Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 23

Телевизор на стене тоже никто и не подумал снимать.

Под ним расположился таз с замоченными носками.

На дизайнерской деревянной перегородке сушились ещё шмотки.

На стене маркером было написано:

ДУШ — 5 МИНУТ.

Ниже другой рукой:

НЕ ДРОЧИТЬ. ВОДА ОБЩАЯ.

Ещё ниже кто-то добавил:

А МНЕ ЧТО, В РАКОВИНУ⁈

Культурный центр нового человечества, не иначе.

Возле кроватей были приклеены бумажки с обозначениями: 3–1, 3–2, 3–3. Судя по количеству народа, здесь одновременно жило несколько пятёрок. Люди сидели на кроватях, кто-то играл в карты, двое чинили одежду, ещё один мужик спал, наплевав на весь шум, что создавали игроки, натянув на голову подушку.

— Новенький?

Я повернулся.

Передо мной стоял парень примерно моего возраста, может, на пару лет старше. Высокий настолько, что мне пришлось немного задрать голову, и при этом тощий до какой-то медицинской неприличности. Узкие плечи, тонкие руки, длинные пальцы. Если поставить нас рядом, можно было проводить наглядное занятие по теме «разнообразие человеческого телосложения».

Я посмотрел на него.

Потом на себя.

«Если нас вместе взвесить, то разделенная на два масса как раз и будет соответствовать весу нормального человека».

— Похоже на то. — Всё же сказал я, перестав разглядывать собеседника, а то уже как-то неприлично.

— Сева. — с широченной улыбкой сказал он и протянул руку.

— Андрей.

Рукопожатие оказалось неожиданно крепким.

— Три-три? — всё так же продолжая улыбаться, спросил он.

— Ага. Мне что-то такое сказали.

— Значит, к нам. Вон верхняя свободная.

Он показал на кровать возле заколоченного окна.

— Нижняя занята, но Степаныч сейчас на работах. Вещи можешь пока под кровать кинуть.

Я посмотрел на себя.

— Отличный совет. Особенно учитывая, что все мои вещи кто-то уже куда-то запасливо притырил.

Сев усмехнулся краешками губ.

— Тоже сказали, что на склад положили? — понимающе спросил он.

— Ага. Говорят, на учёте, — бросил я, особенно скептически выделив последнее слово.

— Тогда забей. Если что-то не нужное то потом вернут.

— А если нужное? — спросил я, прекрасно зная ответ.

— Ну тогда забудь, — сказал мой новый знакомый и показал средний палец куда-то наверх. — Нужное на то и нужное, что всем надо. А этой гэбне и подавно.

Вот впервые за весь день человек сказал что-то действительно полезное.

Сева показал, где общая вода, где туалет и в какой из соединённых квартир можно умыться. Потом мы уселись на край нижней койки, потому что мне после недавнего отравления всё ещё не слишком хотелось заниматься альпинизмом.

Несколько секунд он изучал меня.

— А класс у тебя какой?

— Хикикомори. — не думая скрывать, ответил честно.

Сева моргнул.

— Серьёзно? — даже встрепенулся он.

— К сожалению, да. — произнес я наигранно удрученно.

— Круто, — с искренним восторгом заявил он.

— Ты первый человек, который так отреагировал. — От его яркой реакции мне даже как-то легче на душе стало.

— А что умеешь?

— Сидеть дома.

Он засмеялся.

— Нет, серьёзно.

— А и я серьёзно.

— Тогда вообще уважаемо. — осклабился Сева и показал мне два оттопыренных пальца, только теперь это были не средние, а большие.

Теперь уже я посмотрел на него вопросительно.

— А ты?

Сева немного выпрямился.

— Варгеймер.

— Чего?

— Варгеймер. Ну… настольные игры. Миниатюры, армии, кубики, Слава Императору. Я до всего этого в сороковник играл.

— В Warhammer?

На его лице мгновенно появилось выражение человека, встретившего родственника в чужой стране.

— Шаришь?

— В общих чертах.

— Я Караул Смерти собирал.

Сева полез под кровать и достал оттуда небольшой пластиковый чемоданчик. Открыл его очень бережно, словно внутри лежали не кусочки полимера, а семейные драгоценности.

