Я лорд крепости. Том 3 (СИ), стр. 16

Правда, стоило вновь посмотреть на окорок, как ответ насчёт этой девушки нашёлся сам собой. С такой силой можно позволить себе доверять незнакомцам. Обычные бандиты на подобную тварь не полезут, а если всё же решатся, то сами станут её обедом. Девушка же без проблем справилась, судя по тому, что на ней нет ни царапины, так что группа бандитов для неё явно не была какой-то проблемой.

Постепенно из палаток начали выбираться охотники. Сонные, помятые, некоторые ещё на ходу потягивались, но первым делом почти каждый смотрел на котелок. И только потом вспоминал, что нужно собирать вещи.

Винить их было сложно. Я и сам вместо сборов сидел возле костра, наблюдая, как Эльза пробует бульон, и ждал, когда она наконец объявит, что завтрак готов.

Больше всего удивил Вильям, который поднялся последним. До этого момента я был уверен, что среди его любимых занятий сначала идёт вкусно поесть, а уже потом сладко поспать. Оказалось, всё-таки наоборот.

Друг выбрался из палатки, сонно потирая глаза, и глубоко втянул носом воздух. Тут же распахнул их и уставился на котелок, окончательно проснувшись.

— Каждому по одной порции, — предупредила Эльза, даже не повернувшись в его сторону, словно почувствовав его интерес шестым чувством.

Вильям заметно приуныл, но ненадолго. Всё-таки на завтрак было мясо, а это уже повод порадоваться жизни.

Вскоре девушка принялась раздавать еду, и я оказался среди первых, кому досталась миска. Горячий бульон приятно прогрел горло и желудок, а мясо легко разделялось краем ложки. Чеснок чувствовался и во вкусе, но не перебивал остальное, а лишь добавлял остроты.

Я быстро расправился с порцией и передал миску Эльзе для следующего охотника. Посуды на всех по-прежнему не хватало, поэтому сидеть с пустой миской и заставлять остальных ждать было ни к чему.

Пока мужчины завтракали, решил пройтись к зоне бывшей Аномалии и проверить, что от неё осталось. Вчера мы торопились выбраться, а потом думали лишь о возвращении в крепость. Теперь можно было спокойно убедиться, что пустыня исчезла окончательно.

Вильям компанию мне не составил. Друг уже опустошил свою миску и жалобно смотрел то на котелок, то на Эльзу, но разжалобить девушку ему не удалось.

Стоило ему чуть приподнять посуду, как она молча покачала головой. Вильям вздохнул с таким видом, будто его лишили последней радости в жизни, и опустил миску обратно.

Оставив друга добиваться добавки, я направился между деревьями. В стороне от огня сразу стало холоднее, а высокая трава за несколько шагов намочила росой ботинки и низ штанин.

Наверху перекликались птицы, ветер шелестел листьями, время от времени стряхивая с ветвей холодные капли. После вчерашней тишины лес наконец ожил, и идти по нему стало куда приятнее.

Если бы не местные твари и Аномалии, здесь вообще можно было бы гулять в своё удовольствие. Свежий воздух, пение птиц, прохлада… Только вот за всем этим легко забыть, что из кустов в любой момент может выскочить что-нибудь голодное. А становиться чьим-то завтраком я не собирался.

Однако пока вокруг попадались лишь птицы да муравьи, сновавшие между корнями. Оружие доставать не требовалось, хотя по сторонам я продолжал поглядывать.

Примерно через пять минут добрался до места, где мы вчера выбрались из песков. Остановившись, осмотрелся, но вместо барханов увидел деревья и густые кусты.

Под ногами пружинила влажная земля, у корней лежали прошлогодние листья. Ничего, что напоминало бы о пустыне, через которую мы ещё недавно тащили раненых, здесь не осталось.

На всякий случай прошёл дальше, туда, где вчера точно был песок. Потратив ещё минут пять и так ничего не обнаружив, довольно выдохнул.

Всё-таки закрыли эту дрянь. Пространство схлопнулось, вернув на место лес, а значит, со скорпионом мы, действительно, прикончили последнюю тварь в Аномалии.

К моему возвращению лагерь уже собрали. Свёрнутые палатки увязали с поклажей, охотники готовились поднимать раненых, а Эльза пристёгивала котелок к набитому рюкзаку.

