Последняя луна (ЛП), стр. 48

Внутренний отчёт правительства Ибериона

Дверь распахивается с оглушительным грохотом. Катарина замирает на пороге и несколько долгих секунд сверлит нас взглядом. Мы отскакиваем друг от друга мгновенно, но, судя по всему, недостаточно быстро — учёная явно успела всё засечь. Впрочем, никаких замечаний она не отпускает; да и некогда: следом за ней в столовую заваливаются остальные повстанцы, включая Алверона.

— Надеюсь, вы успели восстановить силы, — роняет лидерша, усаживаясь во главе стола.

Изз, не поднимая на меня глаз, подхватывает нетронутую тарелку и уносит её на кухоньку. Я не отрываю от неё взгляда. Всё ещё чувствую её вкус на губах. И жажду добавки. Прочищаю горло — и тут же натыкаюсь на проницательный прищур Катарины, которая плюхается рядом с Умбралем.

— Мы не впервые пытаемся проникнуть в Полярную лабораторию. Когда мы только узнали о её существовании, она сразу стала одной из главных целей, — начинает объяснять Флавия. Она щёлкает по наручному компьютеру и разворачивает перед нами голографическую карту Полярной пустыни, на которой одна из точек перечёркнута крестом. — Найти её — та ещё задачка. Снаружи кажется крошечной постройкой, внутри которой невозможно разместить настолько сложный комплекс.

Проекция меняется: посреди зала вырастает старое занесённое льдом кладбище. Могилы в мёрзлой земле, семейные склепы. Голограмма фокусируется на одном из них — не зная броду, ни за что не заметишь, но если знать, куда смотреть, он сразу бросается в глаза. Круглый. Небольшой. Я прищуриваюсь, чтобы разглядеть детали. У самого основания вьётся еле заметная трещина, словно земля медленно раскалывается. Для Полярной пустыни дело вполне обычное.

— Этот ублюдок вырыл подземную лабораторию, — бросает Умбраль, тыча пальцем в изображение, — и обложил её своими инфернальными тварями. Может, ты, Лизара Рейвен, — он смакует фамилию с особым нажимом, подчеркивая, чьих она кровей, — соизволишь растолковать нам, какого чёрта они из себя представляют?

— Большая часть того, что я видела неподалёку, — мутировавшие животные.

Очередной взмах руки Флавии — и в воздухе зависают очертания монстров, которых я в жизни не встречал. Зловещие порождения мутаций, оцепившие лабораторию со всех сторон. А на заднем плане, когда Флавия масштабирует картинку, вырисовывается последняя фигура. Двуногая.

— А насчёт здоровяка что скажешь? — спрашивает Вентия, мерно барабаня пальцами по столешнице.

— Только то, что было в отчётах. — Судя по лицам остальных, я здесь единственный, кто понятия не имеет, о чём речь: мне-то эти секретные бумажки читать не доводилось. — Это ледяной дисформ десятой степени. Иными словами, он достиг финальной фазы мутации. Справиться с ним будет крайне сложно.

После этих слов Изз прикусывает губу и уставляется в пустоту, глубоко задумавшись — похоже, пытается выудить из памяти что-то ещё. Молчит. Голограмма дергается, показывая запись: эта самая тварь буквально разрывает на куски повстанцев. Изз резко отводит взгляд, и я вижу влажный блеск в её глазах. Я же продолжаю пялиться на экран, пытаясь оценить масштабы бедствия. Громадина. Вся башка в уродливых наростах, мышечная масса за гранью возможного. Запись гаснет, погружая столовую в полумрак.

— Если ты знаешь о нём так мало, как ты, блять, собралась его обойти? — рявкает Умбраль, вперив в неё тяжёлый взгляд.

— У меня есть план.

Очень надеюсь, что её гениальный план не включает в себя бой один на один с чудовищем, будто вылезшим прямиком из ночного кошмара. Я её одну не оставлю. Мы вместе размажем этого сторожевого ублюдка, кем бы он ни был, и закончим миссию.

— Придётся выражаться яснее, принцесска.

Изз испепеляет бойца взглядом, но унизительную кличку пропускает мимо ушей. Лишь вскидывает подбородок — её фирменный жест, от которого этот громила заводится ещё сильнее, — и чеканит ледяным тоном:

— Если я поделюсь деталями с вами, это поставит успех операции под угрозу.

