Игры на выживание (ЛП), стр. 25

Я поднялся на ноги.

- И ты питаешься кровью?

Он быстро рассмеялся. - Ты думаешь, я вампир? - Ему эта идея показалась забавной. - Все гораздо сложнее, чем кажется.

Я посмотрел на Донегала, паука, и он вызвал у меня отвращение. Абсолютное отвращение. В моих глазах он был пауком не только по имени, но и по сути... опухшим, мягкотелым паразитом, длинноногим и гротескным, сидящим верхом на паутине из человеческих жертв, которых он выпил досуха. Я хотел раздавить его. Растоптать его, пока из него не будет выжато все до последней капли. Он был отвратительным и мерзким. Глядя на него, я знал, что он чувствует мое отвращение, мою ненависть, мою потребность уничтожить его. Его образ стал размытым. Он все еще был там, но заставлял меня думать, что его нет. Галлюцинация. Это был еще один инструмент в его арсенале.

Он говорил, а я слушал. Проект "ФОБИК" начинался как секретная исследовательская программа с военным применением. Но сами "ФОБИКИ" - он указал, что их было сорок или пятьдесят - вскоре начали осознавать, что они и есть новый мировой порядок. Им было легко манипулировать людьми и событиями, особенно когда они объединяли свои умы и формировали так называемое "Сознание ФОБИК. - Они были очень могущественны. А затем... Пробуждение. Падение мировых правительств. Хаос. Беспорядок. ФОБИКИ, конечно же, были настолько высокомерны, что сама мысль о том, что они могут погибнуть вместе с остальной частью человеческого стада, была для них немыслимой.

Но выход был.

Это был экспериментальный и строго засекреченный проект, но у него был потенциал.

Его называли "X-Plasma": синтетическая кровь. Он отметил, что синтетическая кровь не была чем-то новым. Уже некоторое время проводились испытания таких препаратов, как "Полихем, - Оксиглобин, - Хемотек" и многих других. Фармацевтические компании вкладывали миллионы в их разработку. Это должно было стать передовым достижением биотехнологии: чистая кровь, свободная от любых инфекций и универсальная - ее можно было бы переливать любому человеку, независимо от группы крови. Дело в том, что пока корпорации суетились, пытаясь разработать свои препараты синтетической крови, она уже была доведена до совершенства. Министерство обороны предоставило DARPA - Агентству перспективных исследовательских проектов Министерства обороны - практически неограниченные ресурсы, и биомедицинские команды Армейского института медицинских исследований разработали функциональную синтетическую кровь из эмбриональных стволовых клеток: X-Plasma. У ФОБИКОВ кровь была полностью заменена на X-Plasma, что сделало их абсолютно невосприимчивыми к заражению некрофагами.

- Но все пошло не так, как ты думал?

- Не совсем.

То, чего он мне не рассказал, я увидел в его мыслях. Потому что, даже не осознавая этого, он в очередной раз установил со мной телепатическую связь. Клетки X-Plasma прекрасно транспортировали кислород, но со временем вызывали своего рода системную бактериальную инфекцию, заставлявшую иммунную систему удерживать железо. Нехватка железа приводила к дисбалансу ферментов, что вызывало редкую форму порфирии. Больным требовалось железо, а самым богатым его источником в природе была кровь. Считалось, что в средние века жертвы порфирии способствовали распространению фольклорных представлений о вампирах, поскольку нуждались в крови, были светочувствительны и не могли выходить на прямой солнечный свет. Болезнь окрашивала их кожу в желтый цвет, а зубы и ногти росли неестественным образом. Она также вызывала психоз, кровожадность и психические отклонения.

Я полностью верил в эту последнюю часть.

Разве это не ирония? "ФОБИК" - новые экстрасенсорные сверхлюди опустошенного мира - были ослаблены недостатком железа и в результате заразились этой странной болезнью, превратившей их в анемичных, пускающих слюни, невменяемых вампиров? Если это не было поэтической справедливостью, то я не знал, что ею является. Не то чтобы это мне как-то помогало. Они были сильны; я же по сравнению с ними был слаб. Они управляли "кровяными фермами, - а я был заключен в одной из них.

