Без страха и упрёка 5 (СИ), стр. 14

Ильичёв, сидевший сбоку, едва заметно улыбнулся, а Василевский медленно провёл пальцем по отмеченному району.

— То есть Каражас вы используете как доказательство.

— Именно. Пока у меня просто слова. После их собственной геологической разведки у меня будет репутация человека, который показывает на пустое место в джунглях, а там оказывается гора железа.

— И тогда уже станки.

— Не только. А ещё, лицензии и технологии. Причём не то, что американцам удобно нам продать, а то, что нужно нам.

Василевский немного помолчал, складывая рисунок

— Вы хотите заставить американский капитал бороться с американской бюрократией в наших интересах.

— За их собственные интересы. Так надёжнее.

Ильичёв тихо хмыкнул, а маршал снова посмотрел на Бразилию.

— И заодно поставить Морганов рядом с Ротшильдами.

— Да. Пока западные фирмы спрашивают, стоит ли вообще работать с русскими, нас будут давить при каждой возможности. Я хочу, чтобы через некоторое время вопрос звучал иначе. Почему эти сволочи уже зарабатывают в Москве, а мы ещё нет?

Василевский рассмеялся, затем посерьёзнел и постучал пальцем по карте.

— Насколько вы уверены в месторождении?

— В районе и масштабе уверен. Точные границы и запасы пусть ковыряют геологи. Я дам достаточно информации, чтобы они нашли руду быстро, но не стану изображать из себя бога и называть объём рудного тела.

Маршал ещё немного подумал, потом принял решение.

— Хорошо. С Ламонтом встречайтесь. Иван Иванович организует всё без лишнего шума. От имени правительства естественно ничего не обещаете, советские предприятия, ресурсы и обязательства в торг не входят. Если американцы подтвердят находку и захотят продолжения, тогда принесёте сюда их предложение.

Алексей поднялся и забрал свой лист.

— На первой встрече мне от них вообще ничего не нужно. Покажу район и предложу проверить.

— А потом?

Штурмин убрал карту в планшет.

— Потом ждать буду уже не я.

Василевский проводил его взглядом и, когда Алексей дошёл до двери, усмехнулся.

— После такой проверки Ламонт в следующий раз один не придёт.

Штурмин обернулся.

— Для того всё и затевается. После первого бурения их уже гораздо меньше будет интересовать, откуда русский генерал знает про Бразилию. Гораздо сильнее захочется узнать, что ещё он знает и сколько это будет стоить.

К вечеру криво нарисованная карта Южной Америки перекочевала в Кремль. Василевский положил её на край длинного стола рядом с рапортом Ильичёва и, пока Сталин дочитывал последние строки очередной фронтовой сводки, молча отметил карандашом тот самый район в Бразилии. Берия сидел сбоку, листал принесённые из НКВД материалы и время от времени поглядывал на карту с тем выражением, которое появлялось у него всякий раз, когда Штурмин умудрялся залезть в очередную область, никакого отношения к его службе не имевшую.

Сталин закончил читать, снял очки и отложил сводку.

— Ну, Александр Михайлович, показывайте, что там Алексей Иванович опять придумал. Лаврентий уже сказал, что дело касается американских банкиров, а когда генерал Генерального штаба начинает интересоваться банкирами, я предпочитаю знать причину заранее.

Василевский развернул карту шире и указал отмеченное место.

— Штурмин хочет встретиться с представителем дома Морганов. Томасом Стилуэллом Ламонтом. Сейчас тот находится в Москве с американской техническо-финансовой группой. Товарищ Штурмин предлагает дать ему сведения о крупнейшем железорудном месторождении в Бразилии. Морганы проверяют район своими геологами, и только после подтверждения начинается разговор о цене.

Сталин снова надел очки, наклонился над картой и несколько секунд рассматривал точку, словно размеры будущего месторождения можно было определить по силе нажима карандаша.

— Просто отдаёт?

— Первичную информацию без обязательств, — Василевский придвинул карту ближе. — Он считает её не товаром, а доказательством. Если американцы найдут там именно то, что он обещает, то уже начнётся разговор о поставках. Схема конечно сомнительная, но с Ротшильдами сработала на все сто.

