Среди корон и клыков. Том 1 (СИ), стр. 9

Его магия была иной: тяжёлой, целеустремлённой, сокрушительной. Она не шептала, а приказывала. Она не обнимала, а обрушивалась обухом. Солдаты троллей засыпали тяжелым и муторным сном, из которого не могли выбраться.

Все уснули.

Удостоверившись, что дело сделано, Рихт подхватил седельную сумку и ушел. Бьянка вышла ему навстречу, пошатываясь и вытирая нос, из которого шла кровь.

Тихо ругаясь, тролль поднял ведьму на руки и понес прочь из тумана.

— Что там? — недовольно хмыкнул он, взвешивая в руке ее узелок.

— Книга.

Она обняла его за шею, прижимаясь щекой к его груди.

— Из железа что ли?

Бьянка не ответила, устало прикрыла глаза.

— Чтобы я еще раз тебя послушал. Как ты могла втянуть меня в это? Проклятая девка.

Он бережно подсадил ее на лошадь и повел ее и своего коня в поводу, выходя из полосы тумана. Оставляя позади, зачарованный Белый замок и лес.

Бьянка вздрогнула в седле и слабо улыбнулась.

— Хватило сил, — ее голос прозвучал хрипло и устало, — Они не вспомнят…

— Молчи, — откликнулся Рихт, — Ты выложилась.

Он порылся в кармане и вложил ей в ладонь кристалл.

— Возьми. Взбодрит ненадолго.

Ведьма тихо засмеялась.

— Сумасшедшая, — пробурчал тролль.

— Но ты все равно меня любишь, — через некоторое время сказала Бьянка, уже своим обычным голосом.

— Не разговаривай, — огрызнулся он.

— И все-таки. Это был хороший «тролльскап».

— Да, да. Хороший.

— Непревзойденный, — подсказала Бьянка.

Ее глаза весело блеснули в темноте.

— Если продержится хотя бы до утра.

— Ты не веришь, что они нас не вспомнят?

Рихт фыркнул.

— И что же? Все равно уходишь со мной.

— Я ухожу не с тобой, а увожу тебя, — поправил он вполне серьезно.

— Подчиняюсь тебе, — лукаво заявила Бьянка, лаская его мужскую гордость.

***

Я резко выдохнула и уставилась в темноту. Йотун тут же положил руку поперек моей груди, словно защищая.

Как мало я знаю о магии, как мало могу. Я позавидовала Бьянке, она могла творить невероятное колдовство. Один защитный амулет, сделанный ей для Рихта, чтобы его не коснулось заклятие забвения, чего стоил. Мне же оставалось только наблюдать. И я не могла не восхитится иронией происходящего. Королева Ория лишила Бьянку воспоминаний о Мадсе, но не смогла совладать с ее характером. В итоге, она получила забвение в ответ. Бьянка выбрала то же оружие.

В отличие от Рихта, который обладал заносчивостью и самоуверенностью настоящего тролля, я верила, что у нее все получилось.

***

Несколько дней тролли и ведьмы провели в тумане. Они проснулись потерянные и бродили по округе точно пьяные, пытаясь вспомнить, чем им надлежит заняться в первую очередь. Я уже собиралась поговорить об этом с Йотуном, но, к счастью, он был занят со своими командирами и магами. А если отрывался от карт, то его присутствия требовали разные неотложные дела. В итоге, посоветовавшись с собственной совестью, я решила, что действующая Тень должна нести свою службу и беречь правителя от необдуманных поступков и визитов. Еще мне не хотелось подвергать Бьянку лишней опасности, тем более не похоже было, что ее заклинание принесло кому-то ощутимый вред. Но магия была сильная и колдовство охватило довольно большую территорию. Как говорят: «Казнили и за меньшее». Тролли весьма нервно относились к женской магии, а тут столь одаренная человечка.

Перед Аму Вайо защиты Рихта было бы не достаточно. Поэтому я помалкивала, и временами изредка возвращалась в зачарованный замок, чтобы понаблюдать за королевой. Мое странное любопытство было вознаграждено.

Я оказалась в подземелье, где покоился медальон с элстином. Ория в сердцах бросила медальон на каменный стол и вышла, бормоча под нос ругательства. Камень не подчинялся ее воли. Йотун оказался ближе к истине, чем я. Бьянка и королева одурачили короля в попытке выиграть время.