Рядом лежал мешочек с её вещами и обвязанный верёвками окорок. Возле последнего крутился Вильям, держа руку на гарде и то и дело поглядывая на мясо, словно готовился защищать его от любого, кто посмеет приблизиться.

Я с трудом сдержал усмешку. Если все мои люди будут так же ответственно относиться к своим обязанностям, как этот засранец к сохранности обеда, жить станет значительно проще.

— Отправляемся, — объявил я, после чего кивнул Эльзе на окорок. — Тебе помощь с этим не нужна?

— А, нет, — улыбнулась она. — Мне несложно.

Перехватив верёвки поудобнее, девушка легко подняла свою ношу. Я невольно проследил за движением: ни согнутой спины, ни напряжения на лице, будто она тащила небольшой мешок, а не здоровенную ногу монстра. Будто та и вовсе ничего не весила, да уж.

— Куда идём? — бодро поинтересовалась Эльза.

— В эту сторону, — указал я и первым направился между деревьями.

Идти к крепости напрямик через лес я не собирался, слишком уж неудобно тащить раненых среди кустов и корней. Зацепишься, так и полетите вдвоём, а нам только этого и не хватало. Так что я решил для начала выйти к дороге.

Там и передвигаться проще, и раненых нести удобнее. Да и шанс наткнуться на какую-нибудь тварь ниже, что для нашего отряда было важно. В случае нападения, часть охотников не смогут сразу взяться за оружие, а четверых пострадавших ещё и придётся прикрывать.

После отдыха мужчины выглядели заметно лучше, но быстро идти всё равно не получалось. Они периодически сменяли друг друга, подхватывая товарищей, а я выбирал путь в обход густых зарослей и поваленных деревьев.

Когда впереди показался просвет, я с облегчением выдохнул. Наконец-то выбрались. По дороге до крепости доберёмся куда быстрее, чем продираясь сквозь весь этот лес.

— Ваше благородие! — однако стоило ступить на колею, как сбоку раздался напряжённый голос Гордея.

Я обернулся и увидел, что охотник уже держит оружие наготове. Второй рукой он указывал на траву возле обочины.

Там кто-то останавливался на ночлег. Вокруг остывшего кострища вытоптали траву, а от дороги тянулись две глубокие борозды, оставленные колёсами телеги. Чуть левее, возле кустов, из зарослей торчал чей-то ботинок.

Нахмурившись, я обнажил меч. Охотники тоже вытащили оружие и принялись осторожно обходить стоянку с флангов, присматриваясь к деревьям.

Сам я пошёл прямо к кустам, готовый в любой момент отскочить или встретить удар. Ещё одной засады мне только не хватало. Неужели эти ублюдки опять обосновались на дороге?

Однако никто нападать не спешил. Подойдя ближе и отведя высокую траву, я увидел лежавшего на боку мужчину и сразу его узнал.

Это был один из охотников, которые решили покинуть крепость и вернуться домой. Его одежда потемнела от крови, рубаха была изрезана, а на руках виднелись узкие ровные раны.

Я поморщился, разглядывая многочисленные порезы и засохшие потёки. Такое не оставляют ни клыки, ни когти. Мужчину пытали и делали это жестоко.

Отпустив траву, я отступил на шаг и повернулся к остальным. Несколько охотников продолжали следить за лесом, но стоявшие ближе уже ждали объяснений.

— Это один из тех, кто отправился из крепости домой, — мрачно произнёс я.

Мужчины нахмурились, а кто-то негромко выругался. Я помнил, как неодобрительно они провожали товарищей, решивших уйти отдельно. Но одно дело, злиться на них за это, и совсем другое — найти одного из них мёртвым в придорожных кустах.

— Ваше благородие, это кто сделал? — спросил Гордей, подходя ближе. — Неужели опять какая-то тварь бесновалась? Надо будет предуп…

Отодвинув траву, он так и замер, не договорив. Губы чуть приоткрылись, а взгляд застыл на изрезанном теле.

— Гордей, чего ты замер? — окликнул его один из мужчин. — Да, твари иногда нападают. Но ты же опытный охотник, должен уметь определять, кто…

— На него напал не зверь, — перебил я.

Мужчина осёкся и непонятливо уставился на меня. Вильям тоже удивлённо повернулся, а Эльза слегка склонила голову, прислушиваясь к разговору.