В осаде (СИ), стр. 27
Воробьев кивнул, соглашаясь.
— Ладно, Денис! — он встал хлопнул Устинова по плечу. — Надеюсь, мы друг друга поняли. И еще…
Он замер в дверях.
— Возможно, в Кутятинском районе оперативно-поисковые учения будут проводиться. Имей ввиду.
Загрядов и Карпушкин остались одни. Фантомас выглянул в приемную, бросил:
— Инга! Пару кофе сделай!
Вернулся, весело хлопнул по плечу коллегу:
— Пойдем, пошепчемся.
Прошел к двери, ведущей в комнату отдыха. Карпушкин встал. Пошел за ним. Они уселись на диване за столиком. Загрядов вытащил из холодильника бутылку водки, две рюмки, тарелочку с нарезанным салом и дольками соленого огурца. Плеснул в каждую рюмку до половины.
— Давай!
Они чокнулись, выпили, закусили.
— Ну? — спросил Загрядов.
— По косвенным признакам, объект тот, кого мы ищем, — ответил Карташов. — Короче, он реально экстрасенс. Осталось только его найти да уговорить.
— Найти как раз не проблема, — отмахнулся Загрядов. — Через два месяца по плану в нашу область прибудет отдельная рота спецназначения дивизии имени Дзержинского, — и уточнил. — В наше распоряжение. В наше!
Он улыбнулся, наблюдая за ошеломленным видом заместителя.
— А… — замялся Карпушкин. — Она же в структуре МВД! У Щелокова!
— Там! — Загрядов ткнул указательный палец вверх. — Достигнута договоренность. Учебная отдельная рота спецназначения будет выделена нам на месяц. Если не обнаружим нашего с тобой юношу, будем действовать по старинке: прочешем лес. Но это — крайний вариант. Шеф, — Загрядов многозначительно кивнул на портрет Андропова, — сказал, что лучше обойтись нам своими силами.
— В Тучково, в соседнем районе, отдельная бригада спецназа ГРУ стоит, — заметил Карпушкин. — Может, проще через начальника особого отдела попросить ту же роту солдат, если уж на то пошло?
Загрядов приложил палец к губам. Через секунду дверь открылась, зашла Инга, держа в руках поднос с двумя чашками кофе. Она переставила чашки на журнальный столик, игриво подмигнула Загрядову и, демонстративно виляя задницей, вышла.
Карпушкин вздохнул. Загрядов перехватил взгляд подчиненного, осклабился:
— На чужой каравай рот не разевай! У тебя жена есть.
— Можно подумать, у тебя нету, — обиженно буркнул в ответ Карпушкин. Загрядов не обратил внимания на обращение на «ты»: они приятельствовали друг с другом достаточно долго, при этом находясь в одинаковых чинах с одинаковыми погонами на плечах.
— Моя жена в Москве, — засмеялся Загрядов. — А твоя при тебе!
— Тебе хорошо, — согласился Карпушкин. — Ты свою в Моссовет приткнул на работу. Она с тобой в регион в любом случае не поехала бы. А моя вот домохозяйничает. Нравится ей дома сидеть.
— Ладно, — отмахнулся Загрядов. — Вернемся к нашим баранам. Спецназ находится в ведомстве ГРУ у Ивашутина, а он с шефом сейчас в тёрках. Даже Леонид Ильич их помирить не может.
— Или не хочет.
— Или не хочет, — согласился Загрядов. — Поэтому будем рассчитывать на «дзержинцев», хотя не факт, что Щелоков в последний момент «обратку» не даст.
— Может, тогда стоило на погранцов ориентироваться? — предложил Карпушкин.
— Может, и стоило, — ответил Загрядов. — Только это не моё предложение. Это, во-первых. А, во-вторых, заново передокладываться шефу себе дороже. Сам должен понимать!
Глава 16
Глава 16
Визит джентльмена из Наглии
Поездку в областной краеведческий музей помощнику военно-морского атташе Соединенного Королевства Великобритании Фрэнку Эшли в МИДе СССР согласовали за два дня.
Как положено, утвердили представленный маршрут: на служебном автомобиле по трассе Москва-Переславль; и программу пребывания: посещение музея, короткое интервью, обед в ресторане «Космос». И, разумеется, добавили свою ложку дёгтя: обязали использовать машину сопровождения столичного ГАИ.
