Бастард Императора. Том 33 (СИ), стр. 43
Кровь заливала мостовые, ступени и пороги домов. Где-то ещё пытались удержать двери. Где-то звали тех, кто уже не мог ответить, а на соседних улицах воины продолжали сражаться, давно потеряв возможность отступить.
Происходящее всё меньше походило на безумие или хаос… Для него находилось другое слово — падение. Падение людского величия перед силой, которую все недооценивали.
Но даже сейчас, во времена, когда казалось, что всё пропало, на поверхности планеты оставались те, кто не позволял этому падению завершиться… Среди дыма и чужой силы вспыхивали яркие участки сопротивления, и возле каждого из них люди получали возможность прожить ещё немного.
На одном из полей боя Яна сражалась возле целого скопления разломов.
Вокруг громоздились огромные обледеневшие тела. Разрубленные конечности перекрывали проходы, расколотые панцири торчали из замёрзшей земли, однако из разломов продолжали выходить новые громадные чудовища.
Яна встречала их прежде, чем они успевали разойтись по полю. Лёд сковывал тяжёлые тела, трещал под их напором и возникал вновь, пока очередной удар не заставлял гиганта рухнуть рядом с остальными.
Девушка не останавливалась ни на мгновение.
На другом участке над тварями стелилась буйная чёрная энергия.
Егор проходил через их ряды, уничтожая тысячами, и почти сразу устремлялся дальше, не позволяя освободившемуся пространству снова заполниться. За ним двигались группы зачистки.
Им нужно было добраться до разломов. Войти внутрь и закончить то, что невозможно завершить одними ударами снаружи.
Поэтому Егор снова разворачивался навстречу прибывавшим чудовищам, удерживая для людей дорогу, пока последний боец не исчезал в очередном проходе.
Среди громадных гор сражалась Аяна.
Волосы слиплись от пота, на одежде темнели пятна крови, а дыхание давно стало тяжёлым. Девушка двигалась между склонами, поднималась над ущельями и обрушивала водяные лезвия туда, где новые твари пытались перекрыть путь отрядам.
Здесь опасность приходила сразу с нескольких сторон.
Чудовища карабкались по скалам, заполняли узкие проходы и появлялись выше, вынуждая одновременно следить за небом и землёй. Аяна убивала их сотнями, тысячами, но каждый расчищенный участок требовалось удерживать, пока люди проходили дальше.
Из всех секторов ей достался один из самых тяжёлых, и она продолжала сражаться.
Вдалеке над другой частью фронта разгоралась яркая белая энергия. Сквозь её свечение мелькал клинок, раскрывались печати, а плотные скопления тварей разлетались, освобождая пространство перед человеческими войсками.
В другом месте, посреди чёрного плато, шёл Славка. Его глаз ярко светился, вокруг били молнии, а вперёд неслись сотни демонов, что бились с другими тварями разломов.
Вика неслась по полю, сражаясь с тварями в ближнем бою, пока сверху их сокрушало пламя Ани, выжигающее тварей до черноты.
Но сражались не только они… По всему миру находились герои, сражающиеся вопреки разуму, который кричал, что это конец и уже нет смысла трепыхаться.
Однако не все в своём сражении держали оружие в руках.
Таня вела флот, направляя корабли туда, куда практики не успевали добраться. Линкоры и крейсеры стремительно пересекали небеса, отсекали наступавшие массы, прикрывали города и позволяли людям покинуть места, которые ещё недавно казались обречёнными.
Настя же занималась наземными силами.
Перегруппировывала отряды, отправляла подкрепления, снимала войска с уже освобождённых участков и почти сразу находила для них следующую задачу.
Она стояла перед картой, не замечая, как пальцы всё сильнее вцеплялись в край стола. Голос осип, распоряжения приходилось произносить медленнее, чтобы не сорваться на хрип, но девушка продолжала говорить.
С начала войны она не спала. Как и почти все, кто сейчас находился рядом с ней или сражался снаружи. Возможность закрыть глаза казалась чем-то из другой жизни, до которой ещё предстояло добраться…
Целители уже давно выдыхались и хрипели, потому что пропускали через себя тысячи раненых. И даже так новая глава Рода Бестужевых, стиснув зубы, вела за собой наследие в самые горячие точки мира.
