Среди корон и клыков. Том 1 (СИ), стр. 10

***

Ворота города были заперты. Группа троллей остановилась на почтительном расстоянии, чтобы защитники города могли их рассмотреть. Ветер трепал флаг над их головами. Ткань упруго хлопала.

Тролли молчали. Трое из них были вооружены короткими мечами. Но один был безоружен, если не считать небольшого кинжала на поясе. Также никто из них не носил доспехов. Их куртки были из стеганного бархата с шелковой оторочкой. По моде туманов мужчины носили яркие цвета.

На первый взгляд, вся группа служила отличной мишенью. Но вместо арбалетного болта или стрелы… ворота очень медленно приоткрылись.

Тролли без страха двинулись вперед.

Посланцы Йотуна неторопливо шли по улицам в направлении к небольшому, но весьма необычному дворцу. Он как будто парил, утопая в пышной зелени садов. Башенки и колонны, казались сделанными из сахара. И не трудно было догадаться, что когда-то это чудесное строение возвели тролли.

И сейчас они снова шли по улицам города, который люди называли Гарвалон, а тролли…

— Гармира все еще красива. Было бы жалко разрушить то, что наши предки построили, — сказал один из мечников.

Тролль, вооруженный лишь кинжалом, блеснул глазами, как будто в глубине его зрачков притаился отблеск солнечных лучей. Темное лицо на мгновение приобрело лукавое выражение:

— Мы попытаемся этого не допустить.

Разговор велся на пониженных тонах, на тролльем, так что солдаты, сопровождающие посольство, не могли разобрать ни слова. И все же тролли большую часть дороги преодолели в молчании.

Они вступили в прохладу сводов многочисленных арок и тенистых переходов, затем по лестнице, украшенной цветной мозаикой, поднялись на балкон, с которого открывался изумительный вид на город.

Тролли бросили жадные взгляды на это великолепие.

Посольство встретила весьма разные люди.

Тут был маг — мужчина в летах в черной мантии чернокнижника и с суровым взглядом. Глава города — невзрачный человек, с подрагивающими от напряжения руками, светлыми волосами. Несколько торговцев, разодетых не менее ярко, чем тролли. Представители ремесленников щеголяли кожаными фартуками либо массивными медными знаками.

Если посланцев Йотуна и удивило такое количество людей, то они не подали виду. Обменявшись приличествующими случаю сухими приветствиями, перешли сразу к делу.

— Меня зовут тарг Вирг, и я буду говорить от имени регуутора Йотуна, а значит и самого короля.

Мужчина с подрагивающими руками, сжал нервные пальцы и кивнул, давая понять, что слушает.

Выждав несколько мгновений для пущего эффекта посланец продолжил:

— Откройте ворота и сдайте город без боя, тогда мы гарантируем, что жители не будут пленены, ваши жены и дети не пострадают, имущество не будет отобрано и обращено в пользу Туманов. Вы все сохраните занимаемое положение и продолжите жить так, как жили раньше.

Завершив эту короткую речь, тролль позволил себе короткую улыбку, за которой скрывалось обещание, что случится с городом, если предложение не будет принято.

Напряженное молчание было ответом.

Каждый из собравшихся думал о своем. Первым заговорил не городской глава, а маг. Он выступил вперед и прямо взглянул на тролля.

— Мы бы хотели услышать все условия. Такая щедрость обязательно имеет дополнительную цену.

Посол как будто не заметил насмешки в голосе мага.

— Взамен на нашу «щедрость», как вы заметили мэтр, город и его жители признают власть тролльего короля, обязуются не давать приюта нашим врагам, не помогать тем, кто ведет войну против троллей, не скрывать информацию о готовящемся мятеже и платить ежегодный налог в казну короне.

— И все? И мы сможем жить так, как жили?

Тролль чуть склонил голову в знак согласия:

— Город будет жить в мире и спокойствии: его жители продолжат вести торговые дела, смогут уезжать и возвращаться без препятствий, свободно собираться, чтобы управлять своими делами. Также мы возьмем на себя защиту этих территорий, поэтому люди не должны носить оружие в стенах Гарвалона.

