Сердце отваги измеряется численностью. Книга 5 (СИ), стр. 24
— Всё хорошо, — прошептала ей незнакомка и обняла.
У Ведьмы исчезли синяки, порезы, ссадины — словно их никогда и не было.
— П… П-почему? — спросила Ведьма. — Это же… ценно… Такая… сила… А я… зачем?..
Незнакомка улыбнулась.
— Я не знаю, — спокойно ответила она. — Он сказал, что ты нужна. Нужна Миизару.
Вертрана моргнула. Чему-то кивнула.
Я поднял Хриосу, которая всё ещё была прикреплена к деревянной рукояти, чтобы Прóклятые могли брать его в руки. Штука до боли напоминала древнее каменное копьё. Какой фарс! Бесценный артефакт выглядел дешёвым ширпотребом.
— О, спасибо, — улыбнулась незнакомка.
Я заметил, что она вообще любит улыбаться.
— Кого благодарить за щедрость? — спросил я.
— Думаешь, после того грубого отказа я буду делиться ценными сведениями?
— Да.
— Хм, — фыркнула она. — А вот и нет. — Но в её глазах на секунду мелькнула тень — будто она уже пожалела о сказанном.
Я пожал плечами.
— Тогда просто передай ему спасибо.
— О, это я с радостью, — подмигнула она. — Хотя думаю, ты и сам с этим справишься.
— Разве?
— Уверена, вы встретитесь.
— Он… следит за нами? — нахмурился я. — Стоп, уж не тот ли это контакт Ребиса? Последователь Наршгала в высших эшелонах власти?
— И ты вот так запросто мне об этом рассказал⁈ — рассмеялась она.
— Да или нет?
Девушка закусила губу, поправила волосы.
— Ну-у… да, ты прав.
— Понятно.
— Что же… не скажу, что приятно было поболтать, но это была занимательная встреча. А теперь мне пора, Загрейн Сантарос. Ещё увидимся!
Помахав рукой, незнакомка быстро умчалась прочь, не забывая прятать себя Аурой от Наблюдения. Десяток секунд — и затерялась среди обрушившихся зданий.
— Можно было убить её, — прохрипела Крылатая, подхрамывая рядом. — И забрать Хриосу. Твои птицы сумели бы.
— Наверное. Но у неё было оружие против них.
Я выдохнул, оглянулся к остальным.
— Рой нашёл наших. Местечко почти не пострадало. Собирайте тела, отступаем.
Чешуя кивнул, направился к трупу Тины. Крылатая раздражённо покосилась на меня, попыталась выпрямиться. Чуть не упала. Прекратила пытаться. Скособоченная и прихрамывающая направилась в сторону.
— Куда? — бросил я ей в спину.
— К своим, — не оглядываясь, но задрав подбородок, сказала она. — Ещё увидимся мал… Загрейн.
Она не смогла похвастаться элегантностью незнакомки, но что-то мне подсказывало — дойдёт без проблем. А значит не буду даже думать о чужих бедах. Свои бы разгрести.
Вертрана поднялась на ноги. Выглядела неуверенно. Посмотрела на абсолютно здоровые ладони, ещё раз ощупала лицо, тело, грудь, выступающие рёбра.
Ворон на плече потёрся об меня. Я усмехнулся. Вытянул руку, поглаживая перья. Мягкие и тёплые.
Часть моей силы. Часть меня.
В небе кружили ещё трое. Чёрные силуэты на фоне безмятежно-голубого неба. Наблюдали. Ждали команды.
Даже не мысль — намёк на неё, и ворон с плеча взлетел ввысь, присоединился к остальным.
Пора уходить.
Ностой, взгляд со стороны
Повозка остановилась. Заброшенная деревня, некогда бывшая их домом, встретила новоприбывших тишиной. Дома пусты, покрыты песком. Некоторые без присмотра уже обвалились. Последние плодородные земли пропали. Когда-то полноводная река исчезла без остатка.
Вета поджала губы. Если бы они остались здесь, то уже погибли бы.
«Если бы Загрейн не…»
Она моргнула, до боли сжала зубы.
«Это не он, а Ребис заставил нас уйти!»
Но внутренний голос, — который почему-то говорил тоном Заны, — напомнил: именно Загрейн был тем, кто расшатывал устои и мировоззрение деревенских. И практически дожал их даже без божественных фокусов меча.
Вета оглянулась на Ребиса. Он сидел в повозке. Меч на коленях. Не шевелился. Смотрел вперёд.
— Может наконец-то захотел в туалет? — встала рядом Зана, насмешливо толкнув её плечом. — А ты что застыла? Тоже ловишь «божественные вибрации»?
