Эмиссар (СИ), стр. 24

— Я и не прошу сразу. Денег сразу тоже не будет, еще заработать надо. Мне разрешили из прибыли компанейской взять. Но если каждый корабль собирать из того, что удалось снять с предыдущего, — не будет у нас флота никогда!

— Вот именно! — сказал Баранов. И продолжил: — С корпусами справляемся, дерево есть, люди набили руку. А на мелочах встанем. Блоков на одно судно сколько нужно? И каждый сделать, собрать, проверить. Канаты без конца латать нельзя. Якорей кузнец столько не выдаст, сколько вы задумали.

— Значит, покупаем.

— Всё время покупать будете?

— Пока здесь делать не научимся — буду! Вы мне скажите, что нужно сейчас, чтобы следующую постройку не держать на берегу.

Он задумался.

— Ведомость составить надо.

— Составьте. На строящиеся суда, на ремонт тех, что ходят, и небольшой запас. Только не пишите просто «канаты». Какие, сколько, что важнее всего. Где сомневаетесь — спросите капитанов.

— Они каждый себе побольше потребуют.

— А вы отберите нужное. Вы же знаете, кому верить нельзя!

Баранов бросил на меня быстрый взгляд. Я невинно взял сельди.

— Якоря бы готовые привезти, — сказал он. — Пока новых кузнецов поставим…

— Привезём. И мастера поищу. По канатам тоже. Мне нужен человек, который сам дело знает и других научит.

— Одного привезёте, а он заболеет.

— Тогда двоих искать буду. Но прежде объясните, какое хозяйство им здесь понадобится. Чтобы не приехал и не начал требовать ещё полкорабля припасов.

Он отодвинул тарелку.

— Тут надо с мастерами говорить.

— Вот и поговорите. От вас — что требуется и куда человека ставить. От меня — закупка и найм.

— Ох, и дорого же это всё обойдётся!

— Дешевле судна, которое построили и не можем отправить.

Александр Андреевич кивнул. Я почувствовал, как отпускает напряжение. Вроде тот же стол, та же наливка, а разговор, наконец, пошёл куда следует.

— И ещё, — сказал Баранов. — Привезти мало. Удержать надо. Мастер год поработает, решит домой вернуться — и опять начинай сначала.

— Условия дадим такие, чтобы остался. А к нему учеников. С этим вы разберётесь.

— Да уж разберусь, — добродушно проворчал он.

Вот и всё. Не понадобилось ни печатью стучать, ни объяснять, кому теперь принадлежит Тихий океан. Хозяйка подошла, положила руку мужу на плечо. Он накрыл её ладонь своей и попросил убрать пустое блюдо.

— Картошки ещё? — спросила она меня.

— Если осталась.

— Есть маленько.

— Тогда неси! Мы тут, наконец, пользу делу приносим.

Она улыбнулась и ушла. Баранов потянул к себе чистый лист, но я остановил.

— После обеда. А то опять всё остынет.

Он нехотя оставил бумагу.

— Когда думаете выходить?

— Как только устрою людей и приготовлю груз. На юг пойду.

— Уже?

— Зимовать без дела не хочу. Здесь вы со строительством разберётесь. Мне надо товары в оборот пускать, снабжение покупать.

Вошла хозяйка с новой миской. За нею появились Моана и Тея. Я поднялся.

— А вы как меня нашли?

Тея посмотрела на стол.

— Здесь.

Довод убедительный.

Они поздоровались, хозяйка усадила их рядом. Моана коснулась моего рукава.

— Дети уже заснули.

— Ну вот, опять некогда было их потетешкать!

Баранов фыркнул.

— До вечера ещё время есть, Фёдор Иванович.

Женщины заговорили между собой. Я подвинул Моане тарелку, но она отрицательно качнула головой. Тея, напротив, взяла картошку и попробовала. На её лице появилось одобрение.

— И ей нравится, — сообщил я хозяину.

— Значит, ещё сажать будем.

Я хотел было тут же обсудить, сколько, где и кто займётся, но вовремя прикусил язык. После картошки мы опять рисковали перейти ко всему хозяйству сразу.

— У меня ещё северное дело, — сказал я. — Коротко, чтобы вы знали, что обещано.

