Повелитель Стихий. Том 4 (СИ), стр. 19

Эрлис отложил приборы, обвёл взглядом стол и нашёл то, что искал, по левую руку от себя.

Вельт сидел над нетронутой рыбой. Лицо у племянника было белое, и смотрел он не на стол, а сквозь него.

— Вельт, — негромко окликнул его Эрлис. — Что с твоим лицом?

Стол притих во второй раз за вечер. Племянник поднял глаза. Сглотнул.

— Я был днём в павильоне, — голос его сел. — Нейрас купил там два камня. В свободное время, на свои кристаллы. Я хотел их забрать, для дома, однако он вначале отказал. А потом согласился, но выдвинул условие, что с нами его больше ничего не связывает. И я принял эту сделку — руды и правда были крайне хорошие!

Вельт замолчал. Договорил уже почти шёпотом:

— Нейрас свободен. С сегодняшнего дня.

— Свидетели? — только и спросил Эрлис.

— Полный зал зевак. И распорядитель павильона.

Слово дома, сказанное при свидетелях, назад не забирают. Эрлис знал это лучше всех за этим столом.

Секунду было очень тихо. Потом заговорили все разом.

— Сколько он у нас проработал⁈ Двадцать лет? — Ольгас уже не вспоминал про рыбу. — Оценщик дома в размен на два булыжника! У тебя голова на месте, Вельт?

— Да кто мог знать⁈ — Ильда всплеснула руками. — С чего у него вдруг проснулся характер? И откуда у него свои деньги⁈

— Оттуда же, откуда прозрение, — негромко сказал Сарн, но его не услышали.

Вельт вскочил, качнув стол.

— Я не знал, что он купит ещё десяток. Что ни разу не ошибётся! Камни уже лежали в коробе дома, при полном зале. Я неграмотно подобрал слова, и если бы отказал ему, то это ударило бы по репутации дома! Да и главное — он за все двадцать лет не показывал ничего похожего! Откуда мне было знать?

— Оттуда, что дому не… — вскинулся кто-то через стол.

— Тихо, — прервал балаган Эрлис.

Он не повысил голоса, но его послушали без малейших пререканий. Стало тихо. Вельт опустился на место, сел и Ольгас, который, оказывается, тоже успел подняться.

Глава дома сложил руки перед собой и дождался, пока уляжется последний шорох.

— Вельт прав в одном. Нейрас служил дому двадцать один год. И был далеко не лучшим оценщиком. Хорошим, но не аномально хорошим. — Эрлис помолчал. — Сегодня что-то произошло. Серия из десяти удачных оценок — так не прозревают. По крайней мере, не за один день.

Он обвёл стол взглядом. Ильда сидела, прижав ладонь к губам. Сарн медленно кивал своим мыслям. Никто не перебивал.

— Поднимите о нём всё. Каждую странность за последнее время, каждую перемену. Где жил, на что жил, что покупал, с кем встречался. К утру я хочу знать о Нейрасе больше, чем он знает о себе сам. Понятно?

Высшие дома Клос ответили синхронным кивком. То, что курочка из их вольера сначала убежала, а потом внезапно начала нести золотые яйца, не понравилось никому.

Глава 9

От рудного торга до нижних ярусов мы дошли молча.

Свод над проспектом гас: широкие полосы света тускнели одна за другой, пока город медленно тонул в синих сумерках. Где-то внизу, под ярусами, шумела вода. Кисет с почти тысячей в пересчёте на обычные кристаллы лежал в пространственном кольце и больше о себе не напоминая. Зато напоминал Нейрас.

Молчал старик душно, а атмосфера вокруг него стояла крайне тяжелая. Он то косился на меня, то набирал воздуха для первого слова, но снова утыкался взглядом под ноги. До поворота в наш тупик я насчитал пять таких заходов, а на шестом стало жалко уже нас обоих.

— Что такое? — не выдержал я.

Нейрас остановился посреди прохода. Привычный его взгляд, тот самый, чуть мимо лица, на этот раз никуда не съехал — старик смотрел мне прямо в глаза.

— Кто ты?

— В плане?

— Высший. Из ниоткуда, — слова Нейрас чеканил по одному. — О прошлом не говоришь. Дом не называешь. Зачем столько лет прятался у людей, тоже «не важно», — Нейрас шумно выдохнул. — Но главное — твои способности к оценке. Это же просто чудовищно! Оценщиком я за двадцать один год стал хорошим, и это без хвастовства. Однако тебе, несмотря на твой молодой возраст, и в подметки не гожусь. Так не бывает, Фальк.