Я думал о тех телах, которые видел, повешенными в оружейной за пределами Уайт-Плейнс. И Паук тоже это знал.

- Это не было делом рук PHOBIC, - сказал он, - как и то несчастное существо, высасывающее твою кровь в Бронксе... которое, как я полагаю, ты затем убил.

Он утверждал, что, хотя сейчас насчитывается от сорока до пятидесяти активных членов "ФОБИК" (или "Кровавых лордов"), когда-то их было почти вдвое больше. Всем им переливали "X-плазму, - что вызвало вспышку порфирии в их организмах. Многие покончили с собой, но большинство сошло с ума. Даже их перепрограммированные мозги не смогли спасти их от безумия.

- Их до сих пор много, в основном в Нью-Йорке, - признал он. - Дикие, нечеловеческие существа, выслеживающие своих жертв.

Я не думал, что у него есть право судить своих сородичей: для меня они все были нечеловеческими. Нормальные люди не хотели порабощать мир из-за своих усиленных психических способностей и уж точно не сажали людей на "кровяные фермы, - чтобы элитарные монстры высасывали из них кровь. И все же... вспомнив ту вампиршу из Бронкса, я мог представить их там: существа, избегающие солнечного света, спящие под кучами мусора в переулках, прячущиеся от дневного света в подвалах, канализации и туннелях метро - безумные маньяки, движимые жаждой крови. Это было страшно.

- Так почему я здесь? Что Кровавые Лорды хотят от меня, помимо очевидного?

Я заметил, что ему не нравится обозначение "Кровавый лорд. - У меня сложилось впечатление, что его и его соратников так назвали в ARM, и это слово употреблялось в уничижительном смысле.

Он проигнорировал мой вопрос. - Ты хочешь узнать о Робин, Робин Ардуччо, - сказал он. - Тебя интересует, жива ли она. Попала ли она в клетки, как и ты.

- А она попала?

- Да. Она здесь. Она с нами. Пока что ее не трогали, не причиняли вреда. Она может остаться в таком состоянии, если ты будешь сотрудничать, а может быть сломлена. Ее можно подключить, как они говорят, или отдать зомби. Или я могу лишить ее разума и оставить дрожащей в темноте, как испуганную врожденную идиотку.

- Не причиняй ей вреда. Ей и так пришлось многое пережить.

- Сотрудничай.

- А как насчет того, чтобы отпустить нас обоих? Мы не представляем для тебя угрозы, - попытался я, зная, что это безнадежно. - Мы ни в коем случае не можем причинить тебе вреда.

- Тебе бы это понравилось, не так ли? Бегать на свободе, как дикие звери, овладеть ею и излиться в нее?

- Она же просто ребенок!

- Можешь взять ее. Я прикажу доставить ее тебе - обнаженную и готовую к соитию.

Я пытался взять себя в руки. Я дожил до сих пор благодаря хитрости, удаче и немалому количеству насилия. Но с этим парнем это мне не помогло бы. Он знал, как задеть меня за живое, и делал это безжалостно. Думаю, если бы он мог полностью овладеть моим разумом, он бы это сделал. Однако его способности не были развиты до такой степени. Он мог сильно усложнить мне жизнь, но я не думал, что он сможет заставить меня сделать то, чего я не хочу.

- Ты мне нравишься, Стив, - сказал он. - Правда нравишься. Большинство идиотов в ARM поступают так из-за страха - страха смерти, страха одиночества, страха перед мертвыми, страха передо мной... Их мотивация в основном эгоистична. А ты другой. Ты веришь, что поступаешь этично и морально, что делаешь свой выбор из верности друзьям.

- Я не просто верю в это. Я знаю это.

Он делал все, что мог, чтобы оскорбить мои основные ценности, но я оставался невозмутимым. Мораль, этика и верность не были для меня чем-то плохим. Наряду с любовью, состраданием и терпимостью именно они скрепляли продуктивное общество. Паук не мог этого понять. Он прочесал мои мысли, указывая на эпизоды, такие как тот, когда я убил того парня, чтобы заполучить его грузовик, в качестве примера того, что моя этика и мораль - дело выгоды. Может, он был прав. Отчасти. Выживание все-таки оставалось выживанием.