Путь рассекающего ветра. Книга вторая (СИ), стр. 36

Судя по неестественной позе, кости ей поломало хорошо. Подошёл и пнул оружие в сторону. Металл зазвенел по деревянному полу, а я присел, заглядывая ей в глаза. Ошибка, которая чуть не стоила мне жизни. Дважды. Сначала поверил внезапно воспылавшей ко мне любовью девчонке, а потом недооценил её мастерство…

— Что же ты за человек такой, — вырвалось у меня.

Она не отвела взгляда, а на лице её появилось ненавидящее выражение. Она попыталась повернуться на бок.

— Человек, который давно мечтал сбежать из этого мерзкого городка… — сипела она. — Человек, которому опостылело прислуживать слугам! Человек, который заслуживает нормальной жизни…

— Ценой моей жизни? — скрипнул я зубами.

— Любой ценой… — скривилась девушка. — Слуги, ученики, мастера… Одним больше, одним меньше. Десяток туда, сюда… Какая разница, сколько вас подохнет? Плевать…

И ведь она в это верит! Я стиснул рукоять Хэйфэнга и даже замахнулся. Но не смог нанести удар… Слабак. Искал ей оправдание. Виновата ли она, что выросла в жестоком мире практиков, где смерть на каждом шагу, а сильный вытирает ноги о слабого? Конечно нет… Но и оправданием это не было.

Жизнь вообще штука несправедливая. В трущобах Хароя немногим лучше, а может, и хуже. Голод и смерть находят себе жертву ежедневно. Если не зарежут за пару медяков, то оберут. Но и хороших людей хватает. Тех, кто поделится последней лепёшкой. Или даст отработать обед, хотя сам способен справиться с разгрузкой телеги…

— На Нэну тебе тоже плевать? — вспомнил я бабку.

Тут Лили не сдержалась и зарычала.

— Я тысячу раз просила её уехать, — вскрикнула девушка. — А она словно приросла к этому гадюшнику… Она…

Договорить она не смогла или не захотела — рухнула на спину, закрыв глаза. Ожидала смертельного удара? Лишилась чувств? Какая разница? Она пыталась меня убить! Но рука не поднялась добить. Небо, ну что за напасть? От досады я рубанул по воздуху и развеял клинок. Может, всё же сама подохнет?

Мотнув головой, подобрав с пола кривой меч убитого мной практика, пошёл прочь.

Мию я нашёл в третьей комнате: просто шёл, открывая их подряд и выдёргивая засовы, пока не отыскал нужную. Кроме неё тут обнаружились ещё четыре девушки и малая девчонка лет семи.

— На выход, — крикнул я.

Они встрепенулись, а подруга Лиса, узнав меня, тут же вскочила.

— Где Рафу? — подскочила она ко мне, глядя на пропитанные кровью штаны.

— Ранен, но вроде бы жив, — ответил я. — Надо отсюда поскорее убираться. В любой момент сюда могут заявиться работорговцы.

Из открытых дверей начали выходить люди. В основном взрослые мужчины… Осознав, что их освобождают, они ломанулись к выходу, но двоим помоложе я преградил дорогу клинком.

— Откройте остальные двери, — приказал я так, будто имел на это право. — А потом следуйте за мной.

Удивительно, но они подчинились без раздумий. Мигом пробежались по всему бараку и затем, как было велено, пристроились позади.

— Хватайте его и на выход, — указал я на Лиса.

Мия помогала им. Вперёд нас бежали освобождённые рабы. Никого не ждали, не пытались помочь, просто улепётывали, пользуясь шансом. Это даже хорошо. Если тут ошивается кто-то ещё из Дома Чёрной Соли, сперва он отвлечётся на них.

Однако мы никого не повстречали. А когда оказались у ворот, те уже были открыты настежь. Этот район я узнал сразу — склады на границе трущоб и Внутреннего города. Возле южных ворот. Командуя мужиками, тащившими Рафу, я вёл нас к воротам Внутреннего города. Раннее утро, холодно. Но холод — это хорошо, бодрил. Два дня, считай, без сна… Теперь, когда мы почти вырвались, усталость навалилась нещадно.

А ведь расслабляться рано. Особенно тут, в Нижнем городе. Есть шанс, что Дом Чёрной Соли успеет нас перехватить. Мало ли тут у них наблюдателей? Авось и бойцы найдутся. Однако нам везло. Или же это я слишком себя настращал. Местные, видя нас да при оружии, спешно расступались, а то и прятались по переулкам. Всю дорогу мне чудился взгляд в спину, но никто нападать не спешил.

И только у самых ворот нас догнал незнакомец в простой, потасканной и штопаной одежде. Грязный, как и положено, — от жителя трущоб не отличить. Но стражам у ворот приказывал так, будто имел на это право.

— Взять их! — крикнул он, доставая из-за пазухи шнурок с жетоном.

Что там на нём было выбито, я не разглядел — заметил одно: не обыкновенная медяшка, как висела на моей шее, а сверкающее в утренних лучах солнца золото.

Пара внешних учеников тут же отрезала нам дорогу. Раздался клич, и из ворот выскочили ещё пятеро. Обступив нас и угрожая клинками, они сопроводили нас внутрь и затащили в знакомые мне застенки. Удивительно, но в этот раз я встречал их как родной дом.

Бросили нас туда не разбираясь и продержали там не один час. Я успел вздремнуть, да и Рафу это время пошло на пользу. Лёжа головой на коленях своей подруги, он сначала порозовел лицом, а затем и вовсе открыл глаза.

— Только не говори, что нас снова поймали, — простонал он.

— Поймали, — ответил я, усмехнувшись. — Но в этот раз секта. Не уверен, что нас так просто отпустят, но хотя бы на рабский рынок Зул-Нархаба не попадём.

— Тут я с тобой согласен… — он улыбнулся пустившей слезу Мие. — Я же говорил, что вытащу тебя!

— Мне кажется, или всё было наоборот? — рассмеялась девушка.

— Но-но, — возмутился я. — Без Рафу у нас не было бы и шанса.

— И всё равно, если бы не ты… — парень хотел что-то сказать, но я остановил его, покачав головой.

Взглядом указал в сторону чужаков.

— Мне просто повезло вырвать у Хуэя клинок, — подсказал я.

— Точно, — кивнул сосед. — Везунчик…

Понял, что я прошу помалкивать о клинке души. Ближе к полудню двери нашего узилища распахнулись. В дверях появился человек в чёрном ханьфу. Низенький и раздражённый. В этот раз он совсем не улыбался… Кажется, всё только начинается?

— И почему вы не могли как нормальные люди прогуляться до Зул-Нархаба? — рычал он. — Столько работы было проделано! Ещё пару месяцев, и мы бы смогли отследить все стоянки этих ублюдков! А вы, гады, умудрились каким-то чудом сбежать… Оттуда, откуда вообще не сбегают!

Мне показалось, последняя фраза прозвучала с оттенком восхищения среди моря ярости. Пока слушал, до меня начал доходить смысл сказанного. Они хотели, чтобы нас увели из города. Знали, где нас держат, но освобождать не спешили? Да конечно же знали, твари! Метка на спине! Я совсем про неё забыл… Оказывается, её ставили не потому, что боялись нас упустить, а для того, чтобы следить за нами!

— Вы подкинули членов секты в рабство… — сказал я. — А это вообще законно? Патриарх на такое давал согласие?

Спрашивал без злости, просто уточнил. Ничуть не удивлюсь, если так и есть. Однако, кажется, мне удалось смутить дознавателя.

— Кто бы говорил о законах⁈ — процедил он.

— Вы сами обещали, что если я выиграю бой, то вопросов к нам больше не будет… — напомнил я тихо, тогда как внутри клокотала ярость.

Понимал: надо держать себя в руках. Скажи лишнего — и разговор закончится плохо. А пока оправдываться приходилось дознавателю.

— Обещал и отпустил, — сказал он, усмехнувшись. — Не мы вас вывезли из Внутреннего города…

— А сейчас тогда зачем схватили? — продолжал я задавать глупые вопросы. — Если мы ни в чём не виноваты, может, отпустите? Страсть как спать хочется…

— Заткнись! — рыкнул дознаватель.

И конечно же, нас не отпустили, а отвели на гору Фентлин, туда, где располагался Павильон Дознания, и принялись допрашивать. Моя выдумка про отобранный у лысого меч показалась им неубедительной. Но так как мы с Рафу рассказали одну историю, а придумать иную они не смогли, пришлось принимать её на веру.

Судя по их вопросам и обрывкам фраз, можно было догадаться, что мы смешали их планы не только в поиске стоянок работорговцев. После побега им пришлось срочно хватать всех выявленных членов Дома Чёрной Соли, чтобы те не разбежались…