В осаде (СИ), стр. 49
Я, не спеша, дошел до дома, надеясь, что у невидимого абонента всё-таки не хватит терпения. Терпения хватило, телефон трещал, не переставая. Его было слышно аж во дворе. Когда-то звонок я поставил на максимальную громкость (тогда Евсеич с аппаратом не дружил, бывало, даже подушками обкладывал). Теперь он только раздражал.
Скинул галоши, босиком прошел на кухню, взял трубку:
— Алло! Слушаю вас!
— Здорово, бродяга! — в трубке послышался веселый голос Устинова Дениса. — Как жив-здоров?
— Привет, — осторожно ответил я. — Всё было отлично, пока ты не позвонил.
Денис хохотнул моей незатейливой шутке, но потом совершенно серьезным тоном сообщил:
— На следующей неделе ожидай гостей. Понял? Около сотни.
— Сколько? — я чуть не подскочил. — Сотня?
— Да, — подтвердил Денис. — Под предлогом учений для захвата к тебе выдвигается отдельная рота спецназначения дивизии имени Дзержинского. Если вкратце, то некий аналог десантуры. Над тобой на днях самолетик летал. Видел?
— Видел, — подтвердил я.
— Вот он фотосъемкой занимался. В общем, я бы посоветовал ноги в руки и бежать. Куда-нибудь подальше: На Урал, в Сибирь, на Дальний Восток, в конце концов. Зря ты Карпушкина обидел. Он до сих пор в инфекционке унитаз жопой греет. Кстати, если что, в Красноярске Киструсс начальником Управы. Он тебя ждёт.
— Понял, спасибо, — вздохнул я и в свою очередь сообщил. — Этот твой Карпушкин меня электричеством запытать хотел. А там еще двое в меня шприцами стреляли. Может, попутали с тигрой какой? Не знаю. Я их тоже на горшок отправил.
— Я в курсе, — Денис поспешил завершить разговор. — Всё, пока. Я от знакомого звоню. Вроде чисто должно быть.
Он повесил трубку. Я тоже положил трубку на рычаги аппарата. Рядом стоял Евсеич.
— Уходишь, батюшка-хозяин?
— Куда? — не понял я.
— Ну, — домовой замялся. — В Сибирь…
Я зло усмехнулся, потом весело рассмеялся:
— Ну, вот еще! Я думаю, Силантий Еремеевич поможет мне комитет по торжественной встрече незваных гостей организовать? Как ты считаешь?
Домовой кивнул, соглашаясь со мной:
— Ты ж, батюшка-хозяин, самый главный волхв. Тебя и звери слушаются, и птицы. И сама Морана тебе благоволит. Ты только прикажи…
Телефон снова разродился громкой трелью.
— Да! — я поднял трубку. — Слушаю, Денис.
— Какой Денис? — в трубке я услышал голос maman. — Это я! Я правильно попала?
— А куда ты целилась, мэм? — пошутил я.
— Так! — голос maman был серьезен и грозен. — Ты мне скажи, ты куда пропал? Ты совсем дорогу домой забыл? Почему я узнаю, что ты приезжал, но зайти так и не соизволил?
— Мэм! — жалобным голосом ответил я. — Дела у меня срочные. Приезжал буквально на полчаса днем. Ты на работе. Ну, сама понимаешь…
— Тут к нам два раза Светлана заходила, — голос maman потеплел. — Тебя ищет. Очень тебя хочет увидеть.
Я нахмурился. Только Светки еще не хватало. Всё есть, а Светки нету.
— Мэм, — осторожно пошутил я. — Надеюсь, она про беременность ничего не говорила?
— Хватит, Антон! — возмутилась maman. — Мне твои шутки уже надоели!
— Ладно, ладно, — согласился я. — Ты спросила, что ей надо?
— С тобой поговорить! — снова повысила голос maman. — И очень срочно.
— Хорошо, — смирился я. — Через пару недель с делами разделаюсь, приеду. Раньше не получится, хоть убейте!
Maman замолчала, видимо, переводя дыхание. Я успокоился. Что-то её раззадорило, сподвигло на этот звонок.
— Антоша! — снова заговорила maman. — Я вчера увидела, что твой отец ездит на твоей машине. Он на завод приехал на твоей машине. Что это значит? Ты ему машину отдал?
— Ой, мам, — крикнул я в трубку. — Слышно что-то плохо… Алло? Алло?
Я подул в трубку, изображая помехи, постучал по микрофону пальцем, подмигнул домовому, нажал на рычаг, прерывая связь, а саму трубку положил рядом с телефоном.
— Пусть пока так полежит! — сказал я Евсеичу. — А я пока к Силантию Еремеевичу схожу.