— А если не поделишься, у меня появится повод проявить фантазию. — Он показательно хрустит костяшками пальцев. Я моментально делаю угрожающий шаг вперёд.

Однако Вентия перехватывает инициативу раньше, чем я успеваю открыть рот, — её ладонь упирается в грудь Умбраля.

— Осади, зверюга, — бросает она тоном, не терпящим возражений. — Лизара, я понимаю твою скрытность, но сейчас у нас общая цель. Мы с тобой в одной лодке. Расскажешь свой план — мы сможем прикрыть тебе спину.

— Я не хочу никого обидеть, но шансы на успех и так ничтожно малы. Если я впутаю вас, они станут нулевыми.

— И как, по-твоему, мы должны тебе верить? — взрывается Флавия.

— Довольно. Посмотрим, на что ты способна, — обрывает её Вентия.

— И всё? Вот так просто возьмём и поверим на слово? — подаёт голос Алверон, ероша волосы на затылке.

— Нет. Не просто. Доверие — это не подарок, это сделка. Мы прикроем тебя и твой план, каким бы безумным он ни был. Но взамен рассчитываем на полную отдачу и преданность.

— И молись, сука, чтобы это не оказалось подставой, — рычит Умбраль. — Предательство у нас стоит очень дорого. А на тебя, принцесска, до сих пор висит ориентировка. Твоему папаше глубоко плевать, в каком виде тебя доставят — живой или в мешке для трупов. А мне и подавно.

Одного взгляда Вентии хватает, чтобы боец заткнулся, но он продолжает буравить Изз взглядом, от которого у меня чешутся кулаки.

— Флавия и Катарина пойдут в лабораторию с тобой, — возвращается к делу лидер сопротивления. — Мы останемся в группе прикрытия…

— Я тоже иду, — твёрдо заявляю я.

— Ты тоже куда?

Алверон тяжело выдыхает; я ловлю его панический взгляд.

— Я тоже буду драться с этой тварью. Плечом к плечу с Изз.

— Надо же, красавчик, жить надоело? — Умбраль насмешливо цокает языком. — Совсем башку отбило.

— Я лунный добытчик. Я обучен ликвидировать подобные угрозы.

— Хер там плавал! Это тебе не…

— Хватит, — отсекает Вентия. — Умбраль, Октавиус и остальные держат периметр и зачищают мелких тварей вокруг склепа. Флавия и Катарина зайдут внутрь комплекса сразу, как только вы разберётесь с дисформом. — Она пристально смотрит на нас с Изз. — Но против гиганта вы стоите одни. Никто из моих бойцов вмешиваться не станет, даже если всё полетит к чертям собачьим.

От её ледяного спокойствия у меня перехватывает дыхание. Что же там за тварь такая, если целая банда вооружённых до зубов мятежников пасует перед ней? Я перевожу дыхание и с тревогой смотрю на Изз. Да, у неё невероятные способности и мутировавшая рука, но боевой подготовки — ноль. Я сам видел, как её парализует первобытный ужас. Понятия не имею, готова ли она к такой мясорубке. Но знаю одно наверняка: я её не брошу.

— Вы про меня случайно не забыли?.. — встревает Алверон, почёсывая висок.

— Ничуть. Ты обеспечиваешь техническую поддержку с базы, — остужает его пыл Флавия. — Мне придётся взломать систему безопасности лаборатории, а ты будешь моим персональным фаерволом.

— Я должен идти с ними.

— Нет. У тебя нет боевого опыта, а у Флавии есть. Ты нужен мне здесь — на случай, если всё накроется медным тазом, — безапелляционно заявляет Вентия.

К моему удивлению, Алверон покорно кивает и больше не спорит. Вслух я этого ни за что не признаю, но у меня прямо гора с плеч свалилась. Если тварь и правда настолько смертоносна, у Алверона против неё нет ни единого шанса.

— Выдвигаемся на глайдерах-мотоциклах. Старт через два часа. Задачи ясны. За работу, группа.

Мне нужно проверить экипировку: свой костюм и костюм Изз. Вентия уходит инструктировать бойцов. Я отступаю назад и смотрю на Изз. Она о чём-то вполголоса переговаривается с Катариной — вероятно, обсуждают химикаты, которые нужно синтезировать в лаборатории. На меня она даже не смотрит. То, во что я ввязался, перечёркивает первоначальный план к чертям. Мой приказ состоял в том, чтобы доставить её живой верховному комиссару. А теперь… теперь я готов пойти против всего мира, лишь бы защитить её.