Росомаха. Том 7 (СИ), стр. 24

Ветров не просто укрепился. Он связал здание с каждым человеком внутри. Попробуй взломать дверь, и ближайший наёмник получит силу. Разрушь стену, и часть удара уйдёт в пленников, которых держали в подвале.

— В крепости есть рабы, — произнёс я.

Гридин напрягся.

— Задержанные утверждали, что нет.

— Они могли не знать, — отозвался я, ведя взглядом по тонким багровым нитям. — Под восточной башней сидят люди. Не меньше двух десятков. Ими подпирают защиту.

— Тогда штурм отменяется, — процедил капитан.

— Нет, — покачал головой я. — Меняется порядок.

Я быстро распределил задачи. Игорь должен был проникнуть в подземные ходы и найти пленников. Алиса шла с ним, поскольку лучше остальных знала, как выводить людей из замкнутых помещений. Илья получал скобы разрыва и группу императорских сапёров. Его целью становились серебряные узлы под внешними стенами. Бродислав оставался рядом со мной.

— А что делать мне? — хмуро уточнил Гридин.

— Не дать никому выйти, — отозвался я. — Если из крепости побегут безоружные, брать живыми. Если с оружием, сначала предложить бросить. Магов не подпускать к жилым кварталам.

— Ветров? — капитан прищурился.

— Мой, — произнёс я.

Мы подошли к воротам. Сверху тут же ударил огонь. Плотный шар размером с бочку летел прямо в нас, подсвечивая мокрый камень оранжевым светом.

Я разглядел его структуру за два удара сердца. Внешняя оболочка удерживала пламя, внутренний узел направлял заклинание, а тонкая золотая нить связывала шар с магом на крыше.

Когти вышли с влажным звуком. Я полоснул по управляющей нити. Огненный шар потерял направление, пролетел над головой и врезался в пустой склад за спиной. Стена лопнула, наружу вылетели щепки и куски черепицы.

— Началось, — хмыкнул Бродислав, пригибаясь под арбалетным болтом.

Второй болт он поймал ладонью. Наконечник вошёл между костями, но брат только поморщился, выдернул стрелу зубами и бросил на мостовую.

— Слева, — предупредил я.

Из бойницы высунулся маг. Воздух перед ним сжался в прозрачный клин. Я не успевал добраться до плетения, зато Бродислав успел добраться до самого мага. Он разбежался, оттолкнулся от стены и вцепился когтями в камень. Вторым движением подтянулся к бойнице и ударил внутрь.

Крик оборвался вместе с заклинанием. Брат спрыгнул рядом со мной, вытирая кровь с костяшек.

— Живой? — уточнил я.

— Был, когда падал на пол, — отозвался Бродислав. — Дальше не проверял.

Ворота держались на трёх слоях магии и толстом железном засове. Я мог разрезать всё сразу, но защитные нити уходили в подвал. Пришлось искать слой собственности, который позволял Ветрову считать ворота частью своей крепости.

Сила лежала глубже обычной магии. Связь шла к фундаменту. Право выглядело как тонкая серебряная плёнка, натянутая поверх каждого узла.

Я ввёл кончик когтя между плёнкой и охранным контуром. Адамантий завибрировал. Чужой приказ попытался соскользнуть по клинку в кости, но я повернул кисть и потянул его наружу.

Серебряный слой отделился. Магическая защита сохранила дерево и петли от разрушения, но запрет прохода держался на хозяйской метке и погас вместе с ней.

— И что изменилось? — тихо уточнил Бродислав.

Я положил ладонь на мокрое дерево.

— Теперь ворота ничьи.

Охранный контур не ударил. Я разрезал засов, и створки распахнулись внутрь.

Во дворе нас ждали два десятка наёмников, стоявших за щитами. Между ними расположились трое магов. Над строем дрожал полупрозрачный купол, а камни под ногами были покрыты маслом.

— Росомахин! — выкрикнул седой мужчина за первым щитом. — Ветров предлагает переговоры!

— Пусть выйдет, — отозвался я, не заходя на масло.

— Он предлагает союз против богов! — продолжил мужчина. — Передаст людей, склады и сведения. Вы вместе сможете уничтожить Кречета!

— Условия? — уточнил я.

— Гарантия жизни и свободы! — выкрикнул наёмник. — Ветров остаётся главой гильдии и получает долю с божественной добычи!

Бродислав тихо фыркнул.

