Пустой (ЛП), стр. 48

«Никто не сможет силой заставить меня подчиниться».

Я поморщилась от того, что эти слова прозвучали прямо у меня в голове, полные такой силы, что в сердце вспыхнула боль.

Снова раздался грохот.

Дракон углубился в замок, яростно круша все на своем пути.

Хендрикс рывком поднял меня на ноги, и я вцепилась в его руку, глядя, как в окнах прекрасного замка вспыхивает огонь, а в воздухе кружатся обломки от пробитых стен.

— Надо убираться отсюда, — рявкнул Хендрикс, потащив меня прочь из замка.

Казалось, здание рухнет в любой момент. Кирпичи и черепица осыпались с падающих стен, будто лавина, быстро набирающая скорость.

Я позволила ему тащить себя, отупев перед лицом такого бессмысленного разрушения, но когда под подошвой сапога хрустнуло стекло, недавно бывшее крышей оранжереи, я вдруг замерла.

— В чем дело? — спросил Хендрикс, когда я попыталась вырваться из его хватки.

Я помчалась бегом, не обращая внимания на продолжавшего сеять хаос Дракона и громких криков фэйского ублюдка, зовущего вернуться к нему.

Я пробиралась сквозь изломанные, уничтоженные растения, чувствуя, как под сапогами хрустят обломки. Мне было не оторвать взгляда от небольшого деревянного навеса, который я сделала в своем убежище.

Хендрикс поймал меня как раз в тот момент, когда я нырнула под чудом уцелевшую крышу. Его пальцы сомкнулись у меня на запястье как раз в тот момент, когда я схватила с кресла, которое считала своим, сумку.

— Что может быть настолько важным, чтобы рисковать жизнью, светлокрылая?! — проорал он.

— Мои книги, — ответила я, защищаясь и прижимая вещи к груди так, будто он мог их отобрать, будь на то его воля.

— Дура, — рявкнул он, когда раскат грома разорвал воздух надвое, и весь замок застонал в агонии.

Я не стала возражать, лишь побежала следом, когда он потянул меня прочь.

Пока мы бежали по лесу сквозь разразившуюся бурю, я оглянулась и вытаращив глаза посмотрела на разрушенный, пылающий, осыпающийся замок. Из развалин раздался оглушительный рев. Я вскрикнула, когда показался Дракон. Из его пасти вырывались молнии, каждое движение казалось наполненным яростью. Замок внизу лежал в руинах под силой его гнева.

«Больше не пытайся контролировать меня, Фэррис! Иначе тебя постигнет судьба этого несчастного строения».

— Хендрикс! — в ужасе завопила я, когда Дракон понесся к нам.

Фэйский воин обернулся, вытаскивая меч. Он был готов вступить в бой, который мы были обречены проиграть.

Но прежде, чем Дракон успел напасть, он растворился, став потоком серебряного дыма, который на скорости помчался к нам.

Дымка ворвалась в амулет с такой силой, что сшибла меня с ног. Я упала спиной в грязь так резко, что у меня вышибло весь воздух из легких.

В голове пронеслась жуткая, заунывная песня, а следом пришла темнота, и в ту короткую секунду, что растянулась прежде, чем меня поглотило небытие, я чувствовала лишь чистый ужас.

Глава 22. Хендрикс

Я рассчитывал, что к этому моменту моя смертная очнется, но она по-прежнему не приходила в сознание. Мое терпение лопнуло спустя час пути с ней на руках и без возможности прорубать себе дорогу через лес. Тогда я отрубил несколько лиан с дерева и привязал Фэррис к своей спине. Ее голова лежала у меня на плече, дыхание касалось шеи, давая понять, что она все еще жива.

Я вытащил из спины осколки стекла, ранившие меня, когда Дракон разрушил оранжерею, но эти царапины скоро заживут. Боль от того, что Фэррис прижималась к порезам, была куда приятнее, чем необходимость пробираться через лес без клинка. Так что теперь, с мечом в одной руке и сумкой смертной в другой, я куда быстрее удалялся от замка.

Дракон устроил такой хаос, что все вокруг точно поспешат посмотреть, что случилось, так что я решил, что будет лучше побыстрее уйти. Мне хотелось подольше сохранить в тайне свое пребывание здесь, а сведения о том, что Фэррис заполучила Дракона нужно было скрывать как можно тщательнее.