К моему удивлению известие о предстоящих «учениях» Силантий Еремеевич встретил чуть ли не с восторгом — один-в-один Карлсон при известии о приезде дяди Юлиуса.
— Давно я не шутковал! — весело заявил лесной хозяин. — А тут, почитай, аж сотня человек! Помню, как по весне лет пятьсот… Нет, шестьсот! Шестьсот лет назад ко мне в лес татарва сунулась. Да не просто, а отряд с ясаком, ежегодной данью.
Силантий Еремеевич залился веселым смехом:
— Ох, и повеселился я! Ох, и покуражился. Целую неделю над ними измывался. Все здесь остались…
Он внимательно взглянул мне в лицо, прищурился:
— И ясак тоже остался… Не хочешь посмотреть?
— Еремеич! — я нахмурился. — Ты шутки-то свои брось!
— Да я что? Я ничего! — Еремеич пошел на попятную. — Я так… Но если надо, я тебе его отдам. Вдруг пригодится? Там, почитай, с пуд одного серебра только будет!
— Еремеич, — строго сказал я. — Вот давай без этих глупостей! Чтоб все целы остались. Без всякого членовредительства. Понял?
— Эх, — Силантий Еремеевич махнул рукой. — Добрый ты. Жалостливый. А ведь они за тобой придут. Тебя-то жалеть не будут. И хозяйство твоё тоже…
— Еремеич! — повторил я и пошутил. — Пожалуюсь на тебя батьке Велесу, выпишет тебе горячих. Будешь знать!
Силантий Еремеич сразу же нахмурился, замолчал. Потом сообщил:
— Ты б сходил к идолам-то. А то совсем их забыл. Принес бы им дары. Да заодно и заповедный дуб проведал. А то захиреет без внимания.
— Схожу, Еремеич, — виновато согласился я. — Твоя правда. Завтра и схожу!
Глава 33
Глава 33
Узкий круг врагов народа
В этот раз они собрались в замке Уитминстер близ города Глостер графства Глостершир, стараясь оставить встречу втайне от всех, в том числе даже от соратников: директор службы безопасности (контрразведки) МИ-5 Великобритании Джон Лоуренс, председатель Международного консультативного комитета Чейз Манхеттен банк Дэвид Рокфеллер, Эдмон де Ротшильд и министр иностранных дел Великобритании Питер Кэрингтон.
Трое из них — Киссинджер, Рокфеллер и Ротшильд — были постоянными членами, а фактически руководителями Бильдербергского клуба. Лоуренс и Кэрингтон являлись просто членами клуба.
— Джентльмены, — первым взял слово Джон Лоуренс. — Все вы в курсе недавних событий, связанных с оздоровительными и омолаживающими процедурами…
— Хватит, Джон! — оборвал его Рокфеллер. — Все мы в курсе этих дел. В том числе и их последствий. И как обосралась ваша разведка тоже.
— К сожалению, мы не успели воспользоваться артефактами, — подхватил Ротшильд. — Всё успела перехватить «стальная Мэгги»…
Он усмехнулся, пояснил:
— Ваша премьер-министр Маргарет Тэтчер. Правда, часть успели присвоить агенты МИ-6 и, видимо, собственно из-за этого и случился скандал.
Джон Лоуренс согласно кивнул:
— Мы тоже подозреваем, что разведка на этом погрела руки, а русский колдун, который сделал артефакты, остался без соответствующего вознаграждения. Да и КГБ, увы, совсем не спит. Если вы не в курсе, то скажу, что годом раньше мы попытались захватить колдуна и вывезти его в Королевство. 2 агента МИ-6 и 11 опытнейших офицеров-диверсантов SAS, направленных для этого в Советский Союз, оказались легкой добычей для русской контрразведки. Очень легкой, джентльмены. Никто даже выстрелить не успел.
Он развел руками.
— Но речь не о том.
Он плеснул себе в бокал еще коньяку.
— Лорд Алекс Грэхэм Клайд, третий герцог Виндзор, смог получить один омолаживающий артефакт. Правда, он оказался, как и несколько других, временного действия…
— Наслышаны! — буркнул, перебив и сморщив нос, Рокфеллер. — Мне ли не знать? Лорд Клайд является держателем 2-процентного пакета акций «Стандарт Ойл» и 0,5-процентного пакета «Чейз Манхетен Банк». Поначалу он взбрыкнул, как молодой. А потом, через пару неделю чуть в ящик не сыграл. Всё ему вернулось обратно: и возраст, и болезни, даже еще хуже стало. Как он только сыграет в ящик, все его акции будут выставлены на аукцион. Он же в завещании про них не указал.