Повелитель Стихий. Том 4 (СИ), стр. 23

Если люди продвинулись в техническом вопросе значительно дальше, то эларии во многих моментах полагались не на физику, а на силы стихий. Но результат был один и тот же, отличался только подход.

— Рассен, к услугам господина. Людей у меня сейчас девять голов, все рабочие, калек не держу. Кроме меня людей сейчас ни у кого нет — редкий товар.

Говорил работорговец естественно по-эларийски, быстро и гладко, но я переводил без малейшего напряжения.

Нейрас важно кивнул и, как мы заранее договорились, повернулся ко мне.

— Давай всех, — кратко шепнул я. — Думаю, найдем куда пристроить.

Шептал я тихо, но за решёткой людям меня было слышно. Мужик у стены чуть повернул голову. Ага, отметил. Высший эларий, ни с того ни с сего шпарящий по-людски, зрелище редкое. Ну, пусть э думает что хочет.

Дальше пошла работа. Нейрас озвучил мое требованием и Рассен начал выводить людей из загона, попутно нахваливая каждого. Но когда в загоне остался последний человек, тот самый мужик с ошейником и твердым взглядом, то работорговец остановился.

А что с последним не так? Не продается?

— А вон тот? — шепнул я, кивнув на мужика с обручем.

Нейрас переадресовал вопрос, и Рассена впервые за утро перекосило.

— Господин, этого не советую, — счёты на поясе щелкнули от резкого движения. — Дважды бегал. Одному сторожу руку сломал, второго так приложил, что тот до сих пор на голову жалуется. Даже держу его в глифире, без него не рискую.

Тут же проверил нитью ошейник — и правда, глифир. Сразу и не приметил, под легким слоем изморози. Получается, это не просто раб, а еще и единенный?

Пока я щупал обруч, мужик смотрел в упор из-под тяжёлых век, не мигая. Взгляд железный, опускать его он не собирался. Я спокойно ответил тем же, разглядывая будущего работника. Секунд пять мы так простояли, после чего в серых глазах шевельнулось что-то новое. Недоумение, пожалуй.

— Берём, — шепнул я Нейрасу.

— Этого тоже, — перевёл старик.

— Господин точно слышал, что я сказал? — Рассен склонил голову набок. — Если что, за него прошу втрое дороже, чем за остальных, и продам только с распиской, что мы за него больше не в ответе. Хватит с меня расхлебывать проблемы, которые он причинил.

— Не вопрос, — видя мой короткий кивок, Нейрас согласился.

— Что ж, забирайте. Но помните, я предупреждал.

Судя по тому, как резво он защёлкал костяшками, беглый сидел у него в печёнках уже много месяцев.

Дальше пошли формальности, пока Нейрас отсчитывал кристаллы, Рассен сиял. На каждого из пятерых выдали костяную бирку на шнуре с вырезанным именем владельца, «Нейрас». Она позволяла рабу ходить по городу с хозяйским поручением, а без неё человека останавливал любой дозорный.

У выхода со двора тянулся ряд лотков со всем, что положено рабскому хозяйству. Через Нейраса я взял одеяла, тюфяки и мешки людской еды, и всего прочего, что могло пригодиться моим новым работничкам.

Так же перед тем, как идти домой, пришлось сделать небольшой крюк и заглянуть в переулок, где торговали артефактами. Мне срочно требовался артефакт связи на дальние дистанции, благо с его поиском и покупкой не возникло проблем.

Нейрас, расплатившись, застрял у соседнего лотка с телефонами. Старик замер перед ними, ведь к этой витрине он огромное количество времени не подходил даже близко.

— Бери, — сказал я.

Он купил самый простой, долго вертел коробку в руках и убрал за пазуху бережно, обеими ладонями. Первая вещь для себя за двадцать лет.

Вернувшись домой, Нейрас развёл новосёлов по комнатам нижнего уровня, поближе к кухне. По комнате на двоих, на голые каменные лежанки легли тюфяки с одеялами.

Даже такая малость оказалась для людей чем-то невероятным, потому что осознав, что им не придется ютиться всем вместе в тесной комнатке, да еще и спать на чем то мягком, как они все как один ошеломленно посмотрели на нас с Нейрасом.

Потратив еще немного времени на то, чтобы рассказать всем, что бояться нас особо не нужно, и какая работа каждому предстоит, отдельно подозвал к себе мужика с обручем. Надеюсь, я не ошибся, и он сможет претворить мой план в жизнь.

Мы отошли в мою комнату, после чего я прикрыл дверь и достал ключ от ошейника.

— Наклонись.

Он не шелохнулся, только глаза перебегали с ключа на меня и обратно в поисках подвоха. Ничего не найдя, мужик наклонился. Стержень вошёл в паз, обруч щёлкнул, разойдясь на две половины.

Мужик медленно выпрямился, первым делом проверив свою стихию, судя по прикрытым на секунду глазам.

— Ты, вроде как, очень хочешь на свободу?

— Смешно, — голос у него оказался под стать взгляду, ровный и без выражения. — Ты не первый, кто про свободу мне начал затирать. Я уже прекрасно знаю, чем такие разговоры кончаются.

— И чем же? Просвети.

— Не хочу, — мужик недовольно нахмурился, после чего потер шею. — И эту штуку я знаю. Даже не надейся, стучать на своих за мнимую свободу я не буду. Хоть обратно заковывай.

— Не волнуйся, доносов не надо, — я сел на край лежака. — Всё проще. Ты мне должен. Я тебя купил, деньги заплатил немалые. Отработаешь одним дельцем, и мы в расчёте.

— Что за дельце?

— Крепость Вардис, маленькая, людская, на самом краю у границы. Знаешь такую?

Мужик посмотрел на меня как на умалишённого.

— Знаю, — сказал он медленно. — Место проклятое, люди там, говорят, исчезают. Больше ничего.

— Пойдет, — улыбнулся я про себя, представляя, как он удивится, когда увидит все изменения. — Мне нужно, чтобы ты добрался до туда, как можно быстрее. Приедешь, осмотришься и передашь мне по этой штуке, как там обстоят дела, — я поднял пластину. — Всё, что увидишь и услышишь. После этого делай что хочешь. Хоть в столицу, хоть куда. Ты свободен, и мы в расчёте.

— И всё?

— И всё.

Мужик помолчал, переваривая, а потом вопросы посыпались короткие, по делу, один за другим. Человек оказался служивый и маршрут привык проверять до выхода, а не после.

Естественно, к моим словам Тим, так он представился, относился с огромным недоверием. Но когда после всех расспросов я передал ему несколько кристаллов на то, чтобы он купил себе всё для поездки, в его глазах мелькнуло удивление.

Я тоже не мог быть уверен в нем на все сто. Однако взгляд, который я заметил с самого начала, говорил о том, что Тим меня вряд ли обманет. Или же я просто хотел в это верить — слишком уж важно было узнать, как обстоят в крепости дела.

Закончив разговор, Тим ушёл на рынок собираться, меня же потянуло на воздух, насколько это слово вообще применимо к подземному городу.

Полосы свода тускнели одна за другой, богатый район наливался синими сумерками. Я шёл вдоль резных фасадов без всякой цели, просто разминая ноги и раскладывая по полкам события сегодняшнего дня.

Вардис, если подумать, не так уж и далеко, всего сутки с небольшим напрямую сквозь Бурю, куда мне, в отличие от Тима, можно заезжать. Место расположения старого снегохода я сказал, но новый мне по карману. При желании ничто не мешает время от времени наведываться в собственные владения, и при случае инкогнито навести там порядок.

Сопряжение, окутанное нитью воли, сонно шевельнулась. Через квартал ещё раз. Район дорогой, публика соответствующая, Высшие тут запросто ходили по улицам, и я даже шага не сбил, отметив про себя, что уже привык. Первые дни каждое такое шевеление заставляло внутренне подбираться, теперь же оно шло фоном и думать не мешало.

А как раз подумать и стоило бы. Таинственное наследие до сих пор оставалось в зоне моего внимания. Слишком уж сильно выбивалось оно из всех имеющихся у меня знаний. Резонанс, податливость стихий, сродство с холодом… Вопросов было много, а ответов буквально ноль.

И сейчас я находился в месте, где удобнее всего их найти.

Домой я вернулся уже в полной синеве. В зале у каменного выступа теплилась плошка, а под ней сидел Нейрас. Отставив телефон подальше от глаз, старик что-то читал с экрана, шевеля губами.