Июль 1941 года. Книга 5 (СИ), стр. 54

Генерал снова посмотрел на меня.

— Продолжай, Сошников.

Я придвинул стул немного ближе к столу.

— Надо собрать самых лучших бойцов в небольшие группы. По пять — шесть человек. Вооружить их бутылками с зажигательной смесью и автоматическим оружием. И посадить этих «истребителей танков» не в чистом поле, а… на чердаках домов и во дворах. Окраина — сплошной частный сектор, узкие улицы, высокие заборы, одноэтажные домишки и при каждом — небольшой садик. Идеальные условия для скрытого перемещения крохотных отрядов. «Истребители» смогут незаметно выходить на дистанцию броска и тут же быстро отступать под прикрытием деревьев, сараев и прочих построек.

Генерал слушал очень внимательно.

— Ну, что же… Неплохая задумка, — кивнул Недвигин. — Это будет вторая линия, на случай прорыва основной.

— Нет, товарищ генерал! — я мотнул головой. — Это и будет основная линия обороны. Не надо любой ценой пытаться остановить танки перед городом. Надо впустить их внутрь.

Смирнов резко повернул ко мне голову.

— То есть как это — впустить?

— Имитировать отпор и бегство с позиций, — ответил я. — И когда бронетехника противника втянется на узкие улочки — сжечь к чертовой матери!

В маленьком кабинете стало тихо.

— Ты предлагаешь нарочно заманить их в застройку? — негромко спросил Недвигин.

— Да, товарищ генерал. Пусть сами полезут туда, где их преимущество уменьшится. Только жителей надо сначала вывести. Всех, кто ещё остался в окраинных кварталах. Нельзя устраивать там засаду, пока люди сидят по домам.

Смирнов нахмурился.

— А немецкая пехота? Танки одни в город не полезут.

— Вы сами мне сказали, что усилили оборону южного участка двумя батальонами из полка Бардеева, — напомнил я. — А это примерно шестьсот человек. Этого вполне достаточно, чтобы связать боем немцев. И тогда «истребители танков» не будут отвлекаться на вражеских пехотинцев. Их задача — бронетехника.

— Слишком красиво получается, — заметил Смирнов. — Немцы тоже не дураки. Если поймут, что из домов летят бутылки, начнут эти дома чистить.

— Конечно начнут, — согласился я. — Поэтому я и не предлагаю сажать всех «истребителей танков» в один дом и ждать, пока туда подойдет противник. Группы должны быть небольшими и рассредоточенными. Один дом засветился — остальные пока сидят. Немцам придётся либо останавливаться и разбираться с каждым двором, либо продолжать движение и рисковать. Они там гарантированно завязнут. Для нас главное, чтобы они потеряли возможность использовать скорость и манёвр. Если колонна вытянется на узкой улице, каждой машине придётся действовать в одиночку.

Недвигин смотрел на меня, слегка прищурившись.

— То есть ты предлагаешь превратить несколько кварталов в большую засаду.

— По сути — да.

— И заблокировать их там? — уточнил Смирнов.

Я пожал плечами.

— Если получится. Но это уже вам решать. Я сейчас только про принцип.

Недвигин едва заметно усмехнулся.

— Вот за этим я тебя и позвал, Сошников. Ты придумал нечто… не новое, конечно, но хорошо забытое старое. Нечто подобное использовали солдаты республиканцев при штурме Мадрида войсками франкистов. А как составить на основе этого принципа боевой приказ для подразделений нашей дивизии — это уже моя головная боль.

Генерал встал и прошелся по кабинету. Я было подскочил со стула, но Недвигин, проходя мимо, просто надавил мне на плечо и усадил обратно.

По выражению лица комдива было видно, что первоначальная странность предложения постепенно уступает место расчёту. Недвигин уже не оценивал, можно ли вообще впустить бронетехнику в город, а пытался понять, где именно это будет выгоднее сделать, какие улицы подходят, куда поставить пехоту и насколько далеко можно позволить немцам втянуться, не потеряв контроль над ситуацией.

Смирнов тоже призадумался.

— Бутылки собрать можно, — задумчиво произнёс он. — Горючее найдём. Людей для таких групп тоже подобрать можно. Жителей из нескольких кварталов вывести успеем. Но…

Лейтенант снова замолчал.

