Бастард Императора. Том 33 (СИ), стр. 13

Раздался громкий хруст, улыбка исчезла, незнакомца отбросило назад, но он почти сразу телепортировался, оказавшись в стороне от Славки. Затем застыл, слегка согнувшись и поднеся руку к лицу.

Между пальцами потекла кровь.

— Забавно… Забавно… — послышался тихий голос врага.

Славка не бросился добивать, а лишь нахмурился, потому что на щеке появилась длинная рана, по которой тоже потекла кровь. Парень поднял палец к уху, коснувшись гарнитуры, и заговорил, не отрывая взгляда от противника:

— Всем внимание. Отходите на задние позиции. Помогите флоту в сражении. В этот бой не вмешиваться ни при каких условиях.

Он не стал ждать подтверждения, прекрасно понимая, что приказ будет выполнен.

Вместо этого парень опустил руку и полностью собрался, сохраняя внешнее спокойствие.

Противник действительно силён.

Застать его врасплох удалось лишь потому, что до этого тот сражался с куда более слабыми людьми. Привык, что они не успевают ответить, и решил, что здесь произойдёт то же самое. За что и поплатился.

Но Славка вполне может оказаться на его месте, если сейчас примет один удачный удар за доказательство собственного превосходства.

Враг медленно убрал ладонь от разбитого носа. На его запястьях снова засветились синие ободки.

Славка чуть изменил стойку, выставляя в сторону свободную руку.

Этот бой точно не будет простым, но он обязан выйти из него победителем.

Глава 7

Появление Аоки

Вика замерла, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Мама…

Но как она узнала…? Папа ведь обещал, что пока никому ничего не расскажет… Неужели передумал? Или случайно проговорился, а предупредить её уже не успел?

Аня между тем продолжала внимательно разглядывать дочь, не торопясь отводить взгляд.

— Ну, чего молчишь? — спросила она.

Вопрос прозвучал немного строже, чем девушка собиралась. А когда её губы ещё и недовольно поджались, Вика невольно выпрямилась.

До боли знакомое выражение лица… И совершенно неподходящий момент, чтобы в этом признаться.

— Простите, девушка, но вы ошиблись… — всё же нашла в себе силы что-то сказать Вика.

Брови Ани медленно поползли вверх.

— Девушка⁇! Нет, я всё могу понять: вы это скрывали, не хотели рассказывать… Но называть собственную маму девушкой! Я что, в будущем где-то допустила пробел в воспитании дочери⁇!

Она на мгновение задумалась, даже посмотрела в сторону, будто всерьёз пыталась найти этот самый пробел, и Вика окончательно поняла, что отпираться теперь бесполезно.

Мама знает. Причём, судя по взгляду, знает достаточно. Аня между тем продолжала:

— Можешь и дальше пытаться шифроваться, если тебе так удобнее. Сговорились, понимаешь ли, вдвоём ничего не рассказывать! Совсем из нас дур решили сделать? Или думали, что мы ни о чём не догадаемся? А то, что у тебя лицо практически точь-в-точь моё, вообще никого не должно было волновать, да? Мне следовало решить, что он просто притащил из какой-нибудь параллельной реальности вторую меня, только помоложе? Фетишист чёртов⁇!

Вика приоткрыла рот, но подходящего ответа так и не нашла.

Аня покачала головой, и раздражение в её взгляде немного смягчилось.

— Я хоть тебя и не помню… Но что-то родное в тебе чувствую… И не только я. Это и заставило нас задуматься, а потом пойти и расспросить всех, кто мог что-нибудь знать. В итоге Ольга всё-таки раскрыла нам правду. Да, твой отец ей об этом рассказал, однако она и сама вспомнила. Да и Настя скрывать ничего не стала… Так что, учитывая твоё лицо и то, что твоя энергия немного похожа на мою, отрицать очевидное уже бессмысленно. Остаётся лишь принять, что у меня, похоже, и взрослая дочь есть, и маленькая появится… А я не буду помнить ни одну из них…

Последние слова дались ей заметно тяжелее остальных. Аня выдохнула, на короткое мгновение опустив глаза, и Вика, видя это, не выдержала:

— Ты всё вспомнишь!

Слова вырвались раньше, чем она успела подумать. Девушка тут же прикрыла рот ладонью, ошарашенно глядя на мать, но та лишь прищурилась.

