Ограбление века (СИ), стр. 38

Вставляю флешку в USB-порт, перезагружаю комп, снова вхожу в БИОС и задаю очерёдность загрузки. Поехали!

У меня на флешке «десятая Винда» с корпоративным паролем, надоедать напоминанием о необходимости активации не будет. Дождавшись первой перезагрузки, запускаю процесс установки на втором «кубике», которые я специально покупал без операционной системы. И так — на каждом. Будущие операторы, следящие за ходом прогресса, зовут меня только когда требуется определиться с выбором настроек «Виндовс». Нудно, монотонно, но никуда от этого не денешься.

До конца рабочего дня на всех компьютерах установлены не только «оси», но и «Офис». Правда, с установкой даты — полная задница: не желает «Винда» воспринимать текущий год, слишком уж он «древний». Поэтому выставляю его на сорок с лишним лет вперёд, подогнав календарь под совпадение дат и дней недели. Все операторы проинструктированы о том, что им предстоит работать с техникой из будущего, лишних вопросов по этому поводу не задают.

Дабы народ не мучился от безделья, раскрываю им стрррашный секрет существования в наборе программ пасьянсов. Пусть хоть чем-то люди занимаются, а не в потолок плюют. Тем более, это — какая-никакая, а тренировка обращения с мышью, коих в Миассе ещё не знают. И уж тем более — оптических.

Дома на мне виснет Катюня, соскучившаяся не менее меня. А когда накал первых эмоций чуть спадает, она растерянно объявляет:

— Миша, тебе ордер на получение квартиры принесли. Это не ошибка? Как тебе могли сразу же выделить трёхкомнатную квартиру?

— Не «тебе», моё счастье, а «нам». Это не ошибка. Я её у Виктора Петровича попросил, когда ещё в первый раз к нему ходил. Правда, не думал, что это случится так быстро. В каком хоть месте?

— Написано, Октября 12А, девятиэтажная «свечка» рядом с восемьдесят девятым училищем. Правда, первый этаж.

Хороший проект, с лоджиями на всех этажах. Даже на первом. И место неплохое: нам даже ближе будет бегать хоть в техникум, хоть на работу. Щедрый, очень щедрый подарок. Впрочем, подарок ли? Если оценить ту аппаратуру, которую я передал конструкторскому бюро, то можно сказать, что я купил эту квартиру. Причём купил втридорога.

— Ну, а почему моя любимая этому не радуется?

— Я просто поверить в такое не могу.

Фрагмент 19

Квартиру пошли смотреть только в субботу. Видно, что «подержанная», но не особо «убитая». Ремонт делали года два назад. Видимо, прежние жильцы то ли «разъехались», то ли получили «четвёрку». Мои требования — только установка решёток на окнах, железных дверей на входе и в комнату, отведённую под «кабинет», прокладка в ней более мощной проводки и установка в этой комнате сигнализации с выводом на пульт охраны КБ. Подумал и решил, что особо можно не извращаться, достаточно датчика на открывание двери и фольги, разрывающейся при разбитии оконного стекла. Включение-отключение — обычным тумблером после телефонного звонка на пульт.

Катя всё ещё в шоке от стремительных перемен в нашей с ней жизни. Даже матери не рассказывает о квартире: до сих пор не верит, что это реальность. Приезжавшим в прошлое воскресенье маме с папой сказала, что я в командировке в Москве, но мы отложили поездку к ним ещё на неделю. К этому времени строители от КБ как раз закончат исполнение моих требований. И можно будет начинать переезд. Для этого я и хочу взять отцовскую машину. А на неделе побегать по мебельным магазинам, присмотреть, что можно купить в первую очередь, чтобы после переезда не спать на полу и не сваливать одежду в угол: никакой своей мебели у нас нет. От слова «вообще».

Вот и пригодился вклад «до совершеннолетия» на сберкнижке, сделанный после главного выигрыша в Спортлото. Всё, прикрыта эта лавочка с лотереей. Генерал Суслов — не дурак, сразу сообразил, откуда «ноги растут» у всех этих выигрышей. Расшипелся, потребовал прекратить мошенничество, но решил, что запрет обратной силы не имеет. Тем более, после такого количества переданных мной государству оборудования и техники. А вскоре на лотерейной машине поменялся алгоритм перемешивания шаров. Проверил: выигрышные номера тоже стали не те, что записаны у меня.

