Призрачный амбар (ЛП), стр. 85
Он решил сосредоточиться на возможных связях жертв и преступника с лагерем Ранзака, но вскоре его внимание привлёк далёкий звук автомобиля.
Звук становился всё громче и ближе, потом стих, словно машина замедлилась и остановилась. Спустя несколько мгновений Гурни услышал, как захлопнулась автомобильная дверца — по его предположению, где-то в той же части лагеря, где он спрятал «Аутбэк» в лесу за сараем.
Вскоре донеслись слабые звуки шагов: кто-то пробирался через лес по той же тропе, по которой Гурни пришёл из основной части лагеря. Он посмотрел на телефон: 21:15.
Через минуту одетая в тёмное фигура вышла на залитую лунным светом поляну, приблизилась к призрачному амбару и выкрикнула чьё-то имя.
Почти наверняка — Харлан.
То, что кто-то пришёл к призрачному амбару на встречу с Харланом Стоуном, заставило Гурни лихорадочно гадать: не Стоун ли установил жучки в машинах Гурни и Уилмота? И не он ли убийца? Но тут же возникли новые вопросы.
Стоун явился раньше и всё это время скрывался в амбаре? И кем был посетитель, выкрикнувший его имя? Сообщник, вызванный, чтобы обеспечить успех задуманного Стоуном? Или, напротив, главный здесь посетитель, а Стоун лишь помогает ему?
Человек — судя по всему, мужчина — направился к открытой двери амбара. Луч света, вероятно от телефона, проник внутрь и заскользил по помещению. Немного помедлив, пришедший шагнул через порог.
Мгновение спустя ночную тишину разорвал выстрел.
Свет погас.
Вновь воцарилась тишина.
Гурни был ошеломлён. Увиденное и услышанное не укладывалось ни в какую логику.
Выходит, Стоун прятался в призрачном амбаре и ждал пришедшего, чтобы убить его?
Но почему именно там? И почему сейчас?
Пригнувшись под сосновыми ветвями, Гурни позвонил Хардвику.
— Только что прозвучал выстрел, но стреляли не в меня. Похоже, Харлан Стоун выстрелил в человека, пришедшего сюда на встречу с ним.
— Что? Стоун? Какого чёрта?..
— Видимо, Стоун скрывался в амбаре. Когда я приехал, осмотрел лишь часть помещения. Думаю, гость въехал в лагерь через главные ворота, как и я, а потом пошёл по тропе к амбару.
— Да что здесь, к чёрту, происходит?
— Понятия не имею, Джек. Пока остаётся только смотреть и слушать.
Этим он и занимался, пока через четверть часа его наблюдение не прервал звук ещё одной приближавшейся машины. Она остановилась примерно там же, где первая.
Гурни выбрался из-под сосны, чтобы лучше видеть выход с тропы.
Через несколько минут из леса показался человек и направился к амбару.
Голосом с грубоватым бронкским акцентом он крикнул: — Харлан! Ты где, чёрт тебя дери? Я сюда такую даль тащился, Харлан, попробуй только не явиться!
Как и первый посетитель, он посветил телефоном внутрь амбара.
— Эй, Харлан! Ты что там, уснул, что ли?
Мужчина вошёл в здание.
Раздался выстрел.
Свет исчез.
Тишина, казалось, стала ещё глубже, словно лес перестал дышать.
Гурни снова укрылся под сосной и позвонил Хардвику.
— К Стоуну пришёл ещё один человек. И снова выстрел.
— Что за чёртовщина? У них там слёт самоубийц?
— Понятия не имею.
Гурни закончил разговор.
Казалось, все его представления о гладстонских убийствах рушатся одно за другим. Чтобы выдвинуть новую версию, со Стоуном в центре паутины, нужно было узнать, кем были только что казнённые люди и за что их убили.
Через двадцать минут его размышления оборвал звук третьей машины. Сначала отдалённый, он становился ближе и наконец стих примерно там же, где остановились две предыдущие.
Спустя несколько минут, пока Гурни наблюдал, тёмная фигура вышла с тропы на залитую лунным светом поляну. Человек держал фонарик, водил лучом из стороны в сторону, а затем направил его на открытый дверной проём амбара.
Новый посетитель выкрикнул имя, но не Слоуна. Похоже, «Томми». А потом отчётливее спросил: — Ты здесь, Джонни?
В этом выкрике Гурни с новым потрясением узнал голос. Без малейшего сомнения, говорил Харлан Стоун.