И там действительно были фигурки.

Небольшие космодесантники в чёрной броне. Некоторые покрашены так аккуратно, что были будто живые, когда остальные были лишь загрунтованы и только ждали, когда до них дойдёт рука мастера. У нескольких выделялись наплечники с геральдикой разных орденов.

— И что твой класс делает? — с нескрываемым уважением спросил я.

Сева достал одну фигурку и поставил себе на ладонь. А его лицо будто поменялось до неузнаваемости.

— Астартес, встать в строй, — отдал команду этот доходяга таким тоном, что у меня самого чуть позвоночник струной не вытянулся, а башка не протаранила верхнюю койку.

Напрягшись всем телом, я сдержал этот порыв, а в голове будто сам собой вспыхнул образ куклы Маши, и даже как-то отпустило.

— Спасибо, Мария, — непослушными губами прошептал я, но Сева даже не улыбнулся, он неотрывно смотрел на своего солдати… солдата.

Я тоже застыл от новой волны шока, ведь миниатюрный космодес ожил.

Фигурка сделала несколько шагов по ладони, остановилась возле большого пальца и повернула к Севе крошечный шлем.

— Ох-ре-неть. — помимо воли прошептал я.

— Ага, — снова став самим «собой», с привычной уже широкой улыбкой сказал он.

— И? — ожидая продолжения, уточнил я.

— И всё.

Я посмотрел на него.

Потом на фигурку.

— В смысле?

— В прямом. Они оживают и выполняют мои команды. Могут бегать, лазать, таскать что-нибудь мелкое. Если место безопасное, можно послать посмотреть за угол. Только это всё ещё пластиковые солдатики размером с палец.

Космодесантник на ладони Севы повернулся ко мне.

— Попробуй сказать ему что-нибудь.

— Слава Императору! — сказал, сотворив ладонями аквилу.

Фигурка подняла оружие.

Сева заржал.

Я тоже не удержался, сбрасывая непонятное напряжение, что навеял на меня этот комнатный комиссар.

— Не, ну подожди. Это же потенциально полезно.

— Конечно. Особенно если на нас нападёт армия муравьёв.

Он приказал фигурке вернуться, аккуратно положил её в коробку и спрятал контейнер обратно.

Впервые за последние сутки мне стало почти нормально.

Не хорошо.

Но нормально.

Вокруг всё ещё была чужая квартира, на шее висела невидимая системная удавка, а мой ключ лежал в местных закромах. Зато рядом сидел долговязый фанат пластиковых космодесантников с классом, который сама Система решила превратить в издевательство.

Наконец-то человек моего уровня везения.

— А это что за номера? — спросил я, кивнув на бумажки возле кроватей.

— Пятёрки. — бросил он, укладывая своего бойца обратно на положенное место подле побратимов.

— А почему группы именно по пять человек? — переключившись на новую тему, продолжил я свои расспросы.

Сева пожал плечами.

— А хер его знает. Так тут заведено. — сказал и снова вскинул правую руку с факом в потолок.

— Очень содержательно.

— Я тут не министр внутренних дел.

Он понизил голос:

— Интересно другое. Не все пятерки в одинаковом положении. Первые вообще отдельно живут.

— Первые кто? — потеряв волну его повествования, спросил я.

— Первый отряд. Там только самые послушные. — продолжил он таким тоном, будто заговор мне раскрывал.

— А второй? — спросил, подыгрывая этому увлеченному человеку.

Сева поморщился.

— А вот во второй лучше не попадать.

— Почему?

— А хер их разберет. Просто знаю, что это какие-то черти и там им и место.

Я посмотрел на него.

— Прекрасно. «Дальше скажут», «потом», «так заведено». У вас здесь прямо культ исчерпывающих ответов.

— Через пару дней привыкнешь. — махнул он рукой и вновь улыбнулся, явно выбросив из головы тревожащие мысли… А, нет, опять фак в верх показал.

В этот момент в дальнем конце комнаты мелькнул небольшой мужичок. Невысокий, сухой, с острым лицом и слишком живыми глазами. Он вроде бы просто шёл к выходу, но по дороге умудрился посмотреть на нас, на играющих в карты, на мужика возле окна и ещё зачем-то заглянуть в соседнюю комнату.