Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 50

Первые секунды ничего не происходило.

А потом паутина зашевелилась.

Снаружи по балкам застучали лапы. Один паук вылез из-под пола, второй сорвался с потолка и повис на нити, третий показался за разбитой панелью. Они не бросились сразу. Твари метались перед огнём, щёлкали жвалами и искали путь к тем, кто посмел тревожить их гнездо.

— Ополченцы, линия! — приказал Леонид.

Мы вышли на мост. Щиты сомкнулись, копья легли поверх краёв. Позади звякнули баллоны: огнемётчики отступали на свои позиции. Стас спрятался за стрелками так старательно, что его стало не видно.

— Шаг!

Строй двинулся вперёд.

Первый паук перескочил через полосу огня. Он ударил в щит Бориса всеми передними лапами. Здоровяк отлетел на полшага, но не упал. Его край щита упёрся в мой, и часть удара пришлась мне в плечо.

— Держу! Слева!

Я увидел вторую тварь, бегущую вдоль разбитого остекления. Короткое копьё само нашло правильный угол. Наконечник вошёл между пластинами хитина, паук рванулся в сторону и потащил древко. Я не стал цепляться, ослабил хват, вернул оружие и снова спрятался за щитом, как учила Наталья.

— Центр! — крикнул Леонид.

Два паука навалились на Геннадия. Рыбак расставил ноги и врос в мост, не позволяя центру строя прогнуться. Илья дёрнулся вправо, собираясь уклониться, но вовремя остановился. Его щит остался рядом с геннадиевским. Сева ударил через образовавшийся просвет и тут же вернул копьё обратно, не дав твари его схватить жвалами.

Сзади хлопнула «Сайга». Заряд ударил в тварь перед Борисом, сорвал кусок панциря и заставил её подняться. Борис ткнул снизу. Моё копьё вошло рядом. Паук обмяк и сполз по щиту, оставив на фанере тёмную слизь что была у них вместо крови.

— Не добивать! Шаг!

Хотелось убедиться, что тварь не поднимется. Навык подсказывал подходящий укол, но приказ был другим. Я переступил через дёргающуюся лапу вместе со всеми. Егор выстрелил ещё раз, уже когда паук оказался за линией.

Мы продвинулись метров на пять.

Пауки полезли из-под моста, цепляясь за настил и протискиваясь между балками. Их было не так много, как в самых худших моих фантазиях, но каждая тварь двигалась быстрее собаки.

— Справа! — предупредил Сева. — Двое снизу!

— Правый край держит! Фёдор, работай!

СКС грохнул над плечом Севы. Первый паук сорвался обратно за край. Второй успел зацепиться за щит и потянул ополченца наружу. Сева вжал локоть в ремни, Илья навалился плечом на его щит, а Геннадий не позволил центру сместиться.

Перед нами снова появился паук. Жвала ударили по окантовке, тварь дёрнула щит и отвела моё копьё лапой. Знание требовало уколоть под основание жвала, но тело запаздовало. Наконечник скользнул по панцирю, лапа хлестнула по руке, и пальцы онемели.

— Андрей, ниже! — крикнул Борис.

Он ударил сбоку. Паук повернулся, открывая мягкую складку. На этот раз я попал. Тварь шарахнулась назад, и Егор добил её одиночным выстрелом.

Щиты уже не казались такими уж лёгкими. Ремни впивались в предплечья, ноги скользили по обгоревшей паутине. Мы прошли только четверть моста.

Над нами быстро застучало.

— Верх! — успел крикнуть Сева.

Паук проскочил по потолочной балке над копьями и прыгнул за строй. Леонид сбил его второй короткой очередью. Тварь врезалась в стену и упала между Павлом и Егором, где получила выстрел почти в упор.

— Назад не смотреть! — заорал Леонид нам. — Вперёд смотрим!

Я развернулся обратно как раз вовремя. Паук ударил в щит Ильи, зацепился лапами за верхний край и рванул. Фокусник вскрикнул. Один ремень лопнул, щит ушёл вперёд вместе с рукой, и Илью потащило из строя.

Борис ухватил фокусника за куртку и дёрнул назад. Я закрыл разрыв щитом, а Геннадий сместился навстречу.

— Не отпускай! — рявкнул Борис.

Илья выдернул руку из порванного ремня. Паук получил его щит, но это было всё, чем он мог гордиться. Тварь отскочила с добычей и тут же попала под выстрел Фёдора.