Баранов повернулся ко мне. Я рассказал о сборе оленных хозяев. Семьи готовы уходить со стадами, но прежде разведчики должны проверить берег и путь. Ни найденных пастбищ, ни совершённого перехода у нас пока не было.

Управляющий слушал без прежних усмешек.

— Сколько людей?

Я назвал приблизительное число. Он присвистнул.

— Это вам не артель.

— Именно. Поэтому я им не обещал, что завтра поставлю здесь шестьсот человек на содержание. Сначала разведка. И первая товарная партия за мой счёт — на пятьсот рублей. Доставку отдельно оплатим.

— Кому передавать?

— Рынтыну. У него письмо к нашим приказчикам. Если сведения придут сюда, не ждите меня. Принимайте, смотрите, что нужно дальше. Снабжение надо подготовить, а отправлять по возможности и по известиям.

— Обещали всю поддержку Компании?

— Нет. Сказал, что буду говорить с вами.

— Хорошо, — произнёс он. — Сперва узнаем, куда они идут.

На этом и остановились. Александр Андреевич записал имя и сумму на краю листа. Никаких рассуждений о будущем новом крае не потребовалось. Была ближайшая работа, и он уже взял её на себя.

— А гарпунеры? — спросил Баранов.

— Им половину сезонной платы выдам здесь. Жильё и пища за мной. Для промысла место нужно. Они снасти свои привезли, но ещё будут смотреть как работать в здешних водах.

— Место найдём. Только ваших учеников к ним сразу не сажайте, пока не разберутся.

— Тэвъян сам решит, кого брать. Я ему за обучение отдельно плачу.

Баранов одобрительно хмыкнул.

— Значит, о деле договорились.

Он позвал приказчика. Тот явился с прежней осторожностью, но очень скоро расправил плечи: Александр Андреевич заговорил обычным голосом, задавал вопросы, поправлял ответы и велел собрать сведения от мастеров.

А я сидел и молча слушал. Ещё час назад мне предлагали выбирать свободное жильё самому. Теперь передо мной уже лежал список ближайших дел, а приказчик знал, к кому идти и что спросить. Вот для чего нужен Баранов.

Когда тот вышел, я поднял рюмку.

— За корабли?

— За людей, которые их сделают, — ответил Александр Андреевич.

— Согласен!

Выпили. Моана потянула меня за рукав. Я взглянул на неё, потом на окно. Сидели долго. Действительно, пора домой.

— Завтра приду за ведомостью, — сказал я, вставая.

— Завтра всех не соберём. Послезавтра.

— Послезавтра. Только без ваших утренних шуток.

Баранов поднялся вместе со мной.

— А вы без полусотни кораблей к весне.

Я молча кивнул. Повторяться уже не хотелось. Он проводил женщин до двери. Хозяйка вышла с ними, а Александр Андреевич задержал меня за локоть.

— А второе дело?

— Какое второе?

— Разберитесь со своими людьми! Савва с Иваном неправильно себя ведут. Жалование им не нужно, они долю требуют. Отдельно торгуют, отдельно запасы держат. Сами себе хозяева. Я им говорю, что сделать надо, а они мне — сперва с графом рассчитаемся.

— Долю чего?

— Вот у них и спросите.

Он отпустил мой рукав.

— А как эта мегера с вашими жёнами приплыла, так и вовсе сладу с ними не стало! Угомоните своих людей, Фёдор Иванович, а то ить я угомоню, всем плохо будет!

Из сеней донёсся голос няньки. Она что-то объясняла хозяйке с такой уверенностью, что я сразу понял, кого имел в виду Александр Андреевич.

— Завтра поговорю.

— Вот и отлично!

На улице Моана взяла меня под руку. Тея шла с другой стороны. Я оглянулся на дом управляющего: в окне уже виднелся Баранов, склонившийся над бумагами.

Уф-ф! Удалось вернуть его к работе.

Ну и замечательно! Мы с ним тут еще таких дел натворим!

Глава 10

Савву Рыжего я застал во дворе за торговлей. Перед ним стоял тлинкит с охапкой шкурок, а на перевёрнутом ящике лежали нож и свёрток табака. Оба с жаром объяснялись, то показывая на товар, то растопыривая пальцы. При моём появлении покупатель насторожился, зато Савва даже не попытался убрать своё богатство.

— Твоё?

— Наше, Ваше сиятельство.

— Уже и моё успели продать?