Я лорд крепости. Том 3 (СИ), стр. 7

На его вопросительный взгляд я лишь покачал головой и кивнул в сторону лагеря. Обсуждать это стоило сразу со всеми. Особенно то, чего теперь нельзя делать, если мы не хотим потерять ещё кого-нибудь.

Вильям понятливо кивнул, и мы вдвоём съехали с бархана, утопив пятки в рыхлом песке, который с тихим шелестом осыпался вместе с нами. Внизу нас уже ждали охотники, успевшие собраться между палатками.

Взгляды были разными. Кто-то смотрел с тревогой, кто-то со злостью сжимал оружие, словно собирался немедленно броситься на того, кого мы обнаружили. А некоторые просто переводили взгляд с меня на Вильяма, пытаясь понять, что вообще происходит.

Гордей стоял впереди остальных. Увидев, что мы вернулись вдвоём, он заметно помрачнел, но с вопросами лезть не стал.

— Скорее всего, мы имеем дело с тварью, которая обладает возможностью использовать иллюзии по своему усмотрению, — громко объявил я, остановившись перед охотниками. — Она выманивает людей по одному, а затем скрывает их от остальных магией.

Мужчины напряжённо переглянулись. Я обвёл их взглядом и продолжил, выделяя каждое слово:

— Поэтому с этого момента никто один от отряда не уходит. Даже на десять метров.

— Даже отойти поссать нельзя? — выкрикнул охотник из толпы, на что стоящий рядом с ним товарищ ткнул его локтем в бок и бросил тихое: «Не говори поссать при лорде, идиот».

— Даже отлучиться по-маленькому — идём минимум впятером, — жёстко бросил я, обрубая все будущие споры на этой почве. — Между каждым человеком два метра, чтобы, если иллюзия начнёт расширяться, последний мог заметить это и предупредить остальных.

Гордей медленно кивнул, а рядом с ним кто-то поправил прилипший к шее воротник. Солнце поднималось всё выше, и тень от палатки, в которой пытались разместиться несколько мужчин, уже не вмещала всех желающих.

— Замечаете странное — кричите, — продолжил я, стараясь встретиться взглядом с каждым. — Даже если вам лишь показалось. Пусть лучше мы все зря обернёмся, чем кто-нибудь промолчит, решив, что ничего важного не происходит, а потом у нас пропадёт ещё один человек. Ясно?

— Да, ваше благородие…

— Ясно!

— Хорошо, — нестройно отозвались охотники, закивав.

— А что нам делать дальше? — мрачно поинтересовался Гордей.

Я ненадолго задумался. Действительно, что дальше? Оставаться здесь и ждать, пока неизвестная тварь решит повторить свой трюк, я не собирался. Но для того, чтобы найти её, требовалось хотя бы понимать, куда идти.

Вчера мы двигались целый день, и никто не пропадал. Охотники отходили от отряда, в том числе по нужде, и спокойно возвращались. Ничего похожего на сегодняшнее не происходило.

А значит, мы либо зашли на территорию монстра, либо приблизились к его логову. Хотя, скорее всего, это одно и то же. Где-то эта дрянь должна обитать, и если она принялась выманивать людей именно здесь, то мы уже рядом.

Оставалось лишь продолжить путь. Разворачиваться сейчас — означало уходить от единственного места, где нам наконец встретилось хоть что-то, кроме песка. И оставлять пропавших там, куда их утащили.

— Идём дальше, курс не меняем, — уверенно произнёс я.

Насколько вообще можно не менять курс в пустыне без нормальных ориентиров. Но направление, в котором мы шли вчера, я ещё помнил, а значит, пока будем придерживаться его.

— Скорее всего, мы напоролись на логово опасной твари, — пояснил я, вновь посмотрев на охотников. — И оно находится где-то рядом.

Мужчины переглянулись. Один крепче сжал кинжал, поправив хват на влажной от пота рукояти, другой перехватил лук, а Гордей коротко кивнул, соглашаясь с моими словами. По крайней мере, теперь каждый из них был готов к бою.

— Сворачиваем палатки и отправляемся, — распорядился я. — У нас ещё есть шанс спасти товарищей, если найдём их вовремя.

Глава 3

Лагерь собрали минут за пятнадцать. Большую часть времени потратили на палатки, вытряхивая из них набившийся за ночь песок и сворачивая ткань, которая уже успела нагреться на солнце. С завтраком же разбираться долго не пришлось, потому что завтрака у нас, по сути, и не было.

Перекусили вяленым мясом, которое охотники захватили для долгой дороги в деревню. Жёсткие солоноватые куски приходилось подолгу разжёвывать, а после них пить хотелось ещё сильнее. Но выбирать не приходилось, так что я проглотил свою порцию, сделал небольшой глоток тёплой воды и первым направился к бархану.

На каждой вершине задерживался, осматривая окрестности и прикидывая дальнейший путь. Зацепиться взглядом здесь было практически не за что, но кое-какие отличия всё же находились. Один гребень вытянулся сильнее остальных, другой загибался в сторону, а между двумя насыпями тянулась широкая низина.

На такие мелочи я старательно и ориентировался. Насколько хватало памяти, удерживал в голове общую картину и старался не отклоняться от выбранного направления. Последнее, чего мне хотелось, потратить весь день, чтобы под вечер наткнуться на место нашего ночлега.

Прошёл час, затем второй. Холод после утреннего использования «Оценки» постепенно отступил, и я даже успел этому порадоваться. Правда, ненадолго, потому что вскоре снова начал обливаться потом, с неудовольствием вспоминая, сколько воды осталось в бурдюке.

Охотники почти не разговаривали. Только изредка слышались короткие обращения друг к другу да скрипели ремни, когда кто-нибудь поправлял груз. Я периодически оглядывался, проверяя, не растянулся ли отряд, но после утренних событий напоминать о необходимости держаться рядом никому не требовалось.

За несколько часов пейзаж успел настолько примелькаться, что я уже начал сомневаться, замечу ли вообще что-нибудь необычное среди этого бесконечного песка. Однако, поднявшись на очередную вершину, неожиданно замер, вглядываясь в ближайшие барханы. Что-то в их расположении изменилось, хотя сразу понять, что именно, не получалось.

Ещё раз осмотрев окрестности, я вскинул сжатый кулак, приказывая остальным остановиться. Этот жест мы успели обсудить перед выходом, пока сворачивали палатки. Давно собирался заняться подобным, и после исчезновения охотников откладывать дальше уже не хотелось.

Кричать на всю пустыню каждый раз, когда мне что-то понадобится, было не лучшим решением. А жестов тварь, скорее всего, не знала (попадались среди них и достаточно разумные, чтобы и такое понимать), что давало нам хоть какое-то преимущество перед противником, который сам предпочитал оставаться незаметным.

Шорох за спиной стих. Охотники остановились на склоне, не торопясь лезть с вопросами, и только Вильям продолжил подъём, вскоре поравнявшись со мной.

— Ты что-то заметил? — негромко поинтересовался он, выглядывая из-за гребня.

— Мне кажется, или положение барханов изменилось? — задумчиво протянул я, вновь осматривая песчаные насыпи.

Воздух над ними дрожал, размывая очертания. За время перехода я успел столько раз подняться и спуститься, что уверенно назвать место каждого бархана уже не смог бы. Однако общую картину ещё помнил, и сейчас она с увиденным не сходилась.

Низина справа должна была оставаться левее. А вытянутый гребень, на который я ориентировался, вообще оказался почти напротив нас. Либо я умудрился незаметно для самого себя повернуть, либо здесь происходило что-то неладное.

— Ты думаешь, я запомнил? — фыркнул Вильям, покосившись на меня. — Тут каждый следующий бархан похож на предыдущий. Что одна гора песка, что вторая. Ничем не отличаются.

— Да, но вот только их расположение… — едва слышно пробормотал я, так и не закончив мысль.

Вполне мог ошибиться, учитывая жару, усталость и несколько часов однообразного пути. Но после того, что произошло утром, отмахнуться от подобной мелочи я себе позволить не мог.

Сосредоточившись на ближайшем склоне, применил «Оценку». Система потянула ману, по телу прошла знакомая волна слабости, но перед глазами ничего не появилось.