Профессор-целитель 2 (СИ), стр. 27

Он со спокойным лицом уселся напротив и взглянул мне в глаза.

Значит, заметил, что тут кто-то есть. Но не стал уходить, извиняться или что-то в этом роде.

Выглядел этот человек так же неприметно, как и его костюм. Лицо не запоминалось, хотя я и смотрел на него вот уже несколько секунд.

А ещё от его взгляда, такого же ровного и ещё более отстранённого, чем у майора Строганова, почему-то становилось не по себе.

У меня вдруг засвербило в затылке. Примерно так же, как в тот день, когда я пришёл к Строганову с запиской из-под пола.

— Извините, сударь, но экипаж занят, — произнёс я осторожно. — И я не планировал ехать с попутчиком.

Вместо ответа человек постучал по спинке кареты кулаком в чёрной перчатке, и извозчик тронулся.

— Я не займу у вас много времени, Григорий Романович, — тихим, но вкрадчивым голосом произнёс человек.

Затем он сунул руку во внутренний карман мундира и достал оттуда свёрток.

— Это ваше?

Я принял бумажку, развернул и кивнул.

— Да. Я передал её через нашего дворника, Фому Лукича. С ним всё в порядке?

— Не волнуйтесь, Григорий Романович. Ваш дворник в полном здравии. Просто так случилось, что господина Строганова на месте не оказалось, поэтому вашей просьбой занялся я. — Он чуть улыбнулся — натужно, будто не умел этого делать. — Однако, Григорий Романович, полагаю, помощь жандармерии вам не понадобилась. Верно?

Я насторожился, пытался понять, кто именно сейчас передо мной.

— Верно, господин… — протянул я, ожидая, что он представится.

Но он проигнорировал намёк.

— Несмотря на это, Григорий Романович, — сказал он вместо своего имени, — будьте уверены, ваша жизнь находилась в полной безопасности. Наши люди следили за всем происходящим со стороны и были готовы прийти на помощь в любую секунду.

— Очень рад это слышать, — настороженно произнёс я. — Благодарю.

— Не стоит благодарности, — помотал он головой. — Лучше завтра принесите рапорт о произошедшем сегодня. Подробный рапорт. Объясните, что именно произошло, почему вы оказались в компании Тадеуша Волынского, которого совсем недавно сами вытащили из переулка раненым. И особенно внимательно изложите, как всё это связано с ростовщиком Янушем Дистером. Полагаю, ваши мотивы были благородны. Уж я в это верю. Но сами того не подозревая, вы вышли на след Канальных крыс. И полагаю также, что теперь нам придётся привлечь вас к этому делу.

Я кивнул молча — слов не находилось. Но я понял, что это моё приключение было частью чего-то куда большего.

Канальные крысы — кто это такие? Помнится, Коршунов, когда прикидывался бандитом, тоже упоминал это название.

Чёрт. Похоже, я ступил на чужую шахматную доску. В партию, которую уже давно разыгрывали и без меня. Хотелось бы очень надеяться, что хотя бы не угодил в роль пешки.

Неназванный человек снова постучал по спинке кареты. Извозчик свернул к обочине и остановился.

— Доброго дня, Григорий Романович, — скупо поклонился человек.

Затем он глянул на шкатулку, но так бесстрастно, будто видел таких уже не одну сотню.

— Занимательная вещичка, надо полагать. Раз уж вы отдали за неё почти все свои деньги, Григорий Романович.

Дверь отворилась. Снаружи показался Семён с разбитым носом. Он мельком глянул на меня, но затем увёл взгляд. А человек в сером костюме покинул повозку и будто бы сразу растворился в проходящей мимо толпе.

Я задумчиво смотрел в окошко, а извозчик снова вернулся на дорогу.

Рукой я поглаживал рельефные стенки шкатулки. Было видно, что аппарат ЭКГ получился несколько кустарным. Его явно делали не на заводе и не в какой-то сложной мастерской. Да и корпус на самом деле был обычной шкатулкой, в которую уже поместили всю необходимую начинку.

Интересно, кто именно её изготовил. А самое главное — работает ли она?

Последнее я скоро проверю.

━─━────༺༻─────━─

Когда вернулся в квартиру, первым делом я сначала решил проверить аппарат. Но затем передумал и распаковал уже давно остывшие пирожки.

Вмиг схомячил один с мясом и один с картошкой. Затем поставил аппарат на стул возле кровати и уже приготовился приспособить его на самом себе, как вдруг в дверь постучали.

— Григорий Романович! — раздался снаружи голос Фомы. — Вы здесь? Федотовна сказала, что вы зашли в квартиру. С вами всё в порядке?

Я отворил ему дверь. Обеспокоенный Фома схватил меня за плечи и пристально рассмотрел, будто не верил собственным глазам.

— Живой и здоровый, вроде бы. — Он осмотрел меня с ног до головы. — Всё в порядке, Григорий Романович? Жандармы успели?

— Успели, успели, — улыбнулся я. — Спасибо тебе, Фома Лукич. Очень выручил.

В груди вдруг стало тепло от того, что Фома обо мне так сильно заботится.

— Проходи внутрь, не стесняйся.

Фома последовал приглашению, встал посередине комнаты и удивлённо посмотрел на шкатулку, от которой исходило несколько проводов с зажимами.

— А это что ещё за чудо-юдо?

— Это аппарат ЭКГ, — пояснил я, закрывая дверь.

И тут у меня появилась идея!

— Кстати, Фома Лукич. Не поможешь мне с одним делом?

— Это ещё с каким делом? — насторожился дворник.

— Не волнуйся, искать майора в жандармерии не надо. Просто ляг, пожалуйста, на кровать. Мне нужно опробовать этот аппарат.

Фома Лукич с подозрением взглянул на шкатулку, затем на меня. Затем снова на шкатулку. И на пирожки, которые я убрал на стол.

— Только за два пирожка! — заявил он твёрдо.

Я слегка засмеялся. Весёлый всё-таки человек, этот Фома Лукич.

— Давай так, — предложил я. — Пирожки я потом слопаю сам, но тебя угощу обедом в трактире. Сам, кстати, проголодался. Думаю навернуть какого-нибудь жаркого.

— О, это приемлемо! — заулыбался Фома.

Скоро он уже лежал на кровати, напряжённый и взволнованный. А я ставил ему на конечности электроды и подготавливал аппарат для работы.

Мне нужно было лишь проверить аппарат, так что многого не требовалось. В качестве бумаги я использовал имеющиеся листы с черновыми записями. Разрезал их ножом до нужной ширины и закрутил в держатель чистой стороной.

Затем поставил на бумагу стрелку гальванометра. На неё пришлось нанести каплю чернил, хотя не уверен, что подразумевалось именно так. Но если аппарат рабочий, всё должно получиться.

Привычных кнопок или рычажков не было, но внутри шкатулки выделялись два контакта, которые явно запускали аппарат в работу.

— Ну-с, начнём, Фома Лукич! — предупредил я.

— Уг… угу, — кивнул он осторожно и зажмурился. — Только побыстрее, пожалуйста! Жрать хочу.

В подтверждение слов в его животе заурчало.

Я настроился, замкнул контакты и…

И ничего.

— Ну, ну что там, скоро? — всё ещё с закрытыми глазами спросил Фома Лукич.

— Кажется, он не работает, — нахмурился я.

Фома распахнул глаза и громко выдохнул. Лицо его покраснело от волнения.

— Эй! — возмутился я наигранно. — Ты что, думаешь, я с тобой собираюсь делать? Почему так боишься?

— Так кто ж тебя знает, Григорий Романович? — пожал он плечами. — Может, внутренности мои встряхнуть хочешь? Али ещё чего…

Это заставило меня призадуматься. Фома Лукич так сильно доверял мне, что согласился стать подопытным. Даже когда предполагал какие-то страшные вещи.

— Не волнуйся, тебе не должно быть больно. Даже если бы она заработала.

Я присмотрелся к кристаллам. Судя по всему, они являлись источником энергии, но так и оставались потухшими. Быть может, дело в них? Или ещё в чём-то.

Я никогда не собирал ЭКГ своими руками, поэтому не знаю, чего именно здесь не хватает.

— Ладно, давай снимем с тебя эти штуки и пойдём поедим, — кивнул я Фоме.

Затем собрал электроды, положил аппарат на стол. А радостный Фома подскочил с кровати и шустро направился к двери.

— Айда, Григорий Романович! Глядишь, Марфуша и мяса побольше подсыплет. Ты же ей нравишься! Ну, в смысле, как человек, да.