Миротворец 5 (СИ), стр. 2

— Что-то я не вижу тут ни одного аппарата конструкции инженера Попова, — заметил он, — а ведь это будущее связи, насколько я знаю.

— Вы совершенно правы, ваше величество, — начал оправдываться начальник, — нам выделили три таких аппарата, но доводка их до уровня, пригодного к ежедневной эксплуатации, пока что продолжается… сырые вещи, если честно.

— Понятно… тогда еще один вопрос — почему у вас так скверно организована охрана? Мы с Михаилом, например, прошли сюда вообще без каких-либо препятствий… все же связь это один из столпов государства — озаботьтесь этим вопросом пожалуйста.

— Будет сделано, ваше величество, прямо сейчас этим и займусь.

— Ну что, брат, — сказал император Михаилу, — собирайся в Женеву… я, возможно, тоже туда подъеду, но чуть позже. Полетишь на Добрыне через Киев и Вену, за полсуток доберешься.

— Инструкции? — тут же уточнил Михаил.

— Сейчас составлю и запишу на бумагу, чтобы не забыл…

Глава 2

Где-то под Верденом

Верден, если честно, эта такая темная дыра между Мецем и Реймсом, в начале века там жило максимум тысяч десять населения. История, конечно, у него была древняя, основан еще римлянами, а в 9 м веке тут был заключен Верденский договор, положивший начало независимым Германии, Франции и Италии. Но все это было давно и скорее всего неправдой, но по итогам франко-прусской войны 1871 года Верден оказался на самой границе двух держав и французы начали укреплять его в противовес Мецу, оказавшемуся у пруссаков. И там, и тут выросли, как грибы после дождя, многочисленные бетонные укрепления долговременного типа.

На начало 1905 года в Вердене и окрестностях функционировали 25 ДОТов и еще десять находились в постройке. На этот самый Верден и пришелся первый удар прусской армии в составе двенадцати дивизий. Им противостояли всего шесть французский дивизий, перевес в артиллерии тоже был у немцев, примерно в полтора раз больше.

Началось все с массированной артиллерийской атаки немцев в четыре часа утра. Свои плоды она, конечно, принесла, но не в том объеме, как предполагалось. Все же бетон в ДОТах был качественный, а дислокация войск была известна далеко не полностью. Но конечно эффект неожиданности имел место, это сложно отрицать.

Командующий французскими вооруженными силами, он же маршал Франции (звание, введенное аж в 13 веке) Фердинанд Фош с самого утра находился в приемной президента Лубе и ожидал громкого разноса. Но его на удивление не случилось. Президент был хмур, печален и строг, но на крик не перешел ни разу.

— Доложите, маршал, что там у нас на границе, — просто попросил его Лубе, разложив крупномасштабную карту Эльзаса на столе в своем кабинете.

— Противник силами ориентировочно до двадцати дивизий после предварительной артподготовки в четыре часа утра перешел в наступление в районе Метц-Верден, мсье… — начал свой доклад маршал.

— Где сейчас проходит линия фронта? — это все, что попросил уточнить Лубе.

— Приблизительно тут, — генерал провел указкой линию, — верденские форты стоят, как скалы, думаю, справиться с ними пруссакам будет очень сложно… если не совсем невозможно.

— Мобилизация объявлена? — уточнил президент, хотя и сам знал ответ на это.

— Конечно, мсье… приказ об этом подписан три часа назад и отправлен во все регионы… но вы сами понимаете, что это небыстрое дело — месяц у нас точно уйдет на организационные мероприятия.

— В течение этого месяца кадровая армия продержится?

— Даю вам слово офицера — сделаю все возможное для этого.

— А сейчас отправляйтесь в войска и займитесь организацией обороны непосредственно в местах боев… Британия обещала нам свою помощь, — неожиданно перескочил он на новую тему, — надо будет согласовать приемку и размещение вооружения… живую силу они пока не обещали.

— А что Австро-Венгрия? — уточнил Фош.

— Они пока молчат… слава богу, что с австрияками у нас нет границы, максимум, что они смогут сделать, так это оказать помощь Вильгельму. Русские предложили свои услуги переговорщиков, надо подумать над этим.