В машине сопровождения ГАИ, «волге ГАЗ-2410», собственно сотрудников милиции было двое. Двое других были работниками столичной «семерки», 7-го Управления Центрального аппарата КГБ. Один занимался фотографированием, другой киносъемкой.
К сожалению, они фиксировали передвижение и контакты Фрэнка Эшли только на улице. Внутри, в частности, в краеведческом музее, а также других помещениях, должны работать местные «топтуны». Увы, Загрядов приказал (устно, конечно) Воробьеву ограничиться всего двумя наблюдателями.
Фрэнк Эшли вместе с переводчиком в сопровождении директора музея, двух экскурсоводов, трех местных журналистов и двух фотокорреспондентов центральной и областной газет, не торопясь, прошли по залам музея, сфотографировались возле некоторых экспонатов, вроде чучела тираннозавра, скелетом мамонта, шерстистого носорога.
Англичанин не надолго задержался в зале древнеславянской дохристианской культуры, осмотрев идолы (конечно, новоделы) Перуна, Сварога, Чернобога и других древнерусских богов и богинь, внимательно осмотрел висящий на стене большой стенд с картой расселения славян по области вместе с капищами. Остановился возле картины с портретом волхва.
Неизвестно, как затесавшийся в группу сопровождения иностранца, представитель горисполкома громко предложил посетить музей истории комсомола, находившийся рядом. Журналисты, все как один, дружно отвернулись, скрывая улыбки. Переводчик что-то сказал англичанину на ухо. Фрэнк Эшли поморщился, но кивнул, соглашаясь на посещение еще одного музея.
Осмотр комсомольских экспонатов занял не больше пятнадцати минут. Всё время пребывания с лица иностранца не сходила брезгливо-снисходительная гримаска.
Программа пребывания иностранца закончилась обедом в ресторане гостиницы «Космос». За шестиместный большой стол сели только сам иностранец, переводчик и сопровождающий их работник посольства.
— Во время смены блюд официант, обслуживавший иностранца, передал ему записку, — сообщил Воробьеву один из наблюдателей, фотограф, протягивая фотоснимок. — Содержимое записки прочитать не удалось.
Сотрудник развел руками.
— Слишком уж всё быстро произошло.
Воробьев выругался: если б не распоряжение Загрядова ограничиться двумя наблюдателями, то и официант в ресторане был бы «свой», и повар… Обложили бы гостя по максимуму! А тут…
— Официанта допрашивают, — продолжил сотрудник. — По его словам, в записке были только цифры. Составлен фоторобот лица, инициатора передачи письма: высокий рослый мужчина среднего возраста, короткая стрижка, черные волосы. Носит очки с толстыми линзами. Из особых примет: бородавка на шее справа от подбородка.
— Сколько он дал официанту-то? — поинтересовался Воробьев.
— Десять рублей.
— Круто!
Почему-то, прежде, чем идти на доклад к Загрядову, Воробьев решил заглянуть к Устинову.
Глава 17
Глава 17.
На каждый феромон найдется свой пурген!
Брюнеточка Елена, или как там её, оказалась весьма интересной ведьмой. К нечто подобному, вроде навязанного контакта с последующим пленением меня, любимого, я был готов, выходя из ЦУМа. Удивительно, но до остановки никто ко мне интереса не проявил. А вот на остановке… На остановке сначала меня толкнула плечом, устанавливая тактильный контакт, привлекательная молодая девица, обдав облаком «шинельки» но с добавлением феромонов и еще каких-то хитрых ферментов, сводящих мужчин с ума. Что-то подобное вытворяла, насколько я помню, Альбина. Как-то она мне рассказала про один хитрый рецептик из достаточно простеньких трав, несколько капель настоя из которых можно добавить в духи, и абсолютно любой мужик потеряет голову. Даже понюхать мне дала. У меня хватило ума сначала наложить на себя конструкт регенерации.
Правда, духи у неё были попроще.
«Каменную кожу» я наложил заранее. Конструкты «айболит» и «хвост ящерицы» активировал после того, как она толкнула меня плечом. Оказалось, не зря. Голова прояснилась, в глазах туман рассеялся, исчезло чувство влечения и вожделения. А то прямо, стыдно сказать, джинсы чуть не лопнули от напряжения.