Повелитель Хаоса 2 (СИ), стр. 28

Короче, после этого у меня осталось сто тридцать тысяч — и вот теперь я сидел в баре и, как дурак, пялился на счётчик подписчиков.

За целый день ко мне добавилось аж пятьдесят два человека! Кто-то поставил «огонёк» под закреплённым постом. Кто-то — «смеющийся смайлик». Надеюсь, не над моим копирайтингом?

— Что, прибыль считаешь?

Я поднял голову — Вика стояла за стойкой, облокотившись на неё локтями, и разглядывала меня с лёгкой полуулыбкой. Светлые волосы собраны в небрежный пучок, из которого выбилось несколько прядей, большие жёлтые глаза чуть прищурены. На ней была простая чёрная майка и фартук с вышитым на нём цветком лотоса — и, клянусь, на ней даже это смотрелось как вечернее платье.

Лампа над стойкой едва заметно мигнула.

Ну, как обычно, когда мы рядом…

— Привет, — улыбнулся я, — Давно тут стоишь?

— Минуты две. Ты так увлечённо пялился в свой браслет, что я решила не мешать, — она чуть склонила голову набок, — Что-то интересное?

— Да так… Бизнес.

— Бизнес, — протянула Вика, и уголки её губ снова дрогнули, — Какое серьёзное слово. Тебе налить что-нибудь, бизнесмен?

— «Ригель»?

— Не-а, — она покачала головой и потянулась за стаканом, — Ингредиентов нужных нет. Лимонад?

— Ну вот, — вздохнул я, — Как всегда, обламываешь.

— В смысле «как всегда»⁈ Когда это я тебя обламывала, красавчик⁈ — шутливо возмутилась она, наливая мне что-то шипучее и мятное.

Мы немного поболтали — ни о чём. О погоде, которая в последние дни была просто адской. О том, что в соседней оранжерее у владельца опять что-то зацвело, и теперь весь подвал пахнет корицей. О Викиных родителях, к которым она на выходных ездила на дачу и полдня полола грядки.

— Ты? Грядки? — не поверил я.

— А чего такого? — удивилась суккуб, — Я, между прочим, отлично пропалываю! У меня к сорнякам особый подход.

— Это какой?

— Я на них долго смотрю, и они сами себя выдёргивают от стыда.

Я рассмеялся.

— Ну а у тебя как? — спросила она, — С работой? Я слышала, ты в Хамовниках был?

— Об этом уже весь город что-ли знает? Ты-то откуда это слышала?

— Я много чего слышу, — пожала она плечами, — Бар же. Люди болтают.

— Ну да, ну да… Я когда-нибудь заставлю тебя выдать свои таинственные источники информации.

— Кто кого ещё заставит, красавчик…

— С основной работой, в целом, всё нормально, — я пожал плечами, — В Хамовниках был, но рассказать не могу — закрытая информация.

— А если я очень настойчиво попрошу? — Вика надула губки.

— Даже тогда не расскажу… Эй, ну-ка перестань свою магию использовать!

— Да я ничего не делала!

— Ага, конечно…

Она рассмеялась, и отошла к новому клиенту, налила ему виски, перебросилась парой фраз и вернулась ко мне.

— Так, на чём мы остановились? А, работа… Ты же вроде «чистильщиком» подвязался?

— Да как-то глухо с этим стало в последнее время, — признался я, вот и решил немного… Расшириться.

Я развернул голограмму и показал ей канал.

Вика наклонилась ближе. До меня донёсся лёгкий запах чего-то тёплого и сладкого. Блондинка молча прочитала закреплённое сообщение, полистала полупустой канал, хмыкнула.

— «Струна», — произнесла она, — Неплохо. Значок не светишь?

— Не свечу. Как ты и советовала.

— Умница, — Вика выпрямилась и посмотрела на меня, — Пятьдесят подписчиков за сколько?

— За сегодня.

— Реклама, как я понимаю?

— Немного вложился.

— Немного… — она побарабанила пальцами по стойке, — Андрей, это всё прикольно и правильно даже, если хочешь заработать — но ты будь осторожнее.

— В смысле?

— В прямом, — Вика чуть понизила голос, — Ты же не думаешь, что ты один такой умный? В Москве этих «чистильщиков» — как тараканов. И одиночки, и целые группы, кто-то с лицензией, кто-то без. У многих давно поделены районы, у многих свои клиенты, свои договорённости с управляющими компаниями. И это всё выстраивалось годами.

— И?

— И им может очень не понравиться, если вдруг появится кто-то новый и слишком активный, — она кивнула на голограмму, — И с ценами, которые, судя по всему, ниже рыночных.

Я хмыкнул и откинулся на спинку стула.

— Да ладно тебе! Ну сколько я у них заказов отберу? Десяток в неделю? Я же не могу этим целыми днями заниматься, у меня основная работа есть. И вообще, Москва большая, аномалий всем хватит!

Вика посмотрела на меня долгим взглядом — типа такого, когда смотрят на ребёнка, который собирается потрогать горячую плиту, хотя ему уже трижды сказали, что нельзя.

— Ну смотри. Я предупредила.

Дверь бара скрипнула, я машинально обернулся.

Внутрь вошли трое мужчин — лет по тридцать-сорок, с короткими стрижками. И все трое — в одинаковых тёмных кожаных куртках — хотя на улице было под тридцать! Они скользнули взглядами по посетителям, и небрежно махнули Вике, усаживаясь у дальнего конца барной стойки.

«Мутные типы какие-то» — почему-то подумалось мне, но вслух я ничего не сказал.

Тем более, что Вика совершенно спокойно отнеслась к их приходу — даже улыбнулась и кивнула им.

— Извини, Андрюш, — улыбнулась она, — Работа зовёт.

Она подошла к мужикам, они ей улыбнулись, и начали о чём-то негромко переговариваться, чуть склонившись друг к другу — будто давно были знакомы.

Допивая лимонад, я пару раз покосился в их сторону. Хм, интересно, это что за «работа» с этими ребятами у Вики такая?

Хотя… Это не моё дело. Блондинка всегда была немного загадочной. И, если честно, мне это в ней даже нравилось.

Браслет пискнул, и я опустил глаза. Над запястьем мигала иконка нового сообщения в «Квасе», в личке канала.

Неужели первый клиент?

«Добрый вечер! Увидел вашу рекламу. У нас в квартире какая-то чертовщина: мигает свет, вещи двигаются сами, ночью что-то скребётся в стенах. Жена в истерике, ребёнка уже к бабушке отправили. Нужна срочная диагностика, сегодня. Готов заплатить 10000 за выезд. Если сможете убрать — ещё столько же сверху. Адрес: Лефортово, Красноказарменная улица…»

Я перечитал сообщение дважды.

Десятка за срочную диагностику — плюс ещё столько же за устранение. Если всё выгорит — почти окуплю рекламу за один заказ! Видно, мужику совсем припёрло — в профиле на фотке у него был добродушный лысый бухгалтер — иначе и не скажешь.

Я посмотрел на часы.

Сейчас восемь вечера. До Лефортово — минут двадцать на метро, час на диагностику, ещё час, если придётся что-то убирать.

Успею!

«Добрый вечер! Выезжаю, буду примерно через полчаса» , — быстро набрал я и отправил.

Ответ пришёл почти сразу:

«Отлично, ждём!»

Я залпом допил лимонад, бросил на стойку три сотни и подхватил рюкзак. Перчатки, нож, накопитель — всё на месте.

На выходе я обернулся, чтобы махнуть Вике, но она была увлечена разговором с кожаными типами. Ну и ладно, потом напишу.

Красноказарменная оказалась тихой, зелёной и какой-то сонной. Старые сталинки с высокими окнами, липы во дворах, вездесущие бабули на лавочках, которые, как обычно, проводили меня долгими подозрительными взглядами. Не могу понять, я выгляжу как-то не так что ли, что они постоянно на меня косятся?

Нужный дом стоял в глубине квартала — кирпичная пятиэтажка, с облупившейся лепниной над подъездом и железной дверью, которую кто-то подпёр кирпичом.

Третий этаж, квартира с левой стороны площадки.

Я позвонил, и дверь открыли почти сразу. На пороге стоял мужик — но не совсем тот, кажется, который был в профиле. В растянутом спортивном костюме, здоровенный, лет тридцати пяти, бритый наголо. Шея — толщиной с моё бедро, на щеке — старый шрам, нос явно ломали не один раз. И жёлтые глаза.

— Вы по объявлению? — спросил он низким голосом.

— Да, «Струна». Вы писали про чертовщину в квартире?

— Ага, — мужик явно обрадовался и посторонился, — Заходи, заходи! Вся эта хреновина в гостиной…