За следующую неделю закончил установку на компьютеры необходимого для работы минимума программ, соединил почти все их патчкордами с хабом, создав таким образом первую локальную сеть. Попутно народ учился работать с файлами различных форматов, пробовал писать программки на языках программирования, изучал инструкции по этим языкам. Мужики и девчата грамотные, уже работали с большими ЭВМ, так что схватывают всё быстро. Двоих молодых женщин, согласовав кандидатуры с начальником сотого отдела, усадил заниматься разбором и систематизацией информации, имеющейся на флешках.

А по вечерам — беготня по магазинам. Нам же всё нужно, от самой обычной посуды до холодильника, от табуреток до диванов, от столов до шкафов. Пока присматриваемся, а в четверг-пятницу будем покупать с доставкой в квартиру на субботу после обеда.

В Атлян выехали с самого утра, чтобы успеть к полудню вернуться и начать принимать мебель. Родители тоже в офигении от того, что у нас с Катюхой теперь своя квартира, да ещё и «огромная».

— А как же с тем, что вы не расписанные?

Мамуля в своём амплуа.

— Нет чтобы порадоваться, что сыну вне очереди из директорского фонда её всё-таки дали.

— Вам же, наверное, надо помочь мебель заносить.

— Мам, большую мебель грузчики занесут, а уж по квартире её передвинуть мы и сами сможем.

Куда-то ушла и вернулась с новеньким комплектом постельного белья

— Вот, это вам на новоселье. На первое время. Потом ещё что-нибудь подарим.

Спорить бесполезно, поскольку характер мамы я хорошо знаю.

В абсолютно пустой квартире нам даже сесть не на что. Ну, разве что на подоконники. Надо было всё-таки вчера хотя бы пару табуреток купить. Но дотерпели! У подъезда наконец-то остановился Зил-130 с будкой, на которой крупными буквам написано: «Мебель».

Дождались окончания разгрузки — и закупать посуду. Таскать что-либо из съёмной квартиры отказались сразу: зачем путать своё и чужое? Деньги со сберкнижки разлетелись почти все. Но и всё первоочерёдное, без чего невозможно жить, купили. Дальше обставлять квартиру будем по мере зарабатывания денег.

Расставляли и раскладывали покупки допоздна. И это я ещё не собирал шкаф, привезённый несколькими картонными коробками, и пару письменных столов.

— Жаль, на телевизор денег не хватило, — огорчается Катрин.

— Ничего, несколько дней потерпим.

Я-то знаю, что «зомбоящик» у нас будет такой, какого она и не видывала.

— Да каких несколько дней? Почти месяц ждать до зарплаты придётся.

Не стал спорить: пусть будет сюрпризом.

Ночевали в «старой» квартире. С вечера почти ничего не делали из-за усталости. Так, кое-что по мелочам собрали, чтобы утром погрузить в машину и увезти. Невелика у нас куча барахла, если смогли это «провернуть» за единственный рейс. Во время одной из передышек сообщил подруге:

— Телефон у нас теперь с выходом в город. Номер на бумажке, что в аппарат вставлена. Можешь попытаться кому-нибудь позвонить.

Кому только? Из наших друзей телефон только у Бородулиной, вот Катюня ей и звякнула. Та — в полном ауте от услышанных новостей.

— Ирин, какие гости? Мы даже вещи ещё не разобрали. К тому же Мише нужно машину родителям отогнать.

Это не отмазка, а на самом деле ехать нужно. А потом ещё автобусом возвращаться домой.

С родителями договорились, что они приедут к нам двадцать седьмого, в следующую субботу.

— Заодно мы с тобой съездим в гараж за остатками моих вещей.

— Остатками? Там же чуть ли не полгаража было заставлено коробками.

— Всё, осталось только несколько штук. Остальное сдал. И это… мою заначку, спрятанную под углём, тоже достань и привезёте в субботу.

— Уже не боишься?

— Договорился, что всё оставшееся у меня — моё.