Вам письмо. Лично в руки (СИ), стр. 90
Степан посмотрел на него. Исран смотрел вниз, во двор, на тролля, и лицо у него было мрачное, но в углу рта что-то дрожало.
— Я ведь не знал, что подписываю, — сказал Исран. — Твой легионер мне сунул, я подписал. А теперь мои люди, как только заходят за ворота, не могут поднять арбалет первыми. Только в ответ. Хитро. Очень хитро. Я тебе это припомню, курьер.
— Это Квинт придумал.
— Тогда я припомню Квинту.
* * *
Из тумана вышли трэллы.
Сначала десять. Потом двадцать. Бледные, в чёрном, с ножами и топорами. Они шли к воротам молча, как ходят люди, которым давно всё равно, дойдут они или нет. За ними, чуть дальше, в тумане, угадывались другие фигуры. Высокие. В тёмных камзолах. С красными глазами.
Вампиры.
Ворота держали трое. Лидия посередине. Серана слева. Ульв справа, на здоровой ноге, со щитом. За ними, во дворе, стояла Квинтова черепаха. Пятнадцать щитов, не пять, как в прошлый раз. Выбивалы научились.
Трэллы ударили в ворота.
Ворота выдержали первый удар. Второй. На третьем треснула перекладина. В щель полезли руки, ножи, бледные лица с пустыми глазами. Лидия рубила. Серана рубила. Ульв бил щитом, тяжело, с выдохом, и каждый раз кто-то с той стороны отлетал.
Со стены по трэллам стреляли люди Исрана. Они могли стрелять за стену. Пункт первый распространялся только на территорию двора.
— Хорошо держат, — сказал Исран, перезаряжая арбалет. — Твоя хускарл и эта... дочь Харкона. Хорошо держат.
— Они одинаковые. Обе молчат и рубят.
— Вампир и хускарл. — Исран выстрелил. — Если бы мне это кто-нибудь сказал неделю назад.
* * *
Вингальмо Степан увидел, когда туман на поле поредел.
Высокий альтмер стоял в сотне шагов от ворот, на пригорке, в тёмном камзоле, и не дрался. Он смотрел. Руки у него были подняты, и между ладонями плавало что-то красное, густое, похожее на клубок горячей проволоки. Он целился в ворота. В Лидию.
Степан знал это заклинание. Не из книг. Он видел его действие на балу, когда Вингальмо развлекал гостей и вытянул жизнь из трэлла, а трэлл упал, серый, сухой, как осенний лист.
Береста у Степана была готова. Имя он знал. Он стоял на стене над воротами, и до Вингальмо было сто шагов.
Он протянул руку назад.
— Лидия!
Но Лидия не могла. Лидия держала ворота, и если бы она отпустила их сейчас, трэллы вошли бы во двор.
— Я! — крикнул кто-то снизу.
Это был Эрик. Эрик с забинтованным бедром, хромой, ещё с той ночи, с мечом в одной руке и луком за спиной. Он взбежал на стену, морщась на каждой ступени, и схватил Степана за руку.
— Я, начальник! — сказал Эрик. — Это в куплет пойдёт. Сорок девятый. Давай!
Степан взял его за руку. Сзади, сам, без зова, подбежал Гхаруль и схватил за плечо. А потом, из ниоткуда, из-под ног, вылез М'айк и вцепился Степану в пояс.
Сопровождающих: 3 из 3.
— М'айк здесь ни при чём, — сказал М'айк. — М'айк просто держится.
Степан нажал.
* * *
Окно вручения накрыло поле.
Туман замер, плотный, как вата. Трэллы застыли у ворот с поднятыми ножами. Лидия застыла с мечом над головой. Красный клубок между ладонями Вингальмо остановился, горячий, пульсирующий, в двух ладонях от его пальцев.
Степан стоял перед Вингальмо. Эрик, Гхаруль и М'айк стояли рядом. Они двигались. Это был их первый раз в окне вручения, и Эрик открыл рот и забыл его закрыть.
— Это... это... — сказал Эрик.
— Потом. Вингальмо. Уведомление о нарушении устава нейтральной зоны. Распишитесь.
Рука Вингальмо, не разжимая клубка, повернулась сама и взяла бересту.
— Теперь вы. Свяжите ему руки. Быстро.
Гхаруль снял с пояса верёвку. Он бегал с ней с тех пор, как его укусили. Эрик и М'айк держали Вингальмо, хотя тот не двигался, и Гхаруль вязал. Узел у него получался плохой, неумелый, но очень крепкий.
Окно начало таять.