Я слушала удаляющиеся шаги королевы, продолжая смотреть на артефакт. И вдруг эслтин ослепительно вспыхнул. Камень задрожал, как будто хотел вырваться из оправы, и действительно, металл, который его держал покраснел и растекся лужицей. Камень как будто тянул туман. С громовым щелчком треснул каменный стол, на котором лежал медальон.

Я уже видела нечто подобное раньше: когда Йотун пришел за Люком в Башни Пепла, портал поглотил весь туман, что был в замке.

Воздух то и дело вспыхивал яркими нитями — это разрушалось, сплетенное Бьянкой заклинание. Оно слабело с каждой минутой и по мере того, как туман исчезал, ведьмы приходили в себя. Они трясли головами, озирались. Ория сбежала в подземелье и жадно уставилась на элстин. Она не решилась коснуться светящегося камня, но на ее губах расцвела улыбка.

Плечи ее расправились, как у человека, сбросившего тяжкий груз.

Она поднялась наверх и спросила у карги, которая смотрела на происходящие подслеповатыми слезящимися глазами:

— Где Бьянка?

Старуха пожала плечами.

— Найдите ее! — властно приказала Ория.

— Бьянки нет, — ответила ведьма, на которую была возложена эта задача. — В покоях пусто.

Бьянку искали, но разумеется ни в кухне, ни в саду ее не оказалось. Карга озвучила очевидное.

— Сбежала. Упорхнула птица.

Не знаю, почему ведьмы так возмутились. Они требовали у Ории снарядить погоню и вернуть беглянку. Ее ругали предательницей, хотя, кого или что она придала и какую верность должна была хранить… вряд ли кто-то из них мог бы объяснить.

— Пусть тролли ее выследят!

Но Ория покачала головой.

— Нет. Пусть идет. Мы и без нее справимся. Магия будет наша!

Она призвала ведьм к порядку, когда раздались разочарованные выкрики.

— Наверняка она убежала с тем проллем. Он попользуется ею и оставит. Я хотела спасти ее, она выбрала путь боли и разочарования.

— Еще приползет сюда, но мы ее не впустим.

Ория сделала такое доброе лицо, что от ее вида пробирал холодок.

— Мы будем великодушны. Но ей придется сполна заплатить за собственную глупость.

Глава 5

После падения крепости Йотун разделил свое войско на отряды. Они двигались в туманах — стремительно, бесшумно, быстрее людей — и наносили удары там, где их не ждали. Я видела карту. Направления передвижений напоминали острые зубы хищника, вгрызшиеся в Миравингию. И не надо быть вещательницей, чтобы предсказать: тролли не выпустят добычу. Тем более королева и верховный маг всячески этому способствовали.

Их тупая нерешительность и неспособность договориться играли Йотуну на руку.

О едином походе против троллей даже не говорили. Королева обвиняла мага в бездействии, он в ответ язвил и твердил, что «ей бы образумиться».

Вместо того чтобы готовиться к войне, обе стороны снаряжали посольства и вели бесконечные переговоры о браке королевы и Луки. Обе стороны видели большую опасность друг в друге, чем в троллях. И союз, скрепленный узами родства, представлялся их гарантией от покушений.

Я подслушала несколько встреч и знала, что противоречия столь глубоки и доказательства благородности крови жениха столь неубедительны, что тролли скорее отхватят еще и кусок Даригона, пока до чего-то договорятся.

Еще и численность солдат Йотуна выросла за счет карлингов, которые видели в троллях освободителей. После всех пережитых несправедливостей и пренебрежения от магов и горожан многие полукровки охотно присоединялись к войску регуутора. Их принимали радушно и, как будто не замечали их человечности. Так что карлинги из кожи вон лезли, чтобы казаться большими троллями, чем сами тролли.

Недостаток воинского опыта, они компенсировали яростью, выросшую из многочисленных обид и притеснений. И эта злоба обрушивалась на крестьян, жителей небольших городков, которые не могли себе позволить содержать наемников или войско. Карлинги сеяли ужас, но одновременно с этим Йотун показывал людям другой путь…