Берия отложил свою папку и потянул карту к себе.

— Разумно. После проверки, ценность будет уже не только у самого месторождения, но и у источника информации.

Сталин поднял на него глаза.

— Лаврентий, ты об этом знал?

— До сегодняшнего дня нет, товарищ Сталин. Моррис вчера вечером был у Штурмина, а утром Алексей Иванович пошёл к Ильичёву. Ко мне не заходил и не звонил.

— И тебя это не обижает?

Берия усмехнулся и удобнее устроился в кресле.

— Наоборот. Иногда приятно узнать, что молодой офицер точно понимает круг ответственности разных ведомств и своё подчинение.

Василевский улыбнулся, а Сталин некоторое время смотрел то на одного, то на другого, затем постучал мундштуком трубки по пепельнице.

— Моррис зачем приезжал?

Берия открыл лежавшую перед ним папку, но читать не стал.

— Передавал подарки от Энтони Ротшильда. Украшение для Веры и пистолет для генерала Штурмина. Заодно рассказал, что им начали мешать в работе с нами. Ничего такого, за что можно сразу ухватиться. В одном месте придержали лицензию, в другом страховщик внезапно пересмотрел условия, банк потребовал лишние гарантии. По отдельности обычная деловая дрянь, а вместе уже система.

Сталин неторопливо набил трубку, разгладил большим пальцем табак и поднял глаза на Берию.

— Кто за этим стоит?

— Если бы один человек, было бы проще, товарищ Сталин. Там, скорее всего общая конструкция чтобы мы не развивались. Деловые круги не хотят слишком тесной работы с Москвой, чиновники боятся усиления СССР, а конкуренты Ротшильдов просто пользуются случаем. Мы конечно знаем о существовании некоего Совета, но по сути они лишь верхушка айсберга. Срежем её и сразу появится другая верхушка.

Сталин чиркнул спичкой, раскурил трубку и, когда огонь ровно взял табак, посмотрел на Василевского.

— Поэтому Штурмин и не стал никого искать?

Александр Михайлович кивнул и придвинул карту ближе.

— Он решил, что ловить каждого по отдельности бессмысленно. Сегодня прижмём одного страховщика, завтра появится другой банк. Вместо этого хочет завести в схему Морганов. Теперь тот, кто захочет испортить дела Ротшильдам на советском направлении, должен сначала посмотреть, чьи ещё деньги он заденет.

Сталин несколько секунд молчал, потом усмехнулся.

— Значит, не врага убрал, а посадил рядом с ним ещё одного хозяина.

— Примерно так. Причём второго даже уговаривать защищать первого не придётся. Свои деньги они будут защищать сами, и от души.

Сталин чуть прищурился.

— И Морганов он хочет посадить рядом.

— Именно.

— Чтобы они защищали Ротшильдов?

Василевский улыбнулся.

— Нет. Он выразился иначе. Ему не нужно, чтобы Морганы с Ротшильдами дружили. Нужно сделать так, чтобы они оказались в одном окопе.

Берия тихо рассмеялся и покачал головой.

— Это уже очень похоже на него.

Сталин тоже усмехнулся, но быстро снова стал серьёзным. Он встал, прошёл к карте Европы на стене, задержался там на несколько секунд, потом вернулся к столу. Видно было, что идея его заинтересовала не столько своим бразильским приложением, сколько самой конструкцией.

— Хорошо придумано. Если мы начнём защищать Ротшильдов сами, все сразу увидят особую связь и будут бить именно по ней. А если Морганы полезут сюда ради собственной прибыли, их уже никто нашими агентами не назовёт. Лишь бы они согласились.

— На первой встрече от них вообще ничего не требуют. Штурмин покажет район, даст поисковые признаки и предложит проверить. Если геологи ничего не найдут, разговор закончится. Если найдут, а Штурмин уверен, что найдут, вот тогда и начнётся разговор.

Сталин снова посмотрел на карту Бразилии.

— А следующая есть?

Берия на этот раз рассмеялся первым.