— Ещё одно, — сказал Степан и сунул Вингальмо вторую бересту. — Повторное.
Кровь пошла носом. Он вытер рукавом.
— Начальник, — сказал М'айк. — М'айк хочет сказать, что красный шар висит прямо над твоей головой.
Степан поднял глаза.
Красный клубок висел не между ладонями Вингальмо. Он висел в воздухе, на полпути от Вингальмо к воротам, к Лидии, и Степан понял, что Вингальмо успел его бросить. За мгновение до того, как окно накрыло поле. Клубок уже летел.
Окно таяло. Через несколько ударов сердца мир пойдёт, и клубок долетит до ворот, и попадёт в Лидию, и Лидия станет серой и сухой, как трэлл на балу.
В углу зрения что-то мигнуло. Новое. Красным.
Обнаружен входящий объект. Тип: заклинание. Отправитель: Вингальмо.
Функция «Возврат отправителю» (пробная версия). Использовать? Цена: высокая.
Степан не стал думать о цене.
Он нажал.
Красный клубок дрогнул в воздухе. Развернулся. Медленно, как разворачивается лодка на реке. И пошёл обратно. К Вингальмо. Прямо в его связанные руки.
Мир пошёл дальше.
* * *
Вингальмо закричал.
Так кричит всё живое, когда горит, даже если оно давно мёртвое. Клубок вошёл ему в ладони, в грудь, в лицо, и Вингальмо сделался сначала красным, потом серым, потом каким-то пепельным, и упал на колени, и бился, и выл, а связанные руки дёргались, и не могли ничего.
Степан тоже упал.
Он не помнил, как упал. Он помнил только, что вдруг лежит на земле, в траве, и над ним небо, и звёзды, и кто-то держит его голову, и что-то тёплое течёт у него из носа, из ушей и, кажется, из глаз.
— Начальник! — Это был Эрик. — Начальник, ты чего? Ты живой?
— Он бессмертный, — сказал Гхаруль. — Он всегда живой.
— М'айк думает, — сказал М'айк, — что бессмертным тоже бывает очень плохо.
Степан попытался сказать, чтобы они уходили. Не получилось. Рот не слушался.
Гхаруль поднял его на руки. Как ребёнка. Легко, как поднимают мешок с почтой.
— Держись за меня, — сказал Гхаруль Эрику. — И ты, кот. Бежим.
— Куда?
— К воротам. Там свои.
И они побежали. Через поле, мимо застывших от изумления трэллов, мимо пепельного Вингальмо, который всё ещё бился в траве. Гхаруль бежал быстрее, чем когда-либо, быстрее, чем от гончих Харкона, с курьером на руках, а Эрик хромал рядом, держась за его пояс, а М'айк бежал впереди и кричал трэллам:
— Вампиры ушли туда! Туда! М'айк видел! Все туда!
И трэллы, пустоглазые, без командира, поворачивали головы туда, куда показывал М'айк.
Это сработало.
* * *
Лидия держала ворота.
Она видела, как упал Вингальмо. Она видела, как рядом с ним, на поле, упал кто-то ещё, маленький, в куртке, и как орк поднял его на руки и побежал. Лица она не видела. Лица она не видела никогда. Но она знала, кого несёт орк.
Трэллы перестали напирать. Без Вингальмо они растерялись, топтались у ворот, оглядывались. Лидия рубила тех, кто ещё лез, и думала только о том, чтобы орк добежал.
— Открывай, — сказала Серана рядом. — Он добегает. Открывай на ширину плеч.
Лидия отодвинула засов.
Гхаруль влетел в щель, как камень из пращи. Эрик за ним. М'айк проскочил между ног. Лидия задвинула засов обратно, всем телом, и в ту же секунду с той стороны в ворота ударили.
Ещё раз. И ещё.
А потом над стеной, прямо над Лидией, появился вампир.
Он не лез. Он спрыгнул. С неба, со стены, мягко, бесшумно, как падает снег. Невысокий, в изысканном камзоле, с аккуратной бородкой. Лидия узнала его сразу. Ресторанный критик с бала.
Феран Садри.
— Хускарл, — сказал Феран, улыбаясь. — Мне сказали, что ты моя. Лорд Харкон обещал.
— Нет, — сказала Лидия и ударила.
Она ударила хорошо. Быстро, сверху, наискосок, так, что любой человек упал бы с разрубленным плечом. Феран не был человеком. Он отклонился. Совсем чуть-чуть. Меч прошёл в пальце от его камзола.
И Феран оказался рядом. Очень близко. Так близко, что Лидия почувствовала запах вина и старой крови от его воротника.
Он впился ей в шею.