Связанные, стр. 1

Али Хейзелвуд

Связанные

Original title:

BOUND

Ali Hazelwood

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя, табака, наркотических или любых других запрещенных средств.

Согласно закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений являются уголовным преступлением.

Употребление алкоголя, табака, наркотических или любых других запрещенных веществ вредит вашему здоровью.

First published in Audio Format by Spotify Audiobooks, First Published in Print by Berkeley, an imprint of Penguin Random House LLC.

Translation rights arranged by Sandra Dijkstra Literary Agency

* * *

Должна признать, моя история не слишком отличается от любой другой, хотя, конечно, она дорога и интересна мне больше прочих. Все истории, по сути, одинаковы: у них есть начало, запутанная середина и конец, разрешающий все головоломки. За свою жизнь я рассказала столько историй, что мне не составило бы труда взять перьевую ручку, стопку бумаги, непременно ручной работы, и добавить еще один рассказ к своей коллекции. И все же я сомневаюсь и никак не могу решить, с чего начать.

Подруга предложила начать с лета накануне последнего года учебы в аспирантуре Университета Рокхейвена, то есть за несколько месяцев до моей смерти. Тогда у меня уже возникли неприятности, а судьба была предрешена, хотя я об этом еще не догадывалась. Но я не уверена, что это удачное начало. Слишком смело начинать с центрального эпизода фабулы, учитывая, что первые строки этой истории были написаны, еще когда я была худосочной девчонкой с волосами странного цвета и привычкой непрерывно жевать жвачку.

Тогда моим любимым времяпровождением было смотреть, как старушка-соседка окунает соболиные кисти в акварельные кюветы в старинной жестяной коробочке. «Повезло тебе, – говорила Грейс ворчливым прокуренным голосом, сосредоточенно глядя на свой очередной шедевр. – Если бы твоя никчемная мамаша, собиравшая деньги на липовую благотворительность, угодила в тюрягу прежде, чем твой никчемный папаша, воровавший данные чужих кредиток, оттуда вышел, жила бы ты сейчас в приемной семье в Таллахоме и рисовала цветными мелками. Иди сюда, детка, объясню, почему такая лессировка никуда не годится».

Я никогда не позволяла себе мечтать понапрасну. Что тогда, что сейчас отказываюсь признавать, что, обучая меня основам кракелюра и чистки кожаных переплетов от плесени, Грейс таким оригинальным способом проявляла свою любовь. И все же, раз я решила поведать свою историю, без рассказа о ней не обойтись, ведь именно она научила меня видеть красоту там, где другие ее не замечают. Не могу не упомянуть и судью, который ясно дал понять, что следит за мной и продолжит делать это в обозримом будущем, если, разумеется, я не опомнюсь, не исправлю оценки и не разошлю заявки в университеты. Почетного упоминания также заслуживают курс «Химия в реставрации», на который я записалась на втором году обучения в колледже, потому что это был единственный курс, не начинавшийся в восемь утра, мой академический консультант, который сказал, что, если меня действительно увлекает «вся эта средневековая дребедень», у него есть друг в престижном университете на севере, который как раз этим и занимается, моя особенность забывать о времени и пространстве, когда в моих руках оказывалась старинная книга, и посмертное письмо Грейс, написанное таким же прерывистым и неровным почерком, как и ритм ее сердца. «Мне удалось скопить не бог весть сколько, но на переезд хватит. Убирайся из этой чертовой дыры».

Так и началась моя история. Как видите, ветров было несколько, но через пару недель после начала моего обучения в аспирантуре они задули разом и спровоцировали идеальный шторм. Это случилось, когда Мортимер Макманаман – «только не называй меня Морти» – воспользовался своим главным козырем и убедил мою квартирную хозяйку Роксанну пойти с ним на свидание.

Мортимер был богатым мальчиком с мягкой челкой, падавшей на лоб; он обожал представляться «любителем искусства», носил поло всех цветов радуги и никак не мог отрастить солидные усы. Он никому не нравился, хотя очень старался. Иногда мне становилось его жаль, и, думаю, Роксанна пошла с ним на свидание именно по этой причине. А может, он просто воспользовался ее уязвимым положением. Она недавно рассталась с мужем. Хотя она считалась одним из лучших геммологов в Новой Англии, ей приходилось отказываться от заказов, так как забота о маленькой дочери, Рори, отнимала слишком много времени. Развод нанес серьезный удар по ее финансам, а в отчаянии люди совершают отчаянные поступки. Например, идут на свидание с мутным парнем или находят в интернете аспирантку по объявлению и сдают ей свободную комнату.

Мортимер, конечно, был лучше бывшего Роксанны, который врал ей и изменял, но их совместное будущее все равно представлялось сомнительным, тем более что на первом же свидании он начал называть ее «котенком» и не догадался, что ей это не нравится. Роксанна знала, что у них ничего не выйдет. Я тоже это знала. Судя по количеству подарков, захламлявших нашу квартиру, Мортимер был в отчаянии и тоже это знал. И все же он упрямо цеплялся за иллюзию, что Роксанна – та самая. Приходил раз в неделю или когда Рори забирал к себе ее отец. Возился с челкой перед зеркалом в прихожей и выкладывал подношения на алтарь Роксанны и ее идеального тела, доведенного до совершенства групповыми тренировками на велотренажерах. Он приносил ей импортный кофе в зернах, вино не из пакета и шоколадные конфеты, продававшиеся по семь долларов за штуку.

А одним роковым вечером принес первое издание «Дракулы» Брэма Стокера.

Справедливости ради скажу, что это был не подарок – он принес его похвастаться.

– Сегодня получили. – Мортимер достал книгу из кожаного портфеля и положил на стол. Макманаманы жили в Бостоне, но в Вермонте им принадлежал антикварный магазин средней руки, и Мортимер недавно отвлекся от своего основного занятия – непрошеных рекомендаций местных пивоварен и полей для гольфа – и взял на себя управление семейным бизнесом. – Потрясающе, правда?

Роксанна ахнула:

– Боже мой! – Она потянулась к книге – видимо, хотела провести пальцем по красно-золотым буквам на обложке, – но передумала и отдернула руку. – Это невероятно. Ты только посмотри на переплет!

– Ага. – Мортимер самодовольно ухмыльнулся. – Представьте, больше века назад, примерно в тысяча восемьсот девяносто седьмом году, какой-то человек сидел у камина, курил трубку и читал эту книгу. А теперь она здесь, у вас на кухне. Можете представить?

– Нет, – ответила я.

Роксанна и Мортимер повернулись ко мне: первая взглянула на меня с удивлением, второй – с досадой.

– В смысле «нет»? – спросила Роксанна.

Я посмотрела на пресс для панини, который стащила с прошлой работы, из гастрономической лавки, и пожалела, что открыла рот.

– Думаю, это может быть подделка, – максимально нейтрально ответила я, хотя это была ложь. На самом деле я не сомневалась, что это подделка. Но, что бы там ни говорили мои родители, мне не нравилось разочаровывать людей.