Споткнувшись ногой о корень, я ругаясь полетел вперед. Я мог бы поклясться, что сегодня лес был полон нечисти, сильно осложняющей мой путь. Мои руки были все исцарапаны, в то время как Фэррис каким-то образом совершенно не пострадала от кустарника, через который я прорубал дорогу.

Я заметил, как лес расступался перед ней, и сам Дракон отметил ее серебристыми волосами. Я не был дураком. В этой смертной скрывалось нечто большее, чем было видно на первый взгляд. Я прочел это в ее глазах еще при первой встрече, а теперь поведение леса это только доказывало. От этого мне еще сильнее хотелось узнать, зачем она пришла сюда.

Что существо вроде нее могло желать от проклятых деревьев? Что могло заставить ее рискнуть и без того хрупкой жизнью?

Будто чтобы еще больше усложнить мне путь, буря не стихала с того момента, как мы убежали из замка, а дождь полил еще сильнее. Я едва мог разглядеть собственные руки, когда пошел по залитой грязью звериной тропе на крутом обрыве, чуть не упав в каменистую пропасть. Вместо этого я перепрыгнул через нее и начал взбираться по холму, не обращая внимания на размокшую от воды грязь и шипастый кустарник. Лес насмехался надо мной, подсовывая всевозможные ловушки, но я лишь скрипел зубами, не собираясь сдаваться.

Оказавшись на вершине холма я нашел благословение в виде пещеры. Поспешно войдя внутрь, я откинул с лица сырые волосы, рыча от разочарования.

Я был охренеть как уверен, что если мы останемся тут на ночь, лес нападет на нас. Но день подходил к концу, а я не мог бесконечно идти без какого-либо плана. Так мы никуда не придем.

Фэррис промурлыкала что-то бессвязное мне в ухо, и я облегченно выдохнул. Моя смертная собиралась очнуться.

Я отвязал ее от спины, и она покачнулась, ударяясь ногами о землю. Я тут же подхватил ее за талию, чтобы не дать упасть. Ее ладони скользнули по моей груди, и она подняла на меня полный недоумения взгляд.

— Что случилось?

— А что не случилось? — вздохнул я.

— Хендрикс, — настояла она, трогая макушку так, будто она болела.

Настроение у меня стало еще хуже.

— Тебе придется поработать над навыком Призыва, — выдавил я, хватая ее за затылок и заставляя запрокинуть голову назад, чтобы разглядеть получше.

Зрачки ее фиолетовых глаз были чересчур расширены, а кожа — слишком бледной.

— Ты нормально видишь?

— Расскажи, что случилось после того, как Дракон разрушил замок, — продолжала давить она.

— Не тошнит?

— Хендрикс, — снова одернула она, и я со вздохом ее отпустил.

Она явно нормально себя чувствовала.

— Дракон врезался в тебя и с тех пор ты была без сознания. И раз уж наше маленькое пристанище оказалось разрушено до основания, я пошел искать новое.

Она оглядела маленькую пещеру, в которой мы очутились, и наморщила нос.

— И ты нашел только это?

Я злобно посмотрел в ответ.

— Очевидно, спать мы здесь не сможем.

— Сколько сейчас времени? — спросила она, все еще не до конца придя в себя.

Я жестом показал на стену дождя, скрывающую любые проблески солнца.

— Ты мне скажи.

— Ты что, не следил за временем?

— Простите, принцесса, я был слишком занят тем, что тащил вашу задницу через лес. А он, кажется, не слишком хотел, чтобы я это делал.

— Ладно, в каком направлении ты шел?

— На юго-восток, — ответил я, зная только это.

Посмотрев на мои исцарапанные шипами руки, она тяжело вздохнула. Затем забрала у меня сумку, уселась на пол и принялась в ней рыться.

— Собираешься посмотреть, что пишут в книге? — с иронией предположил я как раз в тот момент, когда она вытащила дневник. — Превосходно.

— Он привел нас к Дракону, так? Ты кто такой, чтобы в нем сомневаться? — спросила она, выгнув бровь, и мне пришлось признать, что тут она права.

Я сел рядом и ждал, пока она читала, а единственным звуком вокруг был шум дождя. Фэррис мерзла, на руках у нее проступала гусиная кожа, серебристые волосы липли к плечам. Я подвинулся ближе, чтобы согреть ее теплом своего тела, и она не отстранилась, когда я приобнял ее и крепко прижал к себе. Но она посмотрела на меня своими огромными глазами, и от блеска в них у меня в горле застрял ком. Потом она продолжила читать.