— Запасной! — приказал Леонид.

Павел подтолкнул запасной щит. Илья подхватил его и вернулся на позицию. Он тяжело дышал, но больше не пытался уклониться.

Из густой паутины впереди показалось сразу пять тварей. Две шли по полу, остальные двигались по стенам и внешним балкам. Продолжать в том же духе означало позволить им навалиться одновременно.

Леонид оценил расстановку.

— Павел, левый край. Руслан, потолок. По моей команде! Ополченцы, приготовились к рывку.

Павел дал короткий выброс вдоль разбитого остекления, Руслан прожёг ком паутины над центральной балкой. Огонь отрезал двух пауков и заставил остальных шарахнуться в стороны.

— Вперёд!

Мы почти побежали, не размыкая линию. Борис предупреждал о движении слева, Геннадий задавал темп, Илья держал просвет, а Сева только называл цели.

Один раненый паук оказался у моих ног. Я мог ударить в раскрытое брюхо, но впереди линия уже сдвигалась. Вместо добивания просто переступил через тварь сохраняя свое положение рядом с Борисом. Сзади хлопнул выстрел — стрелки закончили начатое.

Мы достигли середины моста.

Ветер ударил через разбитые панели. На мгновение я почувствовал пустоту под ногами и едва не сбился. Кукольный Каин упёрся в рёбра, напоминая, что чудо пока сводилось к способности не смотреть вниз.

— Линия! — крикнул Леонид.

Я вернул щит на место.

Последняя часть перехода была затянута паутиной сильнее первой. Руслан посмотрел на манометр и покачал головой.

— У меня меньше половины.

— Хватит, — ответил Леонид. — Два коротких. Остальное назад.

В рации на его поясе спорили о занятых узлах и требовали дополнительное время. Леонид убавил громкость.

— Сейчас дожимаем. Стрелки — верхние балки. Огонь — полоса до двери. Ополченцы — три шага, остановка, принять удар. Повторяем до выхода.

Павел и Руслан подожгли проход. Паутина вспыхнула почти до самой башни. Из белых коконов посыпались мелкие пауки, но большая часть сгорела или разбежалась. Рабочие особи рванули на нас, спасаясь от огня.

Первый удар прогнул строй. Щит Бориса треснул, у Геннадия лопнул ремень, Илья получил лапой по каске. Мы удержались и одновременно ударили копьями. Стрелки добивали тварей, зацепившихся за щиты.

— Ни шагу назад! — приказал Леонид. — Удар! Три шага в перед!

Мы двинулись. Потом снова остановились и приняли атаку. Паук ударил меня в плечо, другой скользнул по щиту и упал под ноги. Я наступил на лапу, едва не рухнул, но Геннадий упёрся в меня своим плечом и удержал.

— Не спеши, Андрей! Ровно!

На следующей остановке я уже держал темп. Укол, вернуть оружие, закрыть соседа. Системное знание наконец совпало с ритмом тела, и я наконец перестал обдумывать каждое движение рук.

Дверь башни приближалась. Стас уже держался за Фёдора, чтобы не отстать. Леонид первым добрался до панели и рванул створку. Она поддалась не сразу. Егор помог, и тяжёлая дверь ушла в сторону.

— Внутрь! Стрелки и техник — первые! Огнемёты! Ополченцы отходят по одному!

Стас исчез в коридоре, за ним стрелки. Огнемётчики прикрыли дверь, а мы начали отходить, не поворачиваясь к мосту спиной. Первыми ушли Сева, Илья и Геннадий.

Перед Борисом снова появился паук. Его щит окончательно треснул. Я ткнул тварь в переднюю лапу, отвлекая, Борис шагнул за дверь и тут же развернулся, протягивая мне руку.

— Давай!

Я отступил. Паук бросился следом, но Леонид выпустил короткую очередь поверх моего плеча. Тварь отшатнулась. Борис ухватил меня за разгрузку и втащил в коридор.

Павел захлопнул створку. Фёдор и Егор вместе задвинули в скобы тяжёлую металлическую скобу. С другой стороны почти сразу ударили. Дверь содрогнулась, но выдержала.

Мы стояли, согнувшись и пытаясь отдышаться. Руки дрожали, под курткой всё было мокрым. Мой щит покрылся трещинами, Борис прижимал к боку руку, Илья ощупывал каску, Геннадий связывал ремень.

— Все здесь? — спросил Леонид.

— Ополченцы пять, — отозвался Сева.