Пустой (ЛП), стр. 56

Я поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина пытается помочь женщина встать. Но он замер, когда следом из леса выбежали трое фэйцев. Стоило мне разглядеть их главаря, как все мышцы в моем теле окаменели, а кровь вспыхнула от чистой ненависти.

Айласис Беллаторн был одет в темно-синий плащ. Волосы у него на макушке были гладко зачесаны, а резкие черты лица казались как всегда одновременно и жестокими, и красивыми. В руках у него не было оружия, в отличие от двух его сопровождающих. У фэец держал поднятый лук, а фэйка — обоюдоострый топор.

Я знал их обоих. Кудрявого, черноволосого Бенсона Роука и Джедину Кейлхайв с глазами цвета аквамарина и коротко остриженными белыми волосами. То были двое любимчиков Айласиса, всегда готовых на самую грязную работу. Именно они тащили меня во внутренний двор утром перед казнью моих родных, они же их пытали. И каким-то образом им удалось не пострадать в бойне, что я тогда устроил.

Фэррис брыкалась подо мной, пока я чувствовал горечь на языке и погружался в жажду отомстить. Мне так сильно хотелось увидеть эту троицу мертвыми, что я будто весь горел изнутри.

Злобно глядя на Айласиса, я стиснув зубы обдумывал собственные варианты. Я до боли желал пронзить его мечом и посмотреть, как он медленно умирает от моей руки. Но Айласис мог назвать меня по имени до того, как я его убью, и таким образом выдать меня Фэррис, раскрыть отвратительную правду о том, кем я был.

Я не мог ее потерять. По крайней мере, не сейчас. И что еще хуже, вдруг бы у меня ничего не вышло, и она оказалась бы в их руках?

В конце концов, их было трое, и Айласис считался самым опасным и опытным воином Ривенспайра. И хотя я знал, что могу его победить, оставался и шанс провала. А если я не буду защищать Фэррис, она может не спастись от него. Я ни в коем случае не мог рисковать ее жизнью.

Так что, хотя все инстинкты и требовали, чтобы я поступил иначе, я оставался на месте и скрипя зубами боролся с желанием прямо сейчас пойти мстить. У меня еще будет шанс. Великая Охота еще не закончилась.

Мужчина, которого Фэррис назвала Брайаном, побежал к деревьям, но Бенсон выпустил еще одну стрелу. Она вонзилась человеку в горло, и он тут же упал на пол, подняв ворох сухих листьев. Бенсон подбежал к нему, добил коротким кинжалом и перевернул, чтобы осмотреть шею.

Фэррис душераздирающе вскрикнула в мою ладонь, со слезами наблюдая за гибелью людей. Я же знал то, что ей было неведомо. Смерть пришла за ними еще до того, как они выбежали на поляну. От ее зова не было спасения. Я провел достаточно времени в компании этого духа, чтобы запомнить: если она приняла решение, то от судьбы уже не уйти. Но судя по злобному взгляду, которым меня окинула Фэррис и слезам ярости в ее глазах, она не собиралась этого понимать, даже если я все объясню.

— Амулетов нет, — разочарованно крикнул Айласису Бенсон.

— А у этой? — Айласис дернул подбородком в сторону женщины, которая ползла к берегу ручья, пытаясь встать на ноги в скользкой грязи.

Фэррис дергалась подо мной, но я по-прежнему прижимал ее к земле, крепко зажав рот ладонью. В ее взгляде я видел закипающую ненависть ко мне. Все, что как я надеялся, она начинала во мне видеть, сгорало от этого. Но я не давал ей встать. А еще я не пришел на помощь ползущей по берегу женщине, которой оставалось жить пару минут. Все уже было решено. Смерть наблюдала за ней из тени, склонив ко мне скрытую под тяжелым капюшоном голову.

— Я выясню, что у нее есть для вас, милорд, — Джедина покорно поклонилась Айласису и направилась к женщине легкой поступью, совсем не сочетавшейся с мощным взмахом топора.

Фэррис вздрогнула подо мной, глядя, как умирает Эстер, а Джедина заглянула ей под воротник в поисках амулетов.

— Один есть! — вскрикнула Джедина.

Айласис подошел к телу женщины. Как всегда, смерть человека не вызвала в нем никаких эмоций. Опустив уголки рта, он наклонился и сорвал с шеи Эстер амулет.

— Это было несправедливо, Джедина, — протянул Бенсон, возвращаясь к остальным. — Я отметил ее своей стрелой. Ее смерть принадлежала мне.