Он использовал человеческое название, но при этом держался с достоинством, свойственным победителю.

— А что же маги? — напрямую спросил чернокнижник, чем вызвал недовольство среди прочих собравшихся, которое проявилось в легком шепоте и неприязненных взглядах, брошенных на мага.

Это обстоятельство не укрылось от посла, и он ответил, завуалировав укол унижения, изысканной вежливостью:

— Мы не отделяем одних жителей города от других. Вы сохраните свое положение, как и все прочие, пока подчиняетесь и не выступаете против власти нашего короля.

В конце встречи тарг Вирг сообщил, что на размышление людям дается четыре дня и дабы ничего не мешало столпам города принять правильное решение, уже вечером город будет окружен туманом. Если же дело дойдет до штурма, то Гарвалон постигнет судьба врат Миравингии.

***

Тролли откланялись, спускаясь по лестнице они смотрели на город, что вроде бы продолжал жить своей жизнью, но все же в воздухе витало напряжение. Не слышно было криков торговцев, да и людей на улицах было мало. Только самые отчаянные решились в этот час отправиться по делам. Слух о том, что тролли прибудут на переговоры распространился со скоростью пожара, и загнал людей в дома.

Когда стихло эхо шагов троллей, отражавшееся от высоких сводов, все заговорили одновременно.

— Ублюдки.

— Самодовольные скоты!

— Открыть им ворота. А больше ничего?

— Миравингия — это земля людей!

Маг стоял с побелевшим лицом, его взгляд пылал яростью.

Городской глава поднялся со своего места, сцепил руки, словно пытаясь усмирить их непрекращающуюся дрожь.

Но голос его вопреки изнеженной внешности и кажущейся слабости был тверд и решителен.

— Предлагаю не сотрясать воздух понапрасну. Здесь каждый предан Миравингии, чтит память покойного короля Этельреда, а также признает могущество нашего государя верховного мага Бальтазара Тоссы.

Мужчины согласно загудели.

— И при этом нам всем есть, что терять.

Да. Им определенно было, что терять.

— Нужно понять, сколько мы сможем продержаться в случае осады? Необходимо провести учет припасов. Сколько магов вы можете выставить на защиту города, включая неофитов?

— Хм… — маг потер лоб и не ответил.

А глава продолжал:

— Наемники? Скольких горожан мы сможем вооружить?

— Тролли спустят своих чудовищ. Те, кто будут на стенах… — начал богато разодетый торговец и побледнел так сильно, что казалось вот-вот лишиться чувств.

— Именно поэтому вы, Абеле, возглавите посольство к троллям.

— Я? К троллям? В их лагерь?

Абеле затрясся.

— Да, вы… должны будете сделать то, в чем вам нет равных.

— Но я не воин.

— О нет! Вы — боец. И будете биться с ними за каждую четвертушку, за каждый медяк. Они запросят пощады, когда вы закончите читать договор…

***

Я пришла в себя, возвращаясь в шатер регуутора. Он сам сидел напротив, положив ногу на ногу и ухмылялся мальчишеской ухмылкой.

— И где же ты пропадала, моя прекрасная Мальта?

Краска начала подниматься по шее к щекам.

— Ты давно вернулся? — спросила я.

— Какое-то время назад.

Он подал знак Гитте, и она начала подавать еду, поставив передо мной тарелку, полную бирре. Раньше вкус этого блюда вызывал у меня если не отвращение, то презрение. И вот сейчас мне хотелось есть именно это. И после меня не мутило.

Йотун наблюдал, как я ем, а потом с одобрением сказал:

— Вот сразу видно, что ты носишь настоящего тролля.

Я бросила на него насмешливый взгляд и вернулась к его первоначальному вопросу.

— Так вышло, что я присутствовала на переговорах в Гарвалоне.

— А, да, — Йотун улыбнулся, — Я буду слушать доклад Вирта только вечером. И как прошло?

— Весьма достойно. Он изложил твои условия в точности. Угрозы были высказаны весьма изысканно, но понятно.