Эх, Нейрас-Нейрас. Вопрос, который я полторы недели успешно обходил стороной, всё-таки меня догнал.

Варианты я перебрал быстро. Отговорка «не важно» своё отработала: второй раз старик её уже не примет, вон как смотрит. Правда отпадала сразу, ведь с ней здесь и суток не прожить. Оставался вымышленный дом, однако здешние дома были знакомы мне лишь по чужим обмолвкам, поэтому легенда посыпалась бы на первом уточнении.

Прикрыться обетом второй раз? Так из обетов скоро забор выйдет. Старик далеко не дурак, что бы там ни думали о нём Клосы.

Пауза затягивалась. Лицом я не шевелил, взглядом не бегал. Пусть думает, что я взвешиваю, достоин ли собеседник ответа.

— Дом Вейр, — неожиданно полушепотом произнес Нейрас, так и не дождавшись ответа. — Ведь так?

Вейр? Первый раз в жизни слышу, так что снова многозначительно промолчу.

— Ладно, прости. Не стоило мне лезть во всё это, — махнув рукой в воздухе, он словно стёр собственный вопрос. — Захочешь, сам расскажешь. Но если ты и правда из дома Вейр… тогда многое сходится.

Я молча пожал плечами — удобный жест, читай как хочешь. Нейрас прочитал как надо и, кивнув своим мыслям, захромал дальше, причём заметно бодрее.

Спасибо, старик, что поговорил сам с собой. Отвечать на такие вопросы мне сегодня хотелось меньше всего. Только теперь надо будет при случае выяснить, что это за Вейр такой, раз уж я, похоже, оттуда.

Косая дверь из цельной плахи скрипнула, впуская нас в знакомый запах холодного камня и рыбы. Плошка у входа налилась тусклым голубым светом.

Поужинали мы молча; к разговору Нейрас больше не возвращался, и возражений у меня не нашлось. Лишь раз старик поднял глаза, что-то про себя прикинул, затем вернулся к рыбе уже спокойным.

Устраивались на ночь как обычно. Нейрас полез к лазу под сводом, а я расстелил внизу куртку. У ледника старик притормозил и потянулся к щербатой миске, в которую Клосы двадцать лет отсыпали ему плату, но, подержав над ней руку, так ничего и не тронул.

— Нейрас, какие планы на завтра?

Взявшись за перекладину лаза, старик замер, затем обернулся и посмотрел на меня долгим непонимающим взглядом.

— Планы? — повторил он. — Не знаю. Завтра… — пауза вышла длинной. — Сложный вопрос. Последние два десятка лет за меня всё решали, я же просто выполнял, что говорят.

— А теперь?

— А теперь не знаю, — Нейрас пошевелил в воздухе пальцами, подбирая слово, и не подобрал. — Не знаю.

Вот тебе и свобода. Выдали, а пользоваться не научили.

Кисет, между прочим, полдня проездил у него за пазухой, однако старик ни разу не спросил, полагается ли ему доля с этого безумного дня. Мысль о том, что кристаллы бывают свои, требовала, видимо, разбега подлиннее одного вечера.

— Не парься, — я подложил руку под голову. — Раз уж ты пока не привык к самостоятельной жизни, то я со всем разберусь. Но только временно! Для начала подберём нам новое жильё.

— Не нужно, — отозвался Нейрас сверху. Быстро отозвался, не раздумывая. — Кристаллы твои, а мне и здесь привычно. Дом хоть и плохой, но мой.

Мой. Тихое упрямство в голосе подсказывало, что простым «так надо» старика с места не сдвинуть.

— Привычно ему, — я глянул на обвалившийся угол, заложенный обломками со льдом. — Вспомни, тем восьмерым хватило пустых баек про твои спрятанные богатства. Теперь богатство у тебя настоящее — весь торг видел, сколько ты сегодня поднял. Думаешь, новость до этого тупика не доберётся? Думаю, всё будет в точности до наоборот— такое глухое место лишь привлечет незваных гостей.

Наверху стало тихо. Возразить Нейрасу было нечем, хотя соглашаться он тоже не спешил.

— И главное, — добавил я. — Мне всё так же лишнее внимание ни к чему. Поэтому выбирать дом будем вместе, но покупать будешь ты один, на своё имя. Продолжаем делать тебя богатым и известным.