Медоед 13 (СИ), стр. 40

Ну всё, боевая задача поставлена, можно туда больше не лезть. Справится — справится. А не справится — ну что ж…

У меня помимо него свои задачи, поставленные мне ещё Дядей Мишей при его официальной жизни. Если я приглашён на остров, где пройдёт бал вечных, то надо полагать, что я там буду без оружия — лишь неотторгаемый меч. А вот вечных там будет очень много. Много людей, умеющих махать железом на протяжении веков. И именно для этого мне нужен Епифан с его подходом… И на этих мыслях я провалился в сон.

Этот месяц я провёл в постоянной боли. Я бегал по горкам острова Самуи, стирая стопы в кровь, а обувь — в хлам. Я рубил тупым тренировочным мечом пальмы в джунглях, укрепляя хват. Я сражался с Епифаном — одной рукой, двумя руками, левой неудобной рукой, тренируя финты и контрфинты, пока клинок не стал для моих рук привычным. Епифан ещё сказал, что если я боец, то освою амбидекстерность быстро. И я осваивал. Теряя пальцы в спаррингах, теряя глаза и продолжая бой вслепую. Нанося тысячи и тысячи ударов в день, травмируясь снова и снова и восстанавливаясь к следующему утру.

А еще, я скупил весь магазин спортивного питания, потому что есть столько, сколько мне хотелось, не мог физически. Я стимулировал себя всем, что было тут в свободной продаже, словно готовясь к профессиональному бою.

Любопытным тайцам, которые нет-нет да и заставали меня за моими тренировками, я говорил, что я актёр и готовлюсь к фильму. Но сражающиеся на мечах люди для туристического места это слишком. И один раз на нас даже вызвали полицию, которой я с помощью Тиммейта всё объяснил, показав сделанный за секунды сайт со мной в главной роли. Улыбнуло меня и название фильма — «Ярополк — возмездие предков».

А до бала было всё ближе, и в какой-то момент Епифан сообщил мне, что я готов. Посетовав, что ему жаль, что он не сможет со мной поехать…

В перерывах между болью и тренировками я работал удалённо. Каждый раз, приходя домой и открывая компьютер, я отслеживал своих ликвидаторов и процессы выполнения ими боевых задач, смотрел, нет ли у них проблем. Отряд 731 так и работал: было ещё три попытки теракта — два в Москве и одна в Питере. В Москве даже нашли брошенную лёжку снайпера с дроновым ружьём, однако самих дроноводов не вычислили. План «Перехват», как у нас в Росгвардии говорили, ожидаемо результатов не дал.

Пару раз вышел на связь Осьминог, сообщив, что взял Москву, победил главного демона — правда, не сам, а с помощью ударившего в спину Артаина. И в данный момент готовит большой ритуал по аннигиляции Цигмы вместе со всем сектором, притворяясь, что встал на демоническую должность. В целом всё у него получилось, почти. Хотя я и так видел каждую ночь в своих тревожных снах, как он продвигается от квартала к кварталу, как страшные бои заливают альтернативные города Цигмой, как он становится сильнее и жёстче. Самого Артаина я больше во сне не наблюдал. Ещё бы. Все его задачи он моими руками выполнил и теперь, наверное, собирается взойти на трон. Посмотрим как он запоёт когда целый сектор перестанет существовать.

В этом месяце я созванивался по работе с Берёзой, видимо с её посыла позвонил мне и доктор Вайнштейн, и в очередной раз убеждал меня, что у меня просто психоз и утомление, что никаких адовых приключений нет и не было, как и ангелов в самолётах. А я просто переобщался с Осьминогом и «заразился» его идеями. Что в мире психиатрии случается, потому что настоящий псих очень убедителен, и даже врач-психиатр может попасть в его сети, не имея должной подготовки. На мой вопрос про 13-й отдел КГБ он ответил, что да, такое было, но не столь мистично, как может показаться. Мол, облучали да, получая людей с особенностями, но то эксперименты с психикой, а никак не волшебные деяния.

Я ему покивал, мол, понимаю его и постараюсь больше отдыхать. Ощущая себя Сарой Коннор, которой рассказывали, что никаких терминаторов нет. Доктор Вайнштейн пытался мне доказать, что всё, что я вижу, слышу и ощущаю, — ложно. Наверняка за ним стоит не только Берёза, а кто-то из Совета ОЗЛ… И положа руку на сердце, мне очень хотелось ему поверить, но моя реальность для меня была важнее.