Я не вмешивался.

Генерал сел на свое место и по очереди оглядел нас со Смирновым.

— Так и сделаем — заманим танки в город! — твердо сказал Недвигин. — Лейтенант, сейчас поедешь к Максимову. Подберешь подходящие позиции для этих… «истребителей танков». Где укрываться, откуда наносить удары, где отсекать пехоту, куда отходить. Наметишь рубежи и сразу прикинешь, какие дома придётся освободить от жителей.

Смирнов слегка подался вперёд.

— Понял, товарищ генерал. Максимова вводить в общий замысел полностью?

— Конечно, — недовольно хмыкнул Недвигин. — Ему там обороняться. Только предупреди его, чтобы не болтал — мне не нужно, чтобы через час весь город рассказывал, как мы собираемся заманивать немцев в Пинск.

— Сделаю, — кивнул лейтенант.

— Заниматься бутылками я Ванечке поручу, — после небольшой паузы сказал Недвигин. — Пусть прошерстит магазины, склады, всё, что найдёт. Если Сошников угадал и там действительно осталась стеклотара, хорошо. Если нет, будут искать дальше. Бензин тоже найдём. Гудрон или что — нибудь похожее подобрать сумеют. А уж людей, которые приготовят смесь и разольют её по бутылкам, у нас достаточно.

Когда идея звучала из моих уст, всё представлялось довольно просто: узкая улица, танк, дома по обе стороны, несколько бойцов с бутылками. Теперь генералу предстояло превратить общую мысль в конкретную штабную работу, и становилось особенно заметно, насколько разное у нас мышление. Я мог вспомнить какой — то способ из будущего, предложить его, объяснить общий принцип, но дальше начиналась работа сотен, а то и тысяч людей.

Генерал снова поднялся и несколько секунд смотрел уже не на Смирнова, а на меня.

— Сошников, у тебя будет другое задание.

Я невольно выпрямился.

— Слушаю, товарищ генерал.

— Полк Бондаренко, — медленно, почти по слогам, произнес Недвигин. — Когда, по твоим прикидкам, колонна должна подойти к городу?

— Если их ничего не задержало в пути, то передовые подразделения уже могли достичь выхода с гати, — ответил я.

Генерал нахмурился.

— Значит, времени у тебя немного.

— Надо встретить и помочь добраться до своих? — уточнил я.

— Нет, не совсем, — возразил Недвигин. — Я не хочу, чтобы двадцать восьмой полк просто вошёл в город.

Я посмотрел на него внимательнее.

Недвигин снова сел за стол, устало потер глаза и слегка откинулся на спинку стула.

— До твоего утреннего доклада всё было просто. Полк выходит из окружения, заходит в город, приводит себя в порядок и занимает участок обороны. Но после того, что ты увидел у Клёнников, ситуация другая. Немцы готовят новую атаку свежими силами. Если Бондаренко выведет полк из леса и двинет его прямо к Пинску, немцы заметят его людей, и раскатают в чистом поле. Майора надо немного притормозить!

— Вы хотите оставить полк в лесу, чтобы он сыграл такую же роль, как полк Бардеева два дня назад.

Недвигин медленно кивнул.

— Именно! Немцы про него пока не знают. Во всяком случае, я очень надеюсь, что не знают. Максимов примет удар с юга. Твои бутылки, если успеем всё подготовить, тоже будут там. Пусть немцы лезут. Пусть тратят силы, втягиваются в бой, теряют темп. А Бондаренко в это время должен оставаться у них за спиной.

— И когда немецкая атака захлебнётся, он ударит им в тыл, — произнёс я.

Смирнов тихо присвистнул, тут же вспомнив, где находится, и кашлянул.

— Если получится снова поймать их с голой жопой…

— Если, — остановил его генерал. — Пока слишком много «если». Немцы могут изменить направление. Могут обнаружить Бондаренко. Могут вообще не атаковать сегодня. Поэтому не будем заранее праздновать победу, которой ещё нет.

— Понял, товарищ генерал, — несколько раз кивнул Смирнов.

Недвигин снова повернулся ко мне.

— Пойдешь обратно в лес, Сошников. Твоя задача — встретить Бондаренко раньше, чем он двинет полк дальше.