Повелитель Стихий. Том 4 (СИ), стр. 30

Новым было одно. Часть руд я оставлял себе, воздух и огонь, целыми и без проверки. Подходил, платил, убирал камень в кольцо, затем шёл дальше. Распорядитель в первый раз вежливо напомнил про выкуп, а во второй лишь проводил покупку глазами. Ничего удивительного, просто не самое характерное мне действие.

К вечеру в пространственном кольце лежала приличная куча таких камней, а дневная выручка вышла заметно меньше обычной. Пара зевак у прилавков проводила меня озадаченными взглядами: безошибочный оценщик весь день скупал руду и уносил, даже не проверяя. Пусть гадают.

Дома пахло ужином, внизу возился у плиты Нейрас. С тех пор как у старика появилась своя кухня, готовил он с размахом, будто навёрстывал двадцать лет объедков. Поужинав, я поднялся к себе и уже собрался было догнать упущенный сон, как неожиданна артефакт связи, который я передал одному из выкупленных рабов, неожиданно ожила.

Наконец-то!

Признаться, я уже начинал прикидывать, в какой стороне искать мой снегоход вместе с кристаллами и новым свободным человеком. Приятно ошибиться.

— Слушаю, — сказал я.

— Это Тим, — голос шёл ровно, без помех. — Добрался. Докладываю, как договаривались.

— Что-то то долго, — внутри я неожиданно для себя даже как-то заволновался. Судьба Вардиса была мне важна. Однако внешне я естественно это никак не показал.

— Буря напрямую закрыта, шёл в обход. Несколько дней дорога, потом ещё несколько на месте. Осмотреться всё же надо.

Резонно. Я устроился на стуле поудобнее.

— Кем представился?

— Бродягой. Ищу работу, иду с юга. На воротах расспросили в общих чертах, даже пристроили сразу. Обычное дело, я такое проходил.

— Принял кто?

— На кухню взяли, дрова таскать. Я не отказывался — оттуда всё видно и всех слышно.

Грамотно: за день через кухню проходит чуть ли не половина крепости, а болтают там свободнее, чем где бы то ни было.

— Теперь по делу, — посерьезнел Тим. — Главное. В крепости новый глава. Человек с Первой высоты, приехал с бумагами короны. Какой-то фамильный, вроде бы Сэм Рикнул зовут, но все кличут коротышкой. Ростом не удался. Он командует всем.

В целом, неудивительно. То что корона там поставит своего человека — один из самых ожидаемых вариантов. Важно другое — насколько сильно закрутили гайки.

— Давай дальше.

— Дальше интереснее. В крепости много чужих. С виду обычные, кто наёмником назвался, кто проезжим. Только они не работают. Сидят по углам да у ворот. Снуют по городу, пристально осматривают всех новичков. Внимания от них в мою сторону было больше, чем от стражей у ворот. Невзначай расспрашивают про прежнего хозяина.

— Много их?

— Не знаю, но десятка полтора наберётся. Это кого я срисовал. Может, больше.

— Уверен, что не перепутал ничего?

— Да. Служил я долго, — уверенный голос Тима не оставлял. — Такие вещи по повадке видно. Как стоят да куда смотрят. Работы нет, а деньги есть, и никто их не гонит. Обычного бездельника из крепости выставили бы в первую неделю. Этих держат. Значит, им положено там сидеть.

— И ждут они, выходит…

— Прежнего хозяина. Все разговоры вокруг него. Вернётся или нет, откуда придёт. Ставки, небось, уже делают.

Картинка сложилась быстро и вышла знакомой. Снаружи Вардис почти не изменился: те же стены и люди, живи да радуйся. Заходи, хозяин, дверь открыта. А за ней полтора десятка пар глаз, и каждый шаг от ворот будет доложен куда следует раньше, чем я дойду до цитадели.

Гораций в своём репертуаре. Снова плетет какие-то подковерные сети, надеясь поймать меня в ловушку.

Не догнал, так подготовил встречу: капкан ставят на тропе, по которой зверь любит ходить. Приманку король выбрал точно, тут надо отдать ему должное: целую крепость, которую я сам поднял из разбойничьей ямы, а потом бросил, не попрощавшись. Вернуться крайне хочется, однако стоит мне появиться, как начнется второй раунд с короной, который пройдет совсем не по моим правилам.

— Остальные люди? — спросил я еще один крайне важный вопрос.

— Судя по тому, что я видел, каких-то изменений не произошло. После ряда допросов все остались на местах. Никого не тронули, насколько могу судить. Просто приказы теперь отдаёт новый начальник, по совместительству главный надзиратель.

Никого не тронули, даже Корнею с его открытыми воротами, выходит, ничего не припомнили, хотя уж это дознаватели раскопали бы за день. Всё понятно. Тронь корона хоть одного из моих людей, и приманка перестанет работать. Пусть всё стоит как стояло, чтобы хозяину было куда возвращаться.

Про Эмилию я спрашивать не стал: светить имя сестры перед чужим человеком последнее дело. Слова Брамса про надёжное место и обруч смены облика, который я ей оставил, пока перевешивали всё, что мог бы разузнать Тим.

— Что про прежнего хозяина говорят? — спросил я вместо этого.

— Много говорят, — впервые в ровном голосе шевельнулось что-то живое. — Смеском его зовут. Полукровкой, эларий с человеком. Люди видели, как у него глаза светились и снег вокруг падал. При этом все знают, что у элариев с людьми детей не бывает. Ну так и что с того, говорят, а вот поди ж ты, ходил тут такой.

— А любят или боятся?

— Любят, — ответил Тим без раздумий. — При нём, говорят, порядок навели, твари от стен отстали, еды хватало, за работу платили. Новый глава его при каждом случае поливает, самозванец, мол, и бандит, бросивший своих. Люди слушают, помалкивают и помнят по-своему. Такое не переговоришь.

— Это точно, — согласился я. — Такое не переговоришь.

А вот это грело лучше всех сегодняшних новостей, хотя день у меня, между прочим, начался с разговоров с мертверцами. Корона может назначать в Вардис кого угодно, рассказывать про меня что угодно, но людей её словами не перекупишь.

— Доклад принят, — сказал я. — Полный, по делу. Мы в расчёте, Тим. Ты свободен.

На той стороне повисло молчание.

— Вот так просто?

— Уговор же был такой. Дошёл, доложил. Дальше твоя жизнь твоя. Что то не так?

— Хм, — сказал Тим, и по голосу было слышно, что он это ещё будет переваривать. — Тогда бывай. Не поминай лихом.

Артефакт вновь замолчал, но на этот раз уже надолго.

Положив пластину на стол, я взял из ближайшего ряда обычную руду воздуха. Таких сегодня через мои руки прошло десятка два. Эти мне нужны для кое-чего, и улучшать через них сродство со стихией я не собираюсь.

А вот смерть…

Смерть теперь совсем другой разговор. Ещё одна-две грани, и мне станут по силам настоящие умертвия, такие, как у Шимбота в Тарнисе. Его Красса годами не мог отличить от живого целый город.

А если сделать такое же умертвие для себя, то…

Я довольно потёр руки. Еще посмотрим, за кем Вардис будет на самом деле.

Глава 14

Правда, легко это только на словах. Повысить сродство со стихией на две грани — задача и так довольно сложная. И это если говорить про первые грани. А мне сейчас надо было прыгнуть с четвёртой на шестую. И это совсем другой разговор. Услышь меня сейчас кто-то со стороны, лишь покрутил бы пальцем у виска.

Да и я бы сам так сделал, однако возможность превратить нового хозяина Вардиса в свою марионетку не могла не прельщать. Так что остался только один вопрос — где взять столько смерти?

Колонну вроде тарнисской можно отбросить. У Шимбота на неё работал целый город с моргом в придачу. Вторая руда из кратера? Тоже не вариант. В повтор такого везения верить не стоит.

Оставался павильон, вот только… Камни со смертью там попадались, я их видел и иногда даже сознательно обходил, но рядом с рудой из кратера это крохи. Ради двух граней эту мелочь пришлось бы скупать мешками на протяжении года, если не больше.

Значит, нужно место, где смерти скопилось очень много. Скопилось само, без хозяев и любопытных глаз.

Телефон я купил себе ещё в первые дни, разобравшись с языком. Толку от него было мало, пока не одолел письменность. Хоть сеть элариев держится на силах стихий вместо проводов, результат результат был ровно тот, что у людей: новости, сообщения, заметки.