И в этом безумии люди всё ещё убивали людей…
На одних границах прекращали огонь, на других начинали новые столкновения, не желая отказываться от прежних приказов даже перед угрозой общей гибели. И всё же те, кто сражался за сам мир, понемногу оттесняли наступавшую смерть.
С каждым ударом, каждой потраченной крупицей силы и каждым распоряжением, ушедшим в эфир, они отбивали свой мир у тварей.
Ещё на метр… Иногда сразу на десятки…
И в этом безумии им помогали неизвестно откуда взявшиеся жёлтые эфемерные фигуры, появлявшиеся там, где защитники уже не справлялись.
Фигуры появлялись, шли вперёд и бились так, что это казалось невозможным, показывая невероятную мощь.
Люди не знали ни их имён, ни того, откуда они пришли, но видели, как под их ударами гибнут чудовища… И шли следом, занимая освобождённые позиции.
Однако даже с этой поддержкой до победы оставалось слишком далеко…
Казалось, что эта ночь будет длиться вечно, но ничто не длится вечно. Тьму ночи прорезал яркий жёлтый свет.
Он стремительно пронёсся по небу, освещая всё вокруг, а вслед за ним разгорелась алая волна. Такая, словно всё небо покрыло яркой магмой. Те, кто ещё мог позволить себе поднять голову, с тревогой смотрели вверх, пытаясь понять, что приближается на этот раз.
Новая помощь? Или ещё одна беда, которую уже не получится остановить…?
Среди грохота сражений раздался треск.
Негромкий, но отчётливый. Его слышали даже там, где за рёвом тварей почти невозможно разобрать человеческий голос, и у многих на мгновение замерло сердце.
Само пространство вновь начинало трескаться…
Земля:
Я лежал на полу, чувствуя, как энергия переполняет тело.
Раны затянулись почти мгновенно. На короткое время даже показалось, что боль наконец отступает, но следом сила прошла глубже, и энергоканалы начали рваться уже от её избытка.
Я захрипел, вцепившись пальцами в край ступени.
Они там что, решили добить меня как можно быстрее⁇! А заодно взорвать мир-корабль, чтобы уж точно не пришлось ничего исправлять⁇!
Рыча сквозь стиснутые зубы, заставил себя подняться. Перед глазами снова поплыло, однако на этот раз дело оказалось не только в перегрузке.
Очертания тронного зала разошлись, и через мгновение я уже находился в другом месте.
Его узнал сразу. Один из залов Сафтиры.
Собственное тело осталось далеко, в Антарктиде, но связь с ним никуда не исчезла. Я всё ещё чувствовал переполнявшую его силу, хотя здесь стоял лишь эфемерным силуэтом.
Передо мной находились Саша и Кларисса.
Между девушками оставалось около метра расстояния. Они смотрели друг другу в глаза, одновременно пропуская через себя огромное количество энергии, а вокруг них всё пространство занимали светящиеся линии.
Примерно в десяти метрах от центра располагались старейшины Этараксийцев.
Белые одежды уже не выглядели безупречными. Кто-то стоял на коленях, упираясь ладонями в пол от давления энергии вокруг, другие почти лежали, удерживая себя на локтях. Слышались хриплые вдохи, на лицах выступало напряжение, а из носа у нескольких стариков текла кровь.
И всё же никто не выходил из круга. Они продолжали удерживать печати, созданные Клариссой.
Ближайший ко мне старейшина попытался выпрямиться. Руки дрогнули, но он всё-таки поднял голову. Его голос прозвучал низко и хрипло:
— Ещё, королева… Мы выдержим больше…
Саша не стала спорить, хоть на её лице и отразилась боль.
Золотое свечение в её глазах усилилось, и через зал прошёл новый поток, многократно превосходивший прежний. Печати вспыхнули, старейшины напряглись ещё сильнее, а я почувствовал, как далеко отсюда отзывается моё настоящее тело.
Вместе с миром-кораблём.