Забытая империя (СИ), стр. 51
— Ждём, наблюдаем, — коротко приказал Фро. — Возможно это первая фаза, в которой мы технически не можем вмешаться в происходящее.
— Кто ты⁈ — словно услышав нас, громогласно вопросил Кипрей. — Назовись!
Не знаю уж, была то какая-то способность, или Филиграни просто хотелось поговорить, но она победно улыбнулась и ответила:
— Брат когда-то дал мне прозвище Филигрань за любовь к тонкой и кропотливой работе. Тебе я известна как Велисса. А в истории меня запомнили как Артефактора Проклятий! И ты ответить за то, что отказался стать сосудом для моего брата!
По рядам игроков и неписей пронеслись поражённые возгласы, а из коридора, которым я пришла, раздался металлический лязг.
— Сзади! Танки, ловите! — тут же сориентировался Фро.
В следующий миг из коридора полетело знакомое мне оружие — всё то, что недавно покоилось на стойках. Следом за ними неуклюже топал голем-паук с шестью лапами — один из тех недоделков, что я разглядывала в соседней пещере.
Рейд слаженно развернулся, танки оперативно переагрили зашедшего в тыл противника, а дамагеры одного за другим технично выносили знакомых уже противников.
Под сводами пещеры зазвучала чарующая мелодия — это Кипрей сел прямо на пол и играл на кифаре, навешивая на игроков один баф за другим. Амаранта, душа кифары, стояла позади Десятого, мягко обхватив изящными пальцами его голову. Не знаю, что она делала, но лицо Кипрея выглядело здоровее, чем ещё совсем недавно. Эйд стоял рядом с поднятым щитом и бдительно озирался, всем своим видом говоря, что не подпустит никого ни к хозяину, ни к подруге.
Я же стояла столбом, глядя на всё это и осмысляя сказанное Филигранью. Точнее, Велиссой. То, что это она, а вовсе не Эрмир, была Артефактором Проклятий, звучало логично. А вот её слова о каре, что постигнет Кипрея за брата…
Откуда она узнала? Эрмир рассказал, вернувшись в Серые Земли? Звучит логично, но почему тогда я не сумела его призвать? Почему его не было в мире мёртвых? Кто-то другой призвал его после Кипрея? Сомневаюсь. Бардов, способных на это, немного, а тут ещё и не самый известный в Барлионе персонаж давно забытой эпохи…
И эти слова, что брат прозвал её Филигранью…
Не-е-ет. Ну нет. Ну нафиг! Не может быть…
Внезапно с меня слетела ещё одна защитная тень, а неподалёку раздался изумлённый вопль Ксюпипра:
— Какого хрена⁈
В рейдовом интерфейсе посерело разом с десяток фреймов игроков. Рейд лишился половины своих хилов, державшихся в тылу построения. Там их и настигли клинки и стрелы археологов, молча и деловито продолжавших убивать игроков Легиона в спины.
В меня прилетела ещё одна метко пущенная одним из головорезов стрела, но на этот раз она не достигла цели, сгорев в выставленной Портулаком огненной сфере, что прикрывала всех сильвари.
— Жопами к стене! — рявкнул Фро, разворачиваясь к новой неожиданной опасности. — Танки, полукругом! Роги — в стан кастеров! Мобов пока не убиваем — возможно это ментальный контроль. Друиды, поднимайте хилов. Остальные пейте зелья, нужно продержаться пока хилы встают.
Легион начал перестраиваться так, чтобы с одной стороны их прикрывала стена пещеры. Я осталась на месте, даже не пытаясь отойти с прочими игроками. Не было смысла путаться у них под ногами, особенно когда меня прикрывали Пятый и Шестая.
Куда важней сейчас понять какого рожна происходит.
Пока мы были вынужденно заняты сперва големами, а затем и взбесившимися вдруг археологами, Велисса переместилась к напольному трискелю и встала в его центр. Её защитная сфера прикрывала теперь весь артефакт, отражая любой входящий урон. Иларис Наран находился внутри сферы и бережно опускал в «хрустальный гроб» тело той самой девушки, о которой я успела забыть.
Блин, всё же я тупая…
— Кажется, я поняла что случилось с твоим проводником, — наблюдая за ушастым градоправителем, закреплявшим на неподвижном теле какие-то обручи и браслеты, сообщила я Кипрею. — В его тело вселился Эрмир когда ты нарушил его планы.
Кипрей, не прекращая играть на арфе, неверяще качнул головой.
— Я заблокировал и артефакт, и сам вход в это место. Иларис остался снаружи и не мог попасть сюда.
— Они лет сто забирались в чужие тела разными способами прежде, чем создать самый могущественный артефакт, для переселения в тело бога. И ставлю эйд против ярмарочной дуделки, что вон тот труп — нетленное тело богини Вейры, что пролежало тут тысячи лет. Раз боги не разнесли это место по камешку — они так его и не нашли. А значит не нашли и её труп.
— Проклятье… — прошептал Кипрей, расширившимися от ужаса глазами. Его пальцы замерли над струнами, прекратив игру. — Сейчас им не хватает только виты…
В этот самый миг из артефакта выстрелила цепь, обвилась вокруг одного из игроков, и втянула того в клетку. Дверца с лязгом захлопнулась, а показатели хп игрока начали стремительно падать. Активировав «токи жизненной силы», я увидела яркую толстую пуповину, что соединяла стремительно умирающего игрока и гроб с телом богини.
Внимание! Вы призвали в Барлиону чёрную душу Артефактора Проклятий, что пытается вернуться себе жизнь и могущество. Остановите ритуал воскрешения любой ценой. В случае провала ваша репутация со всеми богами Барлионы снизится до Ненависти!
Глава 23
Системное сообщение меня уже не особенно впечатлило. Обрушение репутации со всем миром? Пфф, для меня это уже обычный вторник. С богами, правда, ещё не было, но вряд ли там ждёт меньшая задница, чем обычно.
Тем более, что передо мной разверзлась жопа куда более близкая и осязаемая. В переносном смысле, конечно же.
Не валяйся Витёк дохлым среди рейдеров Легиона, он бы не только согласился с моим определением происходящего, но и сумел бы его творчески «расширить и углубить».
Происходящая в пещере жопа чётко разделилась на два полужопия: группу археологов с их головорезами, отступающими от организовавших оборону игроков под прикрытие защитной сферы Велиссы, и, собственно, рейдеров Легиона, успевших поднять часть хилов и восстановить боевые порядки. Ну и по центру наша дружная группа сильвари под огненной сферой Пятого. Кем мы были в этой жопной аналогии даже думать не хотелось.
— Мы должны остановить их! — Кипрей явно решил примерить на себя роль капитана Очевидность.
— Ты знаешь, как именно это сделать? — поинтересовалась я, не особенно рассчитывая на внятный план.
Когда мне так везло?
Не повезло и на этот раз. Кипрей лишь отрицательно покачал головой, хмуро и внимательно рассматривая происходящее. Я же, скорее из отчаяния, чем всерьёз надеясь на результат, попыталась повредить висящий на цепях металлический трискель. Тот оказался неуязвим для урона. Не резистен ко всему, а просто неуязвим, как та же Велисса.
Не порадовала новостями и Астильба.
— Не могу разорвать ток жизненной силы, — призналась она. — Не понимаю природу этого барьера. Чувствую его связь с Серыми Землями, но в чём она заключается — не представляю.
— Если бы мы могли призвать на помощь богов… — с сожалением протянул Портулак. — Но это место непроницаемо для подобной мольбы. Кричи не кричи — никто не ответит, как и в Серых Землях.
— А там нельзя связаться с богами? — удивилась я.
Не будучи жрецом, я вообще никогда особо не интересовалась взаимодействием неписей и игроков с богами.
— Мир мёртвых вне власти богов, — тихо пояснил мне Кипрей. — Потому та же Вейра, погибнув, не смогла связаться с собратьями и предупредить.
— Кто-то из жрецов или паладинов может выбраться из пещеры и взмолиться своему богу, — предложила я очевидный выход.
— Не думаю, что нас отпустят, — разочаровал меня Портулак. — Отсюда нельзя построить портал. Уверен, невозможно выбраться и свитками возврата. Вряд ли враг настолько глуп и беспечен, что не предусмотрел нечто, способное уничтожить гонца раньше, чем тот выберется наружу. Уверен, в этой сети пещер ещё хватает боевых големов, чтобы не позволить нам выбраться.