Вета толкнула её в ответ. Зана фыркнула.
Ребис продолжал молчаливо сидеть, покуда остальные нерешительно переминались. Они шли мимо деревни, когда лидер приказал остановиться, сел на повозку и застыл. Вот уже пятнадцать минут он молча пялился на деревню.
Ностальгия? Или что-то иное?
Меч дрогнул. Ребис выдохнул. Вирры на его теле тихо зазвенели.
— Хранитель мёртв, — прошептал он.
Вета замерла. Зана вскинула голову.
— Загрейн справился? — уточнила Зана, а потом подпрыгнула, разразившись радостным кличем. — Да, сука, да! Я знала! Знала! Он надрал жопу этому песочному мудаку!
Ребис кивнул, провёл пальцем по эфесу меча.
— Как и было обещано, — протянул он, резко спрыгнув с зашатавшейся телеги. — Ах, как символично, что это случилось именно возле нашей родной деревни! Кто-то после этого смеет утверждать, что это не божественным проведением живёт этот мир!
— Изменения в плане? — сухо уточнил подошедший Годарт, поправляя секиру за спиной.
Белая каменная кожа майора отсвечивала в ярком свете солнца.
— Нет, всё идёт так, как и должно быть, — шире улыбнулся Ребис. — Ну⁈ — оглядел он народ. — Насмотрелись⁈ Видите, отчего я вас спас? — в голосе прозвучали истеричные нотки. — Я вытащил вас с порога смерти! Всех! Каждого! Вы должны мне свои жизни!
Никто не осмелился оспорить его слова.
Ребис довольно кивнул.
— Идём. Грайдия ждёт нас.
Они пошли дальше, оставляя за собой погибшую деревню и песок, лежащий на крышах — равнодушно, как саван.
Мир жесток. Он не прощает ошибок. Не щадит слабых. Не даёт второго шанса.
Но в мире есть правила, которым он следует всегда.
Первое: сильный побеждает.
Второе: победа — не конец. Она лишь открывает путь к следующему испытанию.
Третье: каждый выбор имеет цену. Иногда ма́лую, иногда большу́ю.
Победа над Хранителем стоила жизней. Стоила города.
Но выжившие стали сильнее, а погибших сменили новенькие.
Это хорошо? Да.
Этого достаточно? Нет.
Кружите же, чёрные вóроны. Кружите над руинами умирающего города. Когда-нибудь ваши крылья будут заслонять солнце, ну а пока вы лишь очередная ступень к возвышению.
Скоро мир станет опаснее.
А война продолжится.
Место неизвестно
— Я слышал слишком много разных историй. Слишком много полуправд и откровенной лжи. Эта — ничем не лучше прочих. — Грейхорн Истинный словно выплёвывал каждое слово. — Мальчишка показал неплохой потенциал, но в наше время такого не взяли бы даже драить палубу. Теперь же…
— По моим… э-э… воспоминаниям, таких брали не только в юнги, но и в корабельные офицеры, — парировал Нортес. — Даже без опыта, чисто за счёт огромной силы и потенциала. Впрочем, всегда есть место исключению.
Грейхорн хмыкнул и ответил:
— Что же, он действительно победил песочного кретина. Ох, как же я ненавижу ошибки! А этот Камбииз был именно твоей ошибкой, Нортес.
— Его планы были смешны, — отмахнулся старпом. — Ты сам-то их помнишь? Из обрывков наших разговоров он, когда сумел избавиться от моего контроля, понял лишь то, что на Миизаре находится божественное оружие и решил завладеть им любой ценой!
— И он бы завладел, если бы не стечение обстоятельств, Нортес. Этот чудесный хаос! Вообрази, как скучно было бы без него?.. Слава скуке!
— Как скажешь.
— Итак, — решил завершить разговор Грейхорн, — как всё это укладывается в твои столь смехотворно закрученные планы?
— Это мои-то планы закручены? — приподнял Нортес бровь. — Иной раз даже я сам не понимаю, чего ты хочешь, капитан. Так было в прошлом, ещё когда мы топтали землю своими ногами, так осталось сейчас, когда шаги стали чужими.
— Сейчас стало проще, — покрутил рукой Грейхорн. — Мы ушли в тень, стали забытыми легендами. Теперь не приходится заниматься этой бесполезной рутиной, вручную подчищая грязь за всем миром. Вот причина моей нелюбви к тому этапу жизни. Приходилось постоянно решать чужие проблемы! Вся эта человеческая грязь, интриги, пустой обман… Впрочем, ты сам это знаешь.