— Щедро, — пробормотал он. — Особенно после того, как он пытался распилить тебя на части.

— Передай Ветрову мои условия, — произнёс я громче. — Он освобождает рабов, отдаёт все книги и добровольно идёт под императорское следствие. Его люди складывают оружие. Тех, кто не участвовал в убийствах и торговле людьми, проверят и отпустят.

Седой выслушал, потом повернул голову, будто прислушивался к голосу в ухе. Под воротником у него блеснула серебряная нить.

— Ветров отказывается, — произнёс он уже тише.

— Тогда уходите вы, — предложил я. — Бросайте оружие и выходите. Через минуту начну разбирать строй.

Несколько наёмников переглянулись. Один опустил меч. Серебряная нить на его шее вспыхнула, человек выгнулся и упал на колени, хватая ртом воздух.

Ветров держал их контрактами.

— Илья, — позвал я, не оборачиваясь.

Слева за стеной трижды стукнул металл. Первый внешний узел был снят.

Я выпустил когти и шагнул на масло.

Огненный маг ударил сразу. Пламя побежало по камням, обхватило сапоги и поднялось до колен. Защита выдержала, но жар мгновенно высушил одежду. Запахло палёной кожей.

Я рванулся вперёд. Бродислав ушёл вправо, заставляя щиты развернуться. Воздушный клин прошёл над его плечом и расколол бочку у стены. Из неё хлынула вода, смешиваясь с горящим маслом.

Первый щит я разрезал вместе с ремнями. Наёмника не тронул, только толкнул плечом в соседей. Второму выбил меч, третьему ударил рукоятью когтей в челюсть. Строй развалился за несколько секунд.

Маги попытались отступить. Бродислав прыгнул между ними. Его когти не резали плетения, зато прекрасно резали одежду и ремни. Огневик остался без пояса с накопителями, воздушник получил коленом под рёбра, а менталист успел посмотреть мне в глаза.

Чужая воля ударила в голову горячей иглой. Перед глазами на мгновение возник Колизей. Песок, решётка, крик толпы. Рядом стоял Бродислав, но я увидел Виктора и поднял когти.

— Андрей! — рявкнул брат, ударив меня ладонью по щеке. — Здесь камень под ногами, дождь и вонь порта. Не арена.

Картинка лопнула. Я перехватил нить ментального удара и дёрнул на себя. Маг вскрикнул, зажал виски и рухнул лицом в воду.

— Работает, — выдохнул я, возвращая дыхание.

— Что именно? — Бродислав отбросил отобранный жезл.

— Ты, — отозвался я. — Продолжай.

Со стороны восточной башни прогремел сухой каменный взрыв, и один из узлов защиты погас. Связь с Игорем натянулась под башней и тут же ослабла. Он добрался до цели, но подробностей я не знал.

— Ещё немного, — произнёс я.

Наёмники больше не пытались держать строй. Часть бросила оружие, остальные отступали к дверям. Я не преследовал тех, кто сдавался. Императорские бойцы входили во двор следом и укладывали людей лицом в мокрый камень.

Мы с Бродиславом поднялись в центральную башню.

Лестница была узкой. Сверху катились металлические шары, взрывались ловушки, били стрелы. Брат шёл первым, прикрывая лицо руками. Раны затягивались прямо на ходу. Я следовал за ним и резал управляющие связи там, где успевал их увидеть.

На втором этаже стены открылись, выпуская десятки механических рук. В каждой находилось своё оружие: пила, крюк, молот, игла, стеклянная трубка с зелёной жидкостью. Хороший набор для человека, который торговал останками богов и людьми.

— Он хранит это над собственными людьми? — процедил Бродислав, пригибаясь под пилой.

— Ему всё равно, кого режет его имущество, — отозвался я.

Я увидел общий узел под потолком. Когти достали до него с прыжка. Серебряная оболочка лопнула, и механические руки замерли. Одна пила продолжала вращаться, пока не закончился заряд, наполняя коридор визгом металла.

За последней дверью находился кабинет Ветрова.

Он ждал за широким столом. На нём лежали три книги, серебряный ключ и человеческий череп с врезанными в кость пластинами. Справа от Ветрова стояла стеклянная капсула. В мутной жидкости плавал живой мужчина без волос и ногтей. Грудь едва поднималась, а вокруг головы лежало плетение, подавлявшее имя и память. Ветров готовил из него запасное тело.