Но если Стоун явился только сейчас, кто стрелял из амбара? И почему прежние посетители ожидали увидеть там Стоуна?
Самого Стоуна, судя по всему, пригласил сюда некто по имени Джонни.
Может, Джонни Лемино?
Тогда одним из первых двух посетителей вполне мог оказаться Тайсон Грок.
Так сложилась бы вся тройка приятелей Ранзака по летнему лагерю: Грок, Стоун и Лемино. Но в таком случае арифметика не сходилась. Посетителей трое, плюс стрелок. Кто же четвёртый…
Мысль оборвалась, когда Харлан Стоун — единственный из посетителей, в чьей личности Гурни теперь был уверен, — скрылся в дверях амбара.
Прозвучавший через несколько секунд выстрел уже не потряс его так, как первые два, но озадачил ничуть не меньше.
Гурни позвонил Хардвику и рассказал, что увидел.
Хардвик подвёл ожидаемый итог: — Значит, стрелок заманивает своих знакомых в этот амбар и простреливает им головы. А мы ни черта не понимаем.
— Можно с уверенностью предположить, что стрелок здесь потому, что подслушал моё сообщение тебе. Но почему это сообщение привело к нынешним убийствам, я не знаю.
Гурни забрался глубже под сосновые ветви, уселся у ствола на слой опавшей хвои и стал искать одно объяснение, которое охватило бы всё произошедшее. Объяснение, где действует один-единственный преступник.
Преступник с изощрённым умом, ледяной кровью и ядовитой ненавистью в каждой клетке тела.
Тот, кто заказал на «Амазоне» гроб на имя Агаты Столц.
Вонзил ей в голову топорик, чтобы замести следы.
Обрёк Иви, Кэй и Мэриан на ужасающую смерть.
Закопал всех троих в призрачном амбаре.
Взорвал пикап Арбор Локвуд.
Написал об угрозе убийством на доме Стюарта Уилмота.
Выстрелом пробил кафедру рядом с Гордоном Фелпсом.
Ранил Уилмота.
Перерезал горло любимой альпаке Мадлен.
Выстрелил в отражение Гурни в зеркале Мэриан Лейк.
Снёс пулей половину черепа Дона Ранзака.
А за последние полчаса выстрелил в троих мужчин — вероятно, Тайсона Грока, Джонни Лемино и Харлана Стоуна.
Но зачем?
Мысли Гурни неслись с бешеной скоростью.
Почему их? Почему здесь? Почему сейчас? Стрелок сначала хотел воспользоваться ими, чтобы расправиться с ним и Хардвиком? А потом, по неизвестной причине, счёл опасными свидетелями? Или с самого начала заманил сюда лишь затем, чтобы убить? Он казнил каждого лицом к лицу? Или стрелял дистанционно — из оружия, примотанного к балке амбара клейкой лентой, с сервоприводом на спусковом крючке, — наблюдая из безопасного укрытия в лесу и производя выстрел, когда намеченная жертва оказывалась в нужном месте?
Гурни как раз подумал, что редко, если вообще когда-либо, ему встречалось столь поразительное сочетание хладнокровия…
Он замер: мысли внезапно вернулись к выстрелу в зеркало.
Он мысленно увидел, где стоял тогда в комнате — у торца обеденного стола Мэриан Лейк. Изучал её телефон. С того места в настенном зеркале отражалось одно из больших окон комнаты — то самое, сквозь которое мгновение спустя пролетела пуля.
Если смотреть из того окна, в зеркале, соответственно, отражался бы он сам, стоявший у края стола. Тогда самым разумным выводом казалось, что стрелок целился в его отражение и хотел запугать его. К сходному выводу Гурни пришёл по поводу стрельбы в «Падшем ангеле»: её целью будто бы было устрашить Уилмота и вынудить его снять свою кандидатуру.
В тот момент стрельба в «Падшем ангеле» представлялась более значительной, но теперь Гурни понял, что выстрел в зеркало сказал куда больше. Более того, он мог стать ключом и к убийствам, и к угрозам, а главное — к личности преступника.
Чем больше Гурни размышлял, тем увереннее становился.
Истина казалась почти невероятной. Однако только она объясняла всё: от чудовищного использования гроба как орудия убийства до нынешней стрельбы в призрачном амбаре. Внезапно он окончательно понял, кто стоит за всем этим, как всё было сделано и почему. Какая ирония, подумал он: наименее разрушительное нападение — пуля в зеркале — оказалось самым ясным окном в столь мрачное и кровавое дело.