Игры на выживание (ЛП), стр. 27
Они идут.
Они разрушат и разнесут все, что ты построил.
Паук теперь действительно дрожал. Все его тело участвовало в этом. Я почти видел, как волны прокатываются по нему. Казалось, он корчился и дергался в такт с ними. Глаза у него закатились, обнажив белые белки, зубы стиснуты, губы оттянуты назад. На подбородке у него были капельки слюны.
Они идут, и ты не сможешь их остановить.
Тогда я понял. Думаю, я понял. Я принимал сигнал, да, но только потому, что он исходил от паука. Каким-то образом, каким-то способом он улавливал сигнал - если это было именно оно - и тот отскакивал от его разума, отражался от него, а я улавливал его в полную силу. Он чувствовал опасность... но не мог точно определить ее местонахождение, как бы ни старался. А он действительно старался. Боже, как же он старался. На висках у него вздулись вены. Слюна текла из его рта. Глаза, как я уже говорил, закатились, и от напряжения выпучились, как вареные яйца.
Осторожно.
Все ближе и ближе.
Они идут.
И я уловил еще что-то, еще один сигнал: Мутанты. Осторожно.
Мутанты.
ПРЕЛЮДИЯ
Через несколько часов за мной пришел охранник. Паук исчез. Его уже давно не было. Я видел, как он ускользнул, словно избитая собака. Страх, витавший вокруг него, был настолько густым, что напоминал запах... кислый, отвратительный запах. Теперь он знал, что такое страх. Не только я. Не только те, кого он мучил, но и он сам. Он плавал в нем, тонул в нем, пытаясь дышать, пока страх заливал ему рот и наполнял горло. Не было ничего более удовлетворительного, чем поэтическая справедливость.
Охранник вошел и застал меня ухмыляющимся.
Он направил на меня свой М-16. - Чего, блядь, ты улыбаешься, мудак? Сегодня ночью тебя, наверное, отдадут зомби.
- И тебя тоже.
- Что это, блядь, значит?
Я улыбнулся. - Где твой босс?
- У него были другие дела.
- Нет, он прячется. Он прячется, потому что в ужасе, - сказал я ему, наслаждаясь ошеломленным выражением его глаз. - Видишь ли, пока мы были здесь, он играл со мной в психологические игры. Мучил меня и получал от этого удовольствие. Потом у него все рухнуло и сгорело дотла. Он уловил что-то своим разумом. Он все еще был связан со мной, так что я тоже это увидел, - я рассмеялся. - Тебе конец. Все до единого из вас умрут.
Он поднял винтовку, как будто хотел меня ею ударить. - У меня нет времени на твою херню, мудак...
- Тебе, блядь, лучше найти время. Твой босс напуган. Я видел то же, что и он. Они идут. Они убьют всех. Вот почему Паук в ужасе, понимаешь. Он знает, что они идут, но не знает, когда они прибудут и даже с какой стороны придут.
Охранник опустил винтовку. - Ты несешь чушь.
- Может быть, может быть. Но если я был на твоем месте, когда стемнеет, я бы пролез через забор и бежал бы со всех ног, потому что когда они прибудут, тут будет настоящая бойня, мой друг.
Он наполовину поверил мне. Думаю, моя уверенность в том, что грядет, в сочетании с тем, что я общался по каналам связи с его жутким начальником, заставила его задуматься. Может, я и несу чушь, но если нет? Мой охранник был именно тем типом человека, о котором Паук говорил мне - тем, кто вступил в ARM из-за страха.
Он действительно боялся.
- Что еще ты знаешь?
Теперь он был в моей власти. Надо было этим воспользоваться. Я не должен был выглядеть слишком взволнованным. - То, что я знаю, я заберу с собой в загон для зомби. Я умру, зная, что вы, придурки, тоже умрете.
- Слушай, ты, гребаный идиот. Я делаю тебе одолжение. Мне следовало бы разбить тебе башку за то, что ты так со мной разговариваешь.