— Вот ты и проговорилась. Но что вспомню — это хорошо. А то сначала малыш-альв, а потом и две дочери, которых я не буду помнить. Это уже явно перебор.

Произнеся это, Аня обернулась на серию взрывов, прокатившихся где-то вдалеке. Она быстро оценила направление ударов и снова посмотрела на Вику. Теперь уже гораздо строже.

— Однако мне обидно, знаешь ли. Я тебя рожала, пеленала, хоть этого и не помню, все эти годы за тобой ухаживала, глаз с тебя не сводила! А ты заявляешь: «Папа — мой единственный герой»! А мама что, так, просто придаток?

— Мама, я… — хотела было что-то сказать Вика.

— Не перебивай.

Девушка тут же послушно закрыла рот. Аня уже набрала воздуха, собираясь продолжить, но вдруг сама застыла. Несколько мгновений она смотрела на дочь, словно только сейчас услышала собственные слова.

— Ой… Чего это я…? — Строгость с её лица ушла почти сразу.

Она не помнила ни бессонных ночей, ни маленьких ладошек, цеплявшихся за её пальцы, ни того, как эта девушка росла. Однако возмущение получилось таким естественным, а желание отчитать — таким привычным, что Аня растерялась сильнее, чем от самого известия о дочери.

Понимая, что перестаралась, хоть и не специально, сделав шаг ближе к дочери, она подняла руку.

Пальцы едва заметно дрогнули, прежде чем осторожно коснуться щеки Вики. Девушка не шевельнулась, даже дышать стала тише, пока большой палец Ани медленно скользнул по её коже, стирая полоску пыли.

Именно это простое движение почему-то оказалось самым трудным.

Аня смотрела на собственную руку с тихим изумлением. Воспоминаний по-прежнему не было, но прикосновение не казалось чужим. Наоборот, хотелось поправить дочери волосы, осмотреть её лицо, убедиться, что нигде больше не болит.

— Прости… — негромко произнесла она. — Я не со зла… Просто всё так неожиданно навалилось…

Вика подняла ладонь, накрыла её пальцы и прижала их плотнее к своей щеке, ненадолго прикрыв глаза.

— Я понимаю, мама… Поверь, для меня это тоже не менее неожиданно… Спасибо… Что ты меня узнала.

Последние слова прозвучали совсем тихо. Аня хотела ответить, однако рядом раздался низкий рык.

Инкар смотрел в сторону сражения, нетерпеливо переступая лапами. Повреждённый бок всё ещё мешал ему двигаться свободно, но по тому, как дракон вытягивал шею и приподнимал крылья, становилось понятно, что оставаться здесь он не собирался.

Аня проследила за его взглядом.

— Да, ты прав. Нужно поторопиться, — затем она вновь повернулась к дочери. — Но с твоим отцом мы ещё серьёзно поговорим. Причём все вместе! Об утаивании информации вообще и о том, что у нас была и есть дочь, — в особенности!

Вика неожиданно для самой себя засмеялась.

Смех получился негромким, немного дрожащим, однако сдержать его она уже не смогла. Ещё совсем недавно ей приходилось скрываться от мамы, притворяться чужой, а теперь та совершенно привычно собиралась устроить папе разбирательство.

— Бедный папа… Он ещё не понимает, насколько строгий консилиум вы в будущем создадите…

Убрав руку, Аня сложила руки на груди и посмотрела немного в сторону, говоря:

— Ну ты уж совсем-то из нас злодеек не делай. Я уверена, что мы где-то там не такие уж и зловредные, как ты описываешь.

Вика благоразумно промолчала. Аня заметила это молчание.

— Так. Вот сейчас было очень даже подозрительно…

Улыбка дочери стала шире, но новый раскат заставил обеих обернуться к лесу. На этот раз удар прозвучал ближе, и Аня сразу вернулась к главному:

— Ты мне лучше скажи, сражаться-то можешь?

Вика быстро помотала головой.

— Нет. Враг заблокировал мне энергию, и на то, чтобы восстановиться, уйдёт какое-то время.

Аня нахмурилась, после чего снова протянула руку, теперь положив ладонь ей на грудь, чуть ниже ключиц.

— Постой спокойно.

Она прикрыла глаза, и Вика почувствовала тёплый поток силы.