И Фердинанд Фош сразу после этого разговора выехал в направлении северной границы государства. Использовал он при этом свой личный поезд, стоявший на запасных путях Северного вокзала столицы. Через восемь часов поезд притормозил возле станции Седан, в штабной вагон зашел командующий десятой дивизией генерал Форше.

— Разрешите доложить, — вытянулся он во фронт, — личный состав дивизии отражает атаки противника и ведет разведку местности.

— Вольно, — махнул ему рукой Фош, — покажите мне ваши форты в реальном времени.

— Слушаюсь, мон женераль, — еще больше вытянулся Форше, — можно проехать вдоль всех наших фортов по подземной узкоколейке, если хотите…

— Конечно, хочу, поехали, — и маршал Франции проследовал за генералом в бункер, стоявший неподалеку от железнодорожной станции.

— Вот, изволите видеть, — начал рассказывать о подшефной матчасти Форше, — здесь у нас лифт, опускающий солдат на глубину двадцать метров.

— А дальше что? — заинтересовался маршал.

— Сейчас все увидите, мсье, — лифт очень быстро прибыл к конечной точке, двери открылись, и глазам комиссии предстало подземелье с тусклыми лампочками у потолка и настоящей железной дорогой, проложенной тут налево и направо.

— Там форт Хакенберг, самый крупный из существующих, — показал направо Форше, — а здесь форт Шененбур, не такой большой, но с пятью артиллерийскими амбразурами. Куда прикажете ехать?

— Давай в Хакенбург, если уж начинать, то с самого крупного, — поразмыслив, ответил Фош, — далеко ехать-то?

— Примерно четверть часа, — сказал Форше, одновременно делая знак кому-то, скрытому тенью.

Дрезина на дизельном ходу подкатила к комиссии буквально сразу же, оба генерала плюс два адъютанта загрузились в нее, сиденья были без особого комфорта, но ехать недалеко было, поэтому через десять секунд дрезина уже набирала ход по узкому тоннелю, лампочки тут горели по остаточному принципу, через соню метров, не чаще.

— Дышится легко, — заметил маршал, проезжая очередную лампу, — вентиляцию сделали?

— У нас, мсье Фош, работали лучшие строители парижского метро, — заметил Форше, — поэтому все сделано по первому классу.

— Далеко еще? — спросил маршал.

— Да уже почти приехали, за тем поворотом уже начинается форт, — и он оказался прав, дрезина затормозила буквально через сотню метров.

Прибывшим открылось еще одно большое подземное сооружение, охраняемое весьма тщательно — обоих генералов заставили поднять руки вверх и огласить цель приезда. Форше быстро уладил недоразумение, и комиссия начала осмотр форта…

— Сейчас мы находимся на уровне подземной железной дороги, — начал экскурсию Форше, -отсюда можно проехать на северо-запад еще около двадцати километров, там пять дополнительных фортов. Под нами складской уровень — там хранятся боеприпасы, еда, питьевая вода, амуниция. Уровнем выше идет госпиталь и все связанное с медициной, давайте пройдем туда.

— Охотно, — быстро согласился маршал, — надеюсь, пока у этого уровня не очень много постояльцев…

— Вы правы, мон женераль, раненых пока что практически нет. Но порох надо держать сухим…

Они поднялись на лифте на этаж выше и начали осматривать, что там имелось в наличии.

— Госпиталь военный, поэтому максимум специалистов тут по торакальным травмам… но и про инфекции не забыли — вот там красная зона, включающаяся в случае какой-либо эпидемии. Отдельно сидят психологи и психиатры, совсем нелишние люди в военное время. И вот там, — генерал взмахнул рукой в дальний угол, — совсем уже редкие специалисты, кардиологи, ухо-горло-ном, половые заболевания.

— Сколько сейчас пациентов здесь? — задал такой вопрос маршал.

— Сейчас узнаем… — Форше подозвал человека в белом халате, пошептался с ним и объявил результаты, — семнадцать человек, все с травмами, тяжелый один.