- Так заплати мне
Это был рискованный ход, но я решил, что он того стоит. Он сразу же разозлился, но это длилось недолго. Страх одолел его. И это был самый ужасный из всех возможных страхов: страх перед неизвестным. Он колебался, борясь сам с собой. Я почти слышал его мысли. Зачем ты слушаешь эту херню? Всади этому ублюдку пулю в башку! Он не в том положении, чтобы торговаться! Он - ничто иное, как крыса, гребаная ползающая крыса! Всади в него пару пуль!
Да, я был почти уверен, что именно это он и думал, поэтому сказал: - Я бы этого не делал. Убьешь меня - займешь мое место в загоне. У "Паука" есть на меня планы. Я кое-что знаю. Ему нужен я живым. Если убьешь меня, тебе придется вместо меня вытерпеть всю эту психологическую пытку. Ты же не хочешь этого... правда?
Он снова замялся.
Слушать чушь от заключенного было совершенно против его натуры. Ему очень хотелось убить меня... но он боялся Паука. Боялся до смерти. А если я прав, и Паук выместит злость на нем?
- Чего ты хочешь?
- Со мной сюда привезли девушку.
- Сюда привозят много девушек.
Я вздохнул. - Ты знаешь, о ком я говорю.
- Да. Она в одной из женских клеток. Элена этим занимается. Я с женщинами не имею дела. Паук не позволяет никому из мужчин к ним прикасаться. Они идут в загон, как и все остальные, или их убивают.
- Робин еще жива?
- Да.
- Если ты вытащишь нас отсюда, ты сможешь это пережить, - сказал я. - Я видел это. Паук не смог, потому что у него в голове слишком много всякой чепухи. Они идут. Они скоро придут.
- Кто?
- Мутанты. Целая армия.
Это его остановило. Кровь отлила от его лица. - Когда?
- Не знаю, но скоро.
- Ты несешь чушь. Вперед.
- Я тебя предупредил, - сказал я ему.
Он вытолкнул меня за дверь и повел обратно к клетке. Он был зол на меня и на самого себя. Я напугал его. Я заставил его усомниться. Я дал ему повод спать с открытыми глазами.
Он был напуган.
Впрочем, я тоже.
ВЫБОР
Большая часть того, что я наговорил этому тупому охраннику, была полной чушью. Я просто прочитал его страхи и развил их. Может, у него и был пистолет, может, у него и были полномочия, но внутри он был напуган до смерти. Он панически боялся умереть. Часть того, что я ему сказал, была правдой: они действительно шли. Паук это почувствовал, и я это знал. Я пытался приукрасить ситуацию и вести себя так, будто знаю больше, чем на самом деле, чтобы вселить страх... но дело в том - и это было по-настоящему безумно - что я сам начинал в это верить. Они приближались. Мутанты. Да, все ближе и ближе. Я знал только это, но по мере того, как день подходил к концу, я почти мог ощутить их приближение, словно статическое электричество, накапливающееся в воздухе перед сильным штормом. К закату во мне зародилось странное предчувствие.
В клетке остался только один парень, с которым я когда-либо разговаривал. Его звали Гавлек. Он сидел в клетке столько же, сколько и Джиггс. У него была больная нога, и он едва мог стоять.
- Что ты знаешь о мутантах? - спросил я его.
- ARM их боится до смерти. Это я точно знаю. Они используют химическое оружие и нападают ночью.
Я почувствовал, как во рту пересохло. Так вот почему мой тупой охранник побледнел, когда я их упомянул. Вот почему все они носили противогазы на ремнях с сеткой. У меня сложилось впечатление, что мутанты - смертельные враги ARM и, конечно же, PHOBIC. Это было в их пользу, но если они будут применять химическое оружие, нам, заключенным, придется очень плохо - без какой-либо защиты.
Это было все, что Гавлек согласился сказать, словно само упоминание этого имени каким-то образом осквернило меня. Может, так и было. Я и так уже чувствовал себя оскверненным после встречи с Пауком, словно поднялся на более высокий уровень сознания. На самом деле это не так, но что-то, какое-то осознание, пробудилось во мне.
Не прошло и часа после захода солнца, как появился мой друг, этот тупой охранник, и пара его приятелей. Они остались снаружи, а он вошел. Он подошел ко мне так близко, что я почувствовал запах выпивки и табака в его дыхании, а также чеснока, который он, видимо, ел на ужин.