— Это не так работает, Бенсон, — Джедина бросила на него суровый взгляд, и Бенсон что-то неразборчиво пробормотал в ответ.

Айласис же все внимание обратил на амулет, повесил себе его на шею и вздохнул, когда дух соединился с ним.

— Какой это дух, милорд? — с любопытством спросил Бенсон.

— Крыса, — ответил Айласис, пряча амулет под воротник, за которым блестели еще несколько.

При виде этого у меня задергалась жилка на челюсти. У него было два гребаных амулета, и он использовал своих воинов, чтобы избавляться от других Чемпионов и так обойти запрет на убийство. Мне не стоило ждать ничего другого от жестокого, кровожадного Лорда Защитника. Ублюдок всегда был коварным и вечно действовал исподтишка, подстраивал ловушки и обманывал, чтобы достичь своих целей.

— Куда дальше, милорд? — спросила Джедина, вытирая лезвие топора о кустарник.

— Женщина, с которой они шли, побежала на юг, оставив их примерно милю назад. Так что и мы отправимся на юг, — мрачно ответил Айласис. — После того, как расправимся с этими жалкими существами и заберем у них амулеты, можно будет переключиться на более достойных противников.

— Даже принцессу Драву? — неуверенно прошипел Бенсон, и я навострил уши.

Значит, я был прав и моя тетя отправилась на Охоту. Но ведь Лорд Защитник не пойдет против королевской особы?

— Если нужно будет забрать у нее амулет, мы вынудим его отдать, — многозначительно проговорил Айласис. — Королева Соршана приказала нам снять проклятие и забрать награду от ее имени. Так мы и поступим.

— Да, милорд, — хором ответили Бенсон и Джедина.

Судя по тому, что я слышал, Драва была следующей претенденткой на трон и соперницей Соршаны. Неудивительно, что она решила отправиться в это жуткое место. Если она сможет разрушить проклятие леса, это завоюет симпатию большого количества фэйцев. Возможно, Драва хотела свергнуть королеву. Это был храбрый ход. Точно так же в прошлом поступил я сам…

Айласис пошел прочь по поляне, держа направление на юг, а двое ручных шавок шли за ним по пятам. Выждав несколько мгновений, я убрал ладонь со рта Фэррис и слез с нее.

— Как ты мог? — выплюнула она, вскакивая на ноги и пятясь прочь от меня.

Ее рука скользнула к карману, в котором лежала рогатка. Но видимо, моя смертная еще до конца не пришла в чувства, потому что так и не достала оружие.

Я вздохнул. Мне совсем не нравилась ярость в ее взгляде, и я сожалел, что мы не пошли другим путем, тем, на котором нам не пришлось бы наблюдать за всем этим насилием. Теперь Фэррис лишний раз вспомнила обо всех причинах, из-за которых ненавидела мой народ, а меня так радовали моменты, когда она забывала о них рядом со мной.

— Смерть уже смотрела на них из тени, светлокрылая. Она уже избрала для них этот момент. Ни ты, ни я не смогли бы этого остановить. И хотя я очень желал бы увидеть, как голова этого мерзавца отлетает от тела, я не смог бы сражаться и с ним, и с двумя его прихвостнями. Все трое — бывалые воины, для меня стало бы большим испытанием даже найти момент, когда я смог бы от них избавиться. Я мог бы заплатить за него твоей гибелью. Так что нет, я не бросился мстить за двух незнакомцев, чья судьба уже была решена, потому что я не собираюсь рисковать тобой вообще никак, и уж точно не ради изначально провальной задачи.

Фэррис побледнела от того, как я описал только что увиденную нами ситуацию. В ее глазах все еще блестели злые слезы, фиолетовое пламя ее взгляда полыхало с невиданной яростью и магией. Амулет Дракона приподнялся над ее грудью, сияя призрачным бирюзовым оттенком, серебристые волосы покачивались на ветру, которого я не чувствовал.

Затаив дыхание, я ждал, что дух вырвется наружу в любой момент, и тогда, конечно, Айласис и его шестерки мгновенно вернутся. И может, если бы они это сделали, то так бы и погибли в пасти Дракона.

Но сияние исчезло так же быстро, как появилось. Фэррис больше не смогла сдерживать слезы, и они брызнули у нее из глаз, потекли по щекам. Она согнулась под весом сказанной мной правды, одновременно принимая ее и ненавидя меня.