Однако я ждал, другого звонка, и в один из дней он случился: Мне снова позвонил Майкл Джеймс Хармсле, секретарь председателя вечных, уточнив, планирую ли я приехать. На что я сделал вид, что совсем забыл о бале, и конечно же согласился.

И, получив координаты, куда лететь, какой дресс-код, засобирался в путь.

Последняя ночь перед отлётом прошла в разговорах по видеосвязи с Ирой. Я вовсе не хотел её пугать и соответственно не рассказывал про ближайшую мою командировку. Конечно, в голову лезли мысли, что она может быть последней, но у контролёра за ликвидаторами, как и у ликвидатора, любая поездка может быть последней. По тону моей жены ощущалось, что она скучает, а у меня не было возможности ей сказать, что скоро всё будет в порядке, потому что на Родине ещё дел непочатый край. И только в этот месяц удалённой работы я понял, как важно не самому бегать всех стрелять, а координировать ликвидаторов он-лайн, общаясь больше с их офицерами-кураторами, чем с ними, — по сути, глазами и ушами для бойцов.

И я закинул Ире мысль, что, быть может, скоро я смогу отойти от беготни и мы сможем чаще видеться. Опять же, ребёнок скоро родится, щенки уже почти выросли и воспринимают Енота как своего хозяина, как, наверное, и Рыжик.

Ира смотрела на меня с надеждой и любовью. В жизни каждой девушки наступает момент, когда она хочет видеть мужа дома, а не капитана корабля дальнего плавания, и уж точно не хочет рассказывать своему ребёнку, что их отец космонавт и в данный момент на орбите Земли, но когда вернётся — непонятно.

— Слав, — произнесла она пред самым финалом нашего разговора. — Ты же снова уезжаешь в какое-то пекло?

— Нет, милая. Меня пригласили на вечеринку одну, с дипломатической миссией. Думаю, что теперь все мои задания будут такими. Возможно, мы с тобой будем вместе по таким ездить. Будешь платья красивые покупать для одного раза. Познакомишься со многими интересными людьми…

— Будь аккуратен, — выдохнула она, предчувствуя ложь.

— Там мне ничего не грозит, — улыбнулся я. — Но спасибо, милая, я буду.

Бал должен был случиться на английской территории в Индийском океане. И конечно, я подробнейше изучил место — остров Диего-Гарсия, до которого самая ближайшая точка находится не ближе чем 1000 километров по воде. Остров может стать ловушкой на раз-два, учитывая и то, что на территории располагается военная база НАТО. И слова Епифана звучали в моей голове: «Вы, Медоед Игоревич, хорошо подумали?» И его можно было понять. Эвакуации с острова не будет, телефоны на острове запрещены, и слоган Майкла Джеймса Хармсле был понятен более чем: либо ты внутри — либо снаружи.

Выходя из гостиничного номера, на пути к подъехавшему такси я посмотрел, как солнце падает в Сиамский залив. Оно уходило за него медленно и безмерно красиво, как в рекламе. Вода становилась золотой. А пальмы замерли в этом штиле. Где-то далеко пели птицы. И да, наконец-то я почувствовал, что отдохнул. Это был настоящий отпуск. Отпуск человека, у которого не должно быть отпуска. Возможно, в таком же режиме пахал и Дядя Миша, а когда по нему ударил микродрон, сказал свою версию моего «Я — ебал» и ушёл в подполье подземной Москвы.

Покупки по дресс-коду были сделаны: И у меня в чемодане теперь лежал белый фрак — цвета топлёного молока. Я так часто менял гражданскую одежду из-за того, что постоянно в ней бегаю, стреляю, получаю ранения, что белый цвет казался насмешкой над всей моей жизнью. Он — этот белый фрак, словно подводил итог всему, и это было похоже на истину.

Я заказал его тут, в одной из мастерских. Ткань была плотной, но мягкой — отлично подойдёт для человека, который собирается устроить очередную резню. Лён высшего сорта, с едва заметным блеском, уже скоро запачкается кровью. Скоро, но только после того, как я разберусь, как тут, на этой Земле, всё устроено.