Забытая империя (СИ), стр. 45
— Костей не касаемся, — коротко приказал жрец. — Возможно археологи захотят это изучить.
— Очень надо этот мусор трогать, — фыркнул Гелк, внимательно простукивая ничем с виду не примечательный участок пола.
Что он там выискивает меня не очень занимало, поскольку я заметила некую странность. Немало пустых глазниц черепов смотрело в одну сторону.
Направившись туда я обнаружила ещё один проход в толще камня. Но его перегораживала едва заметно переливающаяся плёнка, напоминающая типовую пелену входа в подземелье.
— Ксю, — негромко позвала я зомбака. — Походу тут данж.
— Да ты грёбаный магнит для новых подземелий! — радостно вопя тот бежал ко мне, беззастенчиво перемахивая через ряды скелетов.
Не успев затормозить, он с разбега влетел в пелену и, вопреки ожиданиям, не ввалился в инст, а размазался, словно по каменной стене.
Иллюзия?
— Это… нифига не данж… — выдавил из себя ушибленный и дезориентированный жрец.
Желая понять, что же случилось, я коснулась мерцающей пелены и рука, не встретив препятствий, прошла насквозь.
— Это не вход в подземелье, — ликующе заявил Эйд, решительно шагнув вперёд мимо меня.
Душа инструмента тоже легко миновала мерцающую пелену.
— Это Завеса!
Глава 20
Мне понадобилось какое-то время, чтобы осмыслить происходящее. Вход преграждало то же самое заклинание, что охраняло Сокрытый лес от вторжения чужаков. И не нужно было гадать, чья воля воздвигла Завесу здесь, в сердце Забытой Империи.
Кипрей. Кажется, мне рассказывали, что именно он в своё время принёс из своих странствий уникальное защитное заклинание, что позволило обезопасить лес от незваных гостей. А может память меня и обманывает. Но в том, что я подобралась предельно близко к Десятому, сомнений не было.
— Ксю, держи меня за руку, — велела я потиравшему ушибленную голову жрецу. — Пройдём, как в Сокрытый лес.
Увы, отработанная ранее схема на этот раз не сработала. Стоило руке мертвяка достигнуть пелены, как она завязала, словно упершись в бетонную стену.
— Не получится, — констатировал очевидное жрец. — Может это потому, что я — дохляк?
Он обернулся и крикнул:
— Батя, метнись сюда кабанчиком!
Здоровенный таурен, гулко стуча копытами, подбежал к Завесе и, что не удивительно, тоже не сумел пройти сквозь неё.
— Кира, попробуй протащить Батю, — велел Ксюпипр, делая пару шагов назад. — Возможно сработает с полностью живым.
Увы, результат эксперимента остался прежним — защитное заклинание не желало впускать никого, кроме меня и Эйда.
— Оставь их, — едва не приплясывал от нетерпения дух. — Они не принадлежат Сокрытому лесу. Полагаю, Кипрей намеренно запер это место ото всех, кроме сородичей.
— Иди, Колючка, — очевидно пришёл к тому же выводу жрец. — Я пока дорожу Фро что и как. Держи нас в курсе.
— По возможности, — бросила я через плечо, пересекая Завесу и шагая по широкому каменному коридору.
В нём не было ничего особенного: он тянулся метров на сорок, затем чуть поворачивая и почти сразу обрываясь новой пещерой.
Её тоже освещала лава, но не текущая по желобам, а вязко стекающая по каменной стене, подобно ленивому водопаду. Раскалённая магма собиралась в небольшое озерцо на полу и, очевидно, утекала куда-то ниже, а затем пропадала где-то в неизвестности.
По законам реальной физики, да и по игровым, по идее, тут должно было быть нестерпимо жарко, но никакого урона по мне не проходило. Наверное, это место защищала некая древняя магия, а может дизайнеру просто захотелось создать столь величественную декорацию.
И, надо сказать, она впечатляла.
На фоне стекающей по стене лавы сверкал здоровенный, метров семь высотой, металлический трискель. Натянутый на мощных цепях, он эффектно висел над небольшим лавовым озером. Цепями же к нему крепились здоровенные куски хитина в металлических оправах, в неверных отблесках напоминающие причудливые кристаллы.
Большую часть каменного пола пещеры занимал ещё один трискель, только теперь вплавленный металлом прямо в пол. Его покрывала причудливая руническая вязь, а каждый острый край «лепестка» венчал огромный кусок хитина тарантула в оправе.
А на самих «лепестках» трискеля расположились странные устройства. То, что оказалось ближе ко мне, напоминало медицинскую капсулу с прозрачными стенками. Просторное, способное вместить пару тауренов, ложе внутри пустовало.
Второе устройство напоминало излишне помпезную, но оттого не менее зловещую клетку. Почему-то при виде неё мне вспомнились ряды прикованных скелетов в соседнем зале.
Ну а третье походило на вставшего на нижние лапы металлического паука, надёжно охватившего кокон с жертвой четырьмя верхними конечностями. Правда кокон был каким-то странным, словно состоял из туго натянутой плотной материи глубокого синего цвета. Словно…
Бутон!
Эйд, очевидно сообразивший что находится перед нами, уже подошёл ближе к странному устройству и, не наступая на металлический узор, внимательно разглядывал сомкнутые вокруг бутона «паучьи лапы».
— Эту штуку вырастил тут Кипрей? — догадалась я, гадая, зачем он это сделал.
— Это и есть Кипрей, — коротко бросил Эйд, введя меня в ступор.
Это? Десятый из совета сильвари? Серьёзно?
— Не поняла.
— Кипрей внутри этого бутона.
Обычно спокойный голос Эйда ощутимо дрожал от волнения.
— Он жив?
— Жив, раз Завеса до сих пор не пала.
Обычно спокойный голос Эйда едва заметно дрожал от волнения.
— Но что с ним? — задала я резонный вопрос.
— Это — бутон последней надежды, — пояснил Эйд, хмуро разглядывая артефакт, сковывающий бутон. — Сложное заклинание друидов, позволяющее защититься практически от любого внешнего воздействия. Проблема лишь в том, что внутри бутона ты впадаешь в сон, подобный смерти. И не можешь самостоятельно пробудиться и освободить себя. Если никто не явится не помощь — ты можешь провести так сотни лет, пока мана по капле не выйдет из тебя и бутон не увянет.
Я лишь присвистнула представив эту странную альтернативу паладинскому баблу. Неуязвимость в обмен на беспомощность и кому. Очень ситуативная штука. И главный вопрос — что за ситуация заставила Десятого применить столь неоднозначное заклинание в надежде, что однажды кто-то его отыщет?
— И что нам делать? — спросила я, потому как у самой не было ни единой идеи на сей счёт.
— Похоже на то, что это устройство удерживало Кипрея, — поделился мыслями Эйд. — И раз хозяин вынужден был прибегнуть к такой защите, ему грозила смертельная опасность. Я бы сказал, что сперва следует устранить возможную угрозу, а затем пробудить Десятого.
— И ты способен его пробудить?
— Ты способна, — огорошил меня Эйд. — Бутон отреагирует на прикосновение и ману дочери Древа.
— Одной проблемой меньше. Осталось понять, как извлечь бутон из этой штуковины…
Первым моим порывом было просто уничтожить удерживающие бутон «лапы» заклинаниями Мрака. Но вмешиваться в работу древнего и весьма зловещего артефакта столь грубо не хотелось. Кто знает, может подобные поспешные действия когда-то и превратили могучую империю в занесённые песком руины?
— Нужен кто-то понимающий как этот артефакт работает, — озвучила я очевидное. — Неподалёку от нас находятся археологи и Филигрань. Кто-то из них должен что-то понимать. Но Филиграни я не доверяю и обращаться за помощью к ней не хочу.
— Верно, — очень серьёзно кивнул Эйд. — Хозяин не просто так связал воедино заклинания Бутона последней надежды и Завесы. Он не хотел, чтобы сюда кто-то проник. И по каким-то причинам мог доверять лишь другим детям Древа.
— Может, потому, что мы точно не причастны ко всему, происходившему здесь? — предположила я и тут же покачала головой. — Нет,0 все причастные померли тысячу лет назад. Логичней предположить, что он не желал, чтобы искатели приключений разграбили эту мастерскую и вынесли нечто ценное. Нечто, что очень пригодится Сокрытому Лесу.