Медоед 13 (СИ), стр. 18
И он показал мне телефон, на экране которого был застреленный в голову — судя по дыре во лбу — бледный, длинноволосый, остроухий азиат с мутными глазами. На мертвеце была кольчуга, а мутные глаза были подведены чёрной краской словно у морского котика США.
— Пластика ушных раковин? — спросил я.
— Пускай будет пластика, — кивнул Борис. — Это настоящий эльф, Слав, про которых Толкин писал. Скорее всего, слизал с них, кстати. Скорее всего, они ему эту книжку и проплатили. Своим грязным злотом.
— У нас живут эльфы? — удивился я.
И тут же понял, что задал этот вопрос слишком громко — бармен на секунду поднял голову, но тут же вернулся к своим бутылкам.
— Слав, смотри на фото внимательно — мёртвый же, не живут уже, — с этими словами Борис заглянул в свой сотовый тоже, будто там и правда мог быть живой эльф. Он приблизил экран к лицу, и в свете телефона его кудри отбрасывали на стену длинные тени, как рога. — В 2007-м эти твари школу захватили, требовали у нас отдать им кое-что, точнее кое-кого. Ну, мы, известно, как сказал Верховный, переговоры с террористами не ведём, пошли на штурм. Детей жалко, конечно, было, как и бойцов, кто там умер, но задачу мы выполнили: 30 уродов с длинными ушами положили, ни одна скотина в плен не сдалась.
— Оружие у эльфов, как я понимаю, магия боевая была? — спросил я. Разговор начинал веселить, почему бы не поболтать под пиво о странном.
— Вооружены были луками и мечами, как вон у тебя висит. Только длинными. Луки и мечи смазаны октаканом — это такой яд, материализующий эфир, одно ранение и бессмертная душа — смертная.
— Ты его видишь? — удивился я, имея в виду меч, хотя октакан тоже был интересен
— Я эфирно иммунен. Я всё вижу, но ничего волшебного не могу, — усмехнулся он.
— Ты про иные миры что-то хотел рассказать? И про октакан бы по подробнее.
— А вот как раз твари эти оттуда и пришли. Использовали наш подмир для передвижения. Октакан это яд получаемый в их мире как раз против таких существ как люди, ранение в тело и никаких больше реинкарнаций. Короче, опасные гады. Но не думай что у нас так всегда — на моей памяти всего один раз такое вторжение было.
— Слушай, давай к нашим баранам, — произнёс я. — Излучатель для мозгов у вас сделали в 13-м?
— У нас, но не при мне. Это ещё в СССР было. Ты, кстати, когда рапортуешь, что излучатель у тебя?
— Бля. Ты откуда в курсе? — снова удивился я.
— Смотри, Слав. 13-й расформировали, а программу «вернувшиеся» свернули. Но вернувшиеся остались. И за вами кто-то же должен приглядывать. Именно потому вы всех вернувшихся ищете и к себе на службу ставите. А тех, кого вы не поставили, берём на карандаш мы. Нумеруем, наблюдаем.
— Нумеруете?
— Ты, например, В-394, Осьминог твой О-00–01, Тим был ТиДи-236, насколько я помню.
— Нумеруете, чтобы наблюдать?.. — уточнил я.
— Для удобства. Ну и для секретности. Твои приключения, например, многие у нас любят смотреть. Конечно, ты для них не Медоед, а В-394. Особенно твои Вевельсбург и Кёнигсберг порадовали нас, а Камбождийская весна вообще пушка. Правда без Оракула тяжело, но он и это предвидел и мы вам письма в совет шлём с его пророчествами на каждый день.
— Откуда письма с пророчествами?
— От него, из другого измерения, где он всё еще Оракул, шлют через портал стационарный, — на слове «стационарный» он зевнул, смотря на пустой зал.
— Слушай у меня вопросов тьма, кроме того что порталы существуют, а расскажи про то, зачем они — 13-тый отдел КГБ СССР облучали людей? — спросил я.
— Порталы слабые, переносят только письма, силы тут нет потому что. А про 13-тый… Короче, есть такой феномен, как «попаданство». Попаданец приходит часто с особенностью, но всегда приходит в определённое тело, с определёнными мозговыми особенностями. Ты же заметил, что попаданец всегда и везде лезет и со всеми закусывается, словно ищет приключений? Вон, все твои ликвидаторы на тебя бузят, несмотря на то что ты можешь любому голову оторвать. Так вот, это мозговые изменения, которые делает эта пушка. Многие не выживают, но те, кто выживают, имеют возможность вернуться. А по сути — вспомнить свою прошлую жизнь.
— Прошлую жизнь? — уточнил я.
— Слав, на время беседы прими то, что человеческая душа после смерти идёт жить дальше, а? — снисходительно попросил меня Борис.
— Принял, — кивнул я, ощущая, как меня начинает торкать от выпитого.
— Жизней у души может быть тьма-тьмущая, но героических не так много. Часто человек, который герой, погибает, и эффект попаданства проявляется именно тогда, когда тело реципиента попадает в критическую ситуацию. У тебя это был шокер в СК «Сигнал». Ты правда думал, что ты попаданец из прошлого? Майор СОБРА погибший в Чечне? — он улыбнулся, смотря в мои глаза. — Ты воевал, погиб, переродился и жил новую жизнь без бородачей и войн. А мозг был уже повреждён особым образом и в купе с критической ситуацией, вместо амнезии заменил сознание Славы Кузнецова на сознание майора СОБРА, а по сути — тебя из прошлой жизни.
— Погоди, а как же попаданство в прошлое? Там же вы никого не облучали?
— Смотри, сейчас будет ещё сложнее. Что такое прошлое и будущее? Это время, и оно всегда течёт в одном направлении, и мы как биологические существа течём вместе с ним. Таймлайном — это в Эхо называется. Так вот, если мы с тобой представим, что душа есть форма жизни, которая не является биологической, а лишь прибывает в теле на время инкарнации, то для неё и время не является постоянным потоком. Точнее, может не являться, — поправился он, но, как по мне, я не видел разницы. — Короче, вижу, что у тебя глазки уже в кучку от всех этих теорий. Просто прими, что попаданство — это феномен, который случается, и можно его вызвать искусственно. И прими то, что душа может перерождаться в разном времени. А пушка-излучатель просто калечит мозг, чтобы героическая фаза проявилась, по сути это шизофрения, но шизофрения с вспоминанием себя из прошлого.
— И в разных мирах душа может перерождаться?
— Не… — широко улыбнулся Борис. — Миры держат свои души. Покинуть мир не так уж и просто, особенно наш. А вот во времени, как говорят, можно и туда и сюда переродиться.
— Я правильно тебя понял, что мои ликвидаторы ебанутые такие, потому что у них в мозгу аномалия? — спросил я.
— Правильно. И у тебя она тоже, хотя после обретения особенности «Вечный» могло что-то поправиться.
— Ты про наш отдел так много знаешь. Слушай, а вы сейчас сами чем занимаетесь, кроме наблюдения? — заинтересовался я.
— У нас остались боевые ячейки в каждом крупном городе. Они устраняют всех, кто рассекречивает весь мистицизм. Нельзя тут светить потусторонние силы. Пока нельзя.
— У нас же мир без магии? — спросил я снова.
— Без силы. Но маги тут есть, и, к сожалению, есть пришельцы из других миров. Подселенцы — вы их называете одержимыми, осуждённые на жизнь ангелы, демоны в отпуске. Все они играют в одну игру. Не мешать простым людям жить в жанре РусРеал. А кто не согласен — к тому приходим мы.
— Но зачем?
— Зачем… — хмыкнул он. — Расскажи мне, какова цель человеческой жизни?
— Пользу какую-то нести обществу.
— Это твоя цель, а я про общую спросил. Рассказываю: цель жизни — обретение инкарнационного опыта в заданных условиях. А условия у нас такие: никакой «силы», никаких других разумных видов, строго прогресс. И то, эфирные генераторы 100 лет как отменили.
— Кем установлены условия? — спросил я, предположив: — Тайным правительством?
— Кем… — снова повторил он. — Этого я тебе не могу сказать. Это ты должен узнать сам.
— Слушай, еще вопрос, а как устроен Ад? — спросил я.
— Подмир? — переспросил Борис. — Там всегда холодно, так как там нет солнца. Там нет растительности, лишь камни и скалы. Вода там есть, но живут там лишь нечистые. А питаться они ходят сюда. Командует всем Низший. А вся земля поделена на княжества — для удобства они прицепили их и к земным границам государств. Каждым княжеством правит царь или князь, иногда король, и все они добывают энергию из человеческих душ и посылают её вниз. Язык у них латынь, но изучается также арамейский.