, прижался теплыми губами к моему лбу.

Этот простой, целомудренный поцелуй был наполнен такой безграничной любовью и защитой, что все мои страхи, преследовавшие меня годами, окончательно рассыпались в пыль.

Глава 31

Кейган

Двое суток. Ровно столько времени мне понадобилось, чтобы подготовить операцию.

Два бесконечных, изматывающих дня, проведенных вдали от… Кристины.

Я бы всё отдал, чтобы просто остаться в особняке, запереть истинную в своей спальне, спрятать её от всего мира и не выпускать из объятий.

Но я не имел права на эту слабость, пока над головой моей парой и моей дочери висела смертельная угроза.

Сначала нужно было выжечь заразу.

Моя женщина находилась под абсолютной защитой. Я оставил с ней бойцов из своего личного штата. Мои Тени не отходили от неё ни на шаг, оплетая каждый дюйм поместья плотной, незримой сетью, готовой разорвать любого нарушителя на куски.

А рядом с Кристиной неотлучно вызвались быть Кира, готовая в любую секунду выжечь мозг нападавшему и Риэль, которая и сама сплошное оружие. Керран вызвался помогать в этой операции, потому что у того тоже были счеты с ведьмами. Одна из них погубила настоящую мать Риэль. Нортан тоже не остался в стороне, потому что с помощью ведьмовских зелий, ему хотели навязать ложную истинность. Кроме того, для всех детей в моем особняке тоже будет безопасно.

Старые графские развалины на глухой северной окраине столицы всегда пользовались дурной славой.

Местные жители обходили это проклятое место десятой дорогой, боясь даже смотреть в сторону осыпающихся, почерневших от времени башен и обвалившихся стен, густо поросших плющом.

Но для моих целей это место подходило идеально. Думаю, ведьмам «понравится».

Верхние этажи поместья давно превратились в груду щебня, но глубокий, выложенный из монолитного камня подвал сохранился превосходно. Настоящий каменный мешок.

Идеальная мышеловка.

Я стоял в абсолютной, непроглядной темноте, слившись со своими Тенями, и холодно наблюдал за центром сырого подземелья.

Ловушка была захлопнута. Кира — наш единственный ментальный маг — отработала безупречно. Она ювелирно вскрыла сознание пойманных Сабины и Изольды, выпотрошила их страхи и вложила туда ложные, воспоминания. Сейчас эти две твари, прикованные к стене цепями, искренне верили в свой невероятный триумф. Их ауры буквально фонили победой и предвкушением. Они верили, что выкрали мою дочь и теперь ждут здесь, в этом подвале, остальной Ковен для проведения главного ритуала.

А в самом центре, на каменном возвышении, лежала «Мираэла».

Наши артефакторы под руководством талантливой Медеи, которая жила в Империи под другим именем, превзошли сами себя: кукла была пугающе похожа на живую девочку. На ней было платье, её грудная клетка мерно вздымалась, имитируя ровное, глубокое дыхание спящего ребенка.

Ночь вступала в свои права. Тяжелая, беззвездная, давящая.

Мои люди были расставлены по всему периметру. Керран контролировал правый фланг подземелья, Нортан со своими личными воинами — левый. Воздух звенел от напряжения, но ни один мускул на моем лице не дрогнул.

Мой внутренний зверь, почуявший запах скорой крови тех, кто посмел угрожать моей семье, жаждал вырваться наружу и разорвать их на куски. Но я заставил его ждать. Я должен был вырвать этот сорняк с корнем.

Сквозь узкие, забранные ржавыми решетками окна под потолком донесся шум. Шум десятков крыльев, разрезающих ночной воздух.

Хриплое, утробное карканье разорвало тишину мертвых развалин. Они прилетели.

Я чувствовал, как Тени послушно ластятся к моим рукам, ожидая приказа.

Черные птицы одна за другой пикировали в провалы окон, с тошнотворным хрустом ломающихся костей и шорохом перьев обращаясь в женщин в темных балахонах. Семь ведьм.

Впереди вышагивала та самая Моргана — их главная, зеленоглазая тварь с бледным, хищным лицом. Я узнал ее из ведения Эры.

Они жадно, словно голодные гиены, бросились к центру подвала.

— Вы справились! — прошипела Моргана, её глаза фанатично вспыхнули зеленым фосфором, когда она увидела отпущенных из цепей, но слегка заторможенных Изольду, Сабину и «ребенка» у алтаря.

Моргана занесла костлявую руку, готовясь ударить.

Пора.

Я отдал приказ.

Пространство подвала взорвалось. Мои Тени, до этого невидимыми змеями скользившие по стенам, рухнули вниз монолитным, непроницаемым куполом, намертво запечатывая все выходы. С потолка, обрывая пути к отступлению, с оглушительным лязгом рухнули тяжелые антимагические сети, сплетенные из блокирующих рун.

Ведьмы завизжали. Это был звук истинного, первобытного ужаса.

Мои бойцы вышли из мрака. Вспыхнули ослепительные боевые пульсары. Свет залил подземелье, обнажая